сделали из подручных материалов, замаскировали цветами и маской, и отдали вдове.

— А что за подручные материалы такие? — спросила Бао.

— Требуха со скотобойни, вощёная оберточная бумага, ткань, и вата, — ответил Ит. — В отчете было сказано, что самой сложной оказалась задача раздобыть семьдесят с лишним килограмм требухи. Остальные материалы они закупили в ближайших магазинах и в лавках.

— А тело…

— По всей видимости, разложилось полностью, — ответил Ит. — В отчете было сказано о том, что они сохранили часть жидкости, и что в этой жидкости было много бактерий. Это всё.

— Ничего себе, — немного испуганно сказала Бао. — Ит, слушай, а что-то по нашей теме там нашлось?

— Как тебе сказать, — Ит задумался. — У меня было не так много времени, поэтому я успел посмотреть лишь часть записей, которые нашел в кабинете. Салус пишет о происхождении Копуса, этот момент мы поняли верно, и предполагает, что атака чаек была связана именно с происхождением, как бы абсурдно это ни звучало. Ещё он пишет о том, что чайки пытались атаковать некую юную даму, которая прогуливалась у моря рядом с поселением Клиндис, но она почти не пострадала — её пару раз клюнули в руку, а затем стая взмыла в воздух, и пропала. Причем стая была довольно большая, как говорит сама дама. Ну и были совсем незначительные случаи, когда люди просто видели большие стаи, но не предали этому в тот момент почти никакого значения. Разве что удивились танцу птиц в воздухе, да и только.

— И это всё? — спросила Бао.

— Нет, почему же, — усмехнулся Ит. — Салус пишет о том, что масс Ганьи, это глава семейства Ганьи, водит близкую дружбу с неким Арно, и вот этот самый Арно был в своё время исключён из университета за «непорядочное ведение исследований», это цитата. Я так понял, что Арно пренебрегал этикой, когда ставил какие-то опыты.

— На людях? — Бао подалась вперёд.

— Нет. На крысах, — покачал головой Ит. — Кажется, ему нравилось причинять боль и страдания лабораторным животным. Точнее не скажу, увы. Информации нет. Но, судя по написанному, это примерно что-то такое и было. Так вот, Арно вхож в дом Ганьи, и Салус предполагает, что он может быть причастен к нападению.

— Но зачем ему это могло понадобиться? — недоуменно спросила Бао. — Это Арно, он ведь учёный, так, выходит дело?

— Да, это так, — подтвердил Ит. — Он учёный, но я так и не понял, какая именно у него специализация. Думаю, завтра мы сгоняем в университет ещё раз, и что-нибудь там выясним.

— Я тоже хочу куда-нибудь сгонять, — жалобно сказала Баоху. — Ит, мне осточертело сидеть дома! Если ты не забыл, я не совсем кошка, точнее, совсем даже и не кошка, а разумное существо, которое из-за его внешнего облика посадили под замок.

— Я что-нибудь придумаю, — пообещал Ит. — Честно. В самое ближайшее время. Хочешь, Элин возьмёт тебя с собой на разведку? Нужно съездить на Утёс, и проверить, были там зивы, или нет. Только ехать придётся в корзине.

— Хочу, — твердо сказала Баоху. — Хоть в корзине, хоть в рюкзаке. Я тут уже с ума схожу. Ну сколько можно?

— Уговорила, — Ит усмехнулся. — Поиграть с тобой в верёвочку?

— С собой поиграй! — Бао рассердилась. — Ит, ты совсем дурак, или как?

— Уже даже и не знаю, — признался Ит. — Кажется, совсем. И дурак, и профессиональное чутьё потерял, и прокалываюсь на мелочах. Стыдно.

— Ой, ну тебя, — Бао смешно сморщила нос. — Ладно, давай дальше про кабинет. Что там ещё было интересное?

* * *

Скрипач вернулся вечером, к ужину, и принёс с собой из редакции целую сумку старых газет, которые Эмилия разрешила ему взять с собой, конечно, с условием возврата. Пока Скрипач возился в прихожей, расшнуровывая сапоги, Ит перенес сумку на стол, и выложил её содержимое на свободное место — Элин уже накрывала к ужину.

— Рыжий, нашел что-нибудь интересное? — спросила Бао.

— Вероятно, да, — откликнулся Скрипач. — Я брал всё подряд. Интересное там на каждом шагу.

— Например? — спросила Элин.

— Шумные духи в стенах, — Скрипач, наконец, справился со шнурками, сунул ноги в тапки, блаженно вздохнул, и прошел в кухню. — Был период, когда люди массово жаловались на то, что в стенах что-то есть. Они слышали звуки, и сходили с ума от страха. Некоторые даже разбивали стены, чтобы это прекратить, и…

— И что? — спросила Бао.

— И звуки после разрушения стен пропадали, — сообщил Скрипач. — Как вы можете догадаться, речь идёт о стенах со смальтой. Удивительно, не так ли?

— И когда это было? — спросила Элин.

— Одиннадцать лет назад, — усмехнулся Скрипач. — Думаю, в системе наблюдения произошел какой-то сбой, оттуда и звуки. Ничего людям не казалось, звуки были на самом деле, но некто, а именно городские власти, объявили это массовой истерикой, и через некоторое время жалобы на звуки перестали поступать. Все решили, что массовая истерика прекратилась, и люди успокоились.

— Починили, наверное, — задумчиво произнесла Бао.

— Не наверное, а точно, — уверенно сказал Скрипач. — В общем, после ужина почитаем, там помимо стен много всего. Ит, а у тебя что?

Ит коротко рассказал о том, что нашел в кабинете Салуса. Скрипач слушал молча, нахмурившись, затем произнес:

— И Салус, и секретарша точно в курсе, что это такое было. Или у них есть некая рабочая гипотеза.

— Почему ты так решил? — удивилась Бао.

— Потому что Салус уже сообразил, в какую сторону двигаться, — ответил Скрипач. — Утёс так Утёс, Ганьи так Ганьи. Элин, ты же с нами?

— С вами. И Бао тоже с нами, — ответила Элин. — Рассказать про музей?

— Давай, — оживился Скрипач. — Что нашла?

Элин принялась рассказывать про портреты, глаза, смальту, и странный домик, который появлялся на картинах целых три раза.

— Думаю, не три, а намного больше, — заметил Ит. — Просто тех картин нет в музее. И быть не может, они хранятся в семьях. Надо побывать дома у Салуса. Сто против одного, что домик там будет. И не на одной картине, а на нескольких.

—