и оказываются в корзинке. С человеческими трупиками примерно то же, только роль ультрафиолетовой лампочки играет…

«Впрочем, поставьте мысленный эксперимент сами. Вспомните все огоньки, которые зажигали последние сто лет. Как они горели! Как вокруг дышали! Наверно, вы и сами видели в детстве их бледный свет. Теперь сосчитайте трупики в корзинках…

«И где эти приманки сейчас? Старую лампочку выкидывают, как только вворачивают новую. Среди комариных интеллектуалов принято разбираться в эволюции ультрафиолетовых спектров и подолгу спорить, почему прежние лампы перестали работать. Но никто из комаров не оценивает работу всего агрегата целиком, хотя накопился интереснейший анамнез, в том числе и свежий…

«Попробуйте объяснить эту простую мысль какому-нибудь философствующему болтуну при власти – и что вы услышите? Уйди, противный. У нас теперь новые лампочки! Бледно-голубой огонек над вентилятором должен быть всегда! По-любому! Потому что как иначе? Особенно же страшны те, кто понимает общее устройство механизма, но рассчитывает подняться на создаваемой вентилятором воздушной волне…

«Эта душевная немочь, конечно – печать трехсотлетнего европейско-масонского ига, пришедшего на смену столь же долгому татаро-монгольскому. Именно философия, религия, «ценности», идеологии, различного рода замеры черепов и прочий пиар духа ответственны за бóльшую часть произведенного на нашей планете ужаса…

«Сегодня так называемые «европейские интеллектуалы» уверены, что если они сменили мюнхенскую голубую лампочку на франкфуртскую, их ультрафиолетовая жужжалка работает как надо и комар им носа не подточит. Такого градуса зомбической слепоты способна достичь только культура, вскормленная и вспоенная веками философской автофелляции, с боевой онтологией, вмонтированной в голову каждому фельдфебелю…»

Голгофский, как мы видим, вовсе не против фельдфебеля. Он против философствующего фельдфебеля.

«Жалуются, что в России несмотря на всю ее историю нет своей философии – и, как следствие, органичной идеологии. Лампочки приходится завозить через серый импорт, и агрегат подолгу простаивает. Многие отечественные культуртрейдеры предлагают себя в подрядчики (а там большие деньги)…

«Но грозная космическая сила нашей цивилизации именно в том, что она – никому и ничем не обязанная черная дыра… Как пожелаем, так и сделаем – ни один think tank не угадает. Зачем же нам бесплатно ограничивать свою суверенность какими-то абстрактными обязательствами перед платоновским космосом и затаившимися в нем архонтами? А хлопотливые барыги от интеллекта обещают нам быстро и недорого закрасить горизонт нашего священного небытия своими зайчиками и подсолнухами…»

Однако до чего тонко наш автор заискивает здесь перед начальством… Залюбуешься. Другим придворным умам даже ловить рядом нечего. И ясно теперь, зачем Голгофский столько времени втирал, что «нас нет». Священное небытие. Прямо какой-то Лорд Маршал некромонгеров.

«Волка Фафнира хотят нарядить в розовые кружева для международного хэллоуина, который обещала посетить сама Анджелина Джоли… Если крупный госчиновник дает на подобное деньги, налицо неизлечимый евроцентризм третьей стадии, когда болезнь уже поразила ткани головного мозга…»

Великолепно, Константин Параклетович. Только Фафнир – это не волк, а европейский дракон-лузер. Волка – тоже, кстати, европейского – зовут Фенрир. В вашей парадигме, видимо, это Фафнир, ссученный в позорные волки и перешедший на феню.

Впрочем, Голгофский наверняка ответит, что допускает подобные ошибки из демонстративного презрения (примерно как Голливуд резвится на экране с российскими паспортами).

Наш автор продолжает:

«Да и что с того, что у нас нет своей философии? Это как печалиться из-за отсутствия простатита в зрелом возрасте. Сама идея, что нации необходима философия, сродни уверенности, что городу непременно нужны гауляйтер и снегурочка. Да нам нормальных коммунальных служб хватит, честное слово…

«Если философия не способна дать ничего, кроме диктуемого здравым смыслом, она не нужна. А если она предлагает что-то другое, следует уронить ее в мусор и вернуться к здравому смыслу… Вы что-нибудь слышали про американскую философию? Америке можно, а нам почему-то нет? Ну да, да… Мы же это… Европа…

«Да уж верно ли мы Европа? Я не про выплеснувшуюся на нас ненависть (она с таким трудом находит себе рационализацию, что забыть ее мы вряд ли сможем). Я не про чудовищную ошибку царя, вписавшегося в начале прошлого века сами знаете во что – и за кого. Я про давнее прозрение величайшего из наших поэтов (сегодня это уже ясно) – Александра Блока…

«В тысяча девятьсот тринадцатом году, в точке высшего взлета империи, он пишет стихотворение «Новая Америка», где прозревает над Россией ту же звезду, что взошла над великой американской республикой. Но нам не дали, опять не дали… Да, звезда взошла – только это была красная пентаграмма, привезенная из Рейха в вагоне с философским пломбиром…

«Если мы действительно Европа, то мы – просто ее презираемые (и кем, прости Господи) азиатские задворки. Но если мы – новая Америка, то Новый Свет – это наш неизмеримый Восток, а «Европа» – просто любимая рифма Цветаевой к недавно отмененному слову…

«Так какое учение сможет вернуть нас в точку, где видение Новой Америки открылось Блоку? Ответ, мне кажется, вытекает из всего сказанного выше: секрет именно в отсутствии любых «учений», которым мы должны подчинять свою мысль…

«Обычный здравый смысл и есть та единственная философия (и идеология), которую мы сегодня можем себе позволить, если хотим сохраниться и выжить. Но это вовсе не значит, что мы накладываем на себя какую-то епитимью. Наоборот. Здравый смысл – это и есть неартикулируемая философия Америки, лежащая в основе американской свободы (и, натурально, империализма). Мало того, такова же и философия современного Китая. А уж там за пять тысяч лет столько слов напилили, что ой…

«Вся холодная война – это схватка американского здравого смысла с проекциями советской еврофилософии, объяснявшей, как должен быть устроен атом, где выращивать кукурузу и почему кибернетика зло. Результат известен. Так почему бы нам снова не похитить у Америки ее самое могучее оружие?

«Это я не к тому, что прочую философию надо запретить. В личных целях, под наблюдением врача – пожалуйста. Но в вопросах разумного общественного строительства она нерелевантна или прямо вредна (а кто не верит, примеры перед глазами). Запомните, други: когда термины всплывают в подобном контексте, речь всегда идет о распиле. А поскольку к залоговым аукционам двухкамерные пацаны опоздали, пилить во имя своих голосов они будут сначала наши налоги, потом мозги, а потом, если попустит Господь, и глотки…»

Типичнейший Голгофский. Но тут он во многом прав.

Однако нам почему-то кажется, что, попади наш автор в число вероятных пильщиков, вердикт его не был бы таким непреклонным.

* * *

Вскоре после приезда в Реховот спецслужбы заставляют Голгофского пройти множественные проверки и тесты (такие, объясняют ему, проходит любой, кто сотрудничает с ЦРУ даже на временной основе). Задержка вызвана тем, что специалисты из Моссада тоже пожелали оценить психику нашего автора и некоторое время из двух программ комбинировали общую.

Тесты весьма объемны. В основе – опросник MMPI–2–RF