тут некто не просто знает, он ещё и активирует систему. И не одну. И этой системой пользуются. Не сходится, ты же видишь.

— А местные не могут это сделать сами? — спросила Элин.

— Хороший вопрос, — Ит сел за стол, снова взял в руки кусочек смальты. — По-моему, они это и делают сами. Смальту отливают точно сами, и никак иначе. В общем, вот чего. Давайте сопоставим то, что мы уже успели узнать. Первое — Копус был убит более чем странным способом, с применением незнакомой нам технологии. Второе — технологии, довольно сложные, внедрены в жизнь населения планеты, и само население про это даже не подозревает. Знают только верхи, если судить по тому, как вёл себя Салус…

— Конспирология! — Скрипач хлопнул себя по коленке. — Чёрт! Ит, а ведь в нашей газетёнке постоянно пишут что-то подобное. Чтобы народ поржал и развлёкся. Люди читают, и думают, что это бред. Потому что это выглядит, как бред, звучит, как берд, и не стыкуется с привычными моделями… так…

— Будем поднимать архив в редакции, — сказал Ит. — Согласен? То-то Эмилия обрадуется.

— Она офигеет, — хмыкнул Скрипач. — И будет долго думать, для чего нам это понадобилось.

— Кстати, она тебе что-то посоветовала? — спохватился Ит.

— Ага, — кивнул Скрипач. — Посоветовала завтра отправиться на похороны Копуса, и посмотреть, что там будет происходить. Мысль верная. Эмилия шарит в этих темах так, что нам с тобой и не снилось.

— Да, есть такое дело, — согласился Ит. — Ладно, съездим. Элин, вот что. Мы пока поработаем тут, проверим всё, что сумеем, на всякий случай, а ты пройдись, пожалуйста, в лавку, и посмотри осторожненько, нет ли поблизости нашей новой знакомой с радиоприёмником.

— У неё интересная внешность, — заметила Элин. — Профиль… специфический. Как у скульптуры.

— Греческий профиль, если брать градацию Сонма, — подсказал Ит. — Ты правильно подметила, Элин, молодец. У местных я таких профилей пока что не видел. А ты, рыжий?

— Аналогично, — кивнул тот. — Девица вроде бы красивая, но уж больно специфическая, скажем так.

— Интересно, она такая же, как Дрейк Салус? — вдруг спросила Элин.

— Какая? — не понял Скрипач.

— Благородная. Если я правильно поняла, Салус аристократ, — объяснила Элин свою мысль. — Если да, то внешность вполне можно объяснить происхождением.

— Ах, вот и о чём, — Скрипач задумался. — Ммм… не думаю. Если бы она была из какого-нибудь высокого рода, вряд ли сидела бы в приёмной.

— Но Салус её выделяет, — возразила Элин. — И даже даёт ей поручения, которые не имеют отношения к её прямым обязанностям. Например, следить за нами, — с усмешкой добавила она.

— Не похоже, что у них есть какие-то отношения, помимо рабочих, — заметил Ит. — Но Элин права в том, что девица, как и сам Салус, отнюдь не проста. В общем, завтра едем на Утёс, и наблюдаем за похоронами Копуса. И заодно попробуем разузнать, что там с рабочими местами у семейства Ганьи.

* * *

Провожать в последний путь несчастного Копуса собралась вся деревня — ну, ещё бы, такое событие. Странная смерть, расследование, пресса, тайна. Ит со Скрипачом приехали заранее, быстро заприметили Салуса (ну а как же, кто бы сомневался), и демонстративно пару раз попались ему на глаза, потому что Скрипач заявил, что хочет увидеть реакцию старшего расследователя на их появление.

— Если спросит, скажем правду — нас прислала Эмилия, — заявил он. — Мало ли что он вздумал запрещать? Он нам не хозяин! Куда хотим, туда и идём.

— Вот это ты верно подметил, — Ит усмехнулся. — Но вообще, в принципе… слетали поискать Тлен, называется. Выполнили просьбу Дории. Рыжий, мы ввязались во что-то такое, что и представить не могли. Заметил?

— Заметил. И я этому рад, — ответил Скрипач. — Только не говори, что тебе не нравится.

— Нравится, — пожал плечами Ит. — Привет из прошлой жизни, в некотором смысле. Конечно, это всё усложняет дело, но я ничего против не имею.

— Так-таки усложняет? — прищурился Скрипач. — Или это часть дела и есть?

— Мы пока не знаем, часть или не часть, — справедливо заметил Ит. — Возможно. В любом случае, наша задача на сегодня…

— Во-первых, выбесить Салуса, и, во-вторых, поглазеть на то, что будет на похоронах, — закончил за него Скрипач. — Идём. Там уже народ на площади собирается. Пора.

…Народ действительно уже подтягивался на небольшую деревенскую площадь, расположенную напротив храма Матери Парви, приземистому строению, сложенному из каменных блоков, и украшенному весьма скромно. Здесь почти все малые храмы были такими — невысокими, с толстыми стенами, с крошечными окошками, и почти лишенные украшений. Причина, конечно, заключалась в воде, которая во время больших приливов могла навредить строению, которое потом предстоит восстанавливать. В городах, подобных Контортусу, на вершинах спирей, стояли храмы высокие, которые выглядели богато и помпезно, а такие, деревенские, всегда оказывались скромными, но зато надёжными. К деревенским домам это тоже относилось. Особенно к тем, которые находились недалеко от береговой линии.

— Привезли, привезли, с ночи ещё привезли, в храме сейчас лежит, — говорил кто-то в толпе. — Вроде как лицо ему из воска слепили, а уж похоже или нет, не знаю…

— Да какая разница? — риторически произнес другой голос. — Ему-то уже всё едино, Копусу. Но я бы посмотрел…

— А я думала, не будут его открывать, — сказала женщина, стоявшая неподалеку от Ита и Скрипача. — Его расклевали всего. Кощунство это, на такую страсть пялиться.

— Ну и не пялься, — отозвались сзади. — Не хочешь, и не гляди…

— Да всё равно все увидим, как на поминовение вынесут, — сказал ещё кто-то. — Сейчас вдова отплачет, там отчитают, внутри, и всё, наружу…

Скрипач дернул Ита за рукав, тот кивнул. Они протолкались через толпу, чтобы быть поближе к дверям храма, и вскоре нашли себе место неподалеку от входа, с левой стороны от чугунной решетчатой храмовой двери. Красивая дверь, отметил про себя Ит. И необычная. Листья, ветви, гроздья винограда… и руки, множество рук, которые поддерживают со всех сторон внутреннее пространство композиции. Что это за символ такой? Фигуры на горельефе в саду университета тоже поддерживали невидимые руки. Это что-то значит, и неплохо