Она не могла понять, как все так быстро изменилось. Еще недавно она была на вершине, блистала на всех мероприятиях, и каждый хотел оказаться в ее окружении. Теперь же ее прошлые «друзья» избегали лишний раз пересекаться взглядами.

Эта ситуация была для Лиз особенно унизительна, потому что она привыкла быть сильной, привыкла побеждать. Но в этом новом положении ей приходилось бороться не только с Клэр, но и с собой. Она постоянно задавалась вопросом: а что, если они правы? Что, если она действительно потеряла хватку? Что, если она больше не подходит на роль Президента?

– Что ты хочешь этим сказать? – голос Лиз прозвучал более жалко, чем она планировала.

– Мы провели голосование, – Клэр резко сменила тон на деловой, – и решили, что «Лаборатории стиля» нужен новый Президент. Меня избрали единогласно.

Ее слова разошлись по Лиз подобно удару молнии – неприятным электрическим разрядом по каждой клеточке тела.

– Ты… что?! – опешила Лиз.

– О, не беспокойся, – Клэр перешла на снисходительно-ласковый тон. – Мы все понимаем, тебе тяжело это принять. Поэтому я великодушно разрешаю тебе остаться в клубе. Ты можешь учиться у меня, – она помахала папкой.

Взгляд Лиз растерянно метался между Клэр и девочками, которые с одобрением кивали, не смея взглянуть ей в глаза. Она почувствовала, как из груди поднимается обида, превращаясь в ярость.

– Этот клуб – моя идея! – ее голос дрожал, но не от слабости, а от возмущения. – Мой папа спонсировал его на протяжении всех этих лет! Без меня вас бы тут вообще не было!

– И мы благодарны тебе за это, – Клэр театрально вздохнула. – Но, к счастью, мои родители готовы взять это на себя. Теперь клуб в надежных руках.

Лиз замолкла, пытаясь переварить услышанное. Вспомнилось предсказание Льюиса о Красной Королеве. Тогда она посмеялась над ним. Красная Королева. И вот она стоит перед ней в бордовом платье, самодовольная, уверенная в своей победе.

– Мы еще посмотрим, – прошипела Лиз, с трудом сдерживая злость, и, схватив свои вещи, выскочила из кабинета, громко хлопнув дверью.

Коридор встретил Лиз гулом голосов и стуком множества шагов. Она сжала ремешок сумки, пытаясь успокоить дыхание. Сердце бешено колотилось, в висках пульсировала злость. Она не могла позволить Клэр так просто отнять то, что она создавала годами. Но что она могла сделать? Как вернуть себе контроль, когда даже ее соратники предпочли отвернуться?

Она шла вдоль стен, стараясь не встречаться взглядом с другими учениками, когда из-за угла неожиданно появился Ксавьер. Его спокойная, уверенная походка, как всегда, внушала ощущение стабильности. Но стоило Ксавьеру увидеть Лиз, как его лицо изменилось.

– Лиз? Что ты тут делаешь? – Его голос был полон удивления. – Почему ты не на заседании клуба?

Лиз поморщилась, остановившись. Она сделала вид, что увлечена рассматриванием маникюра, чтобы не встречаться с Ксавьером взглядом.

– Долгая история, – пробормотала она, не желая рассказывать об унизительном перевороте, который только что произошел. – Появились другие дела.

Ксавьер слегка наклонил голову, словно пытаясь прочитать ее мысли.

– Что-то случилось? Ты не похожа на себя в последнее время.

Лиз резко подняла голову, ее глаза сузились.

– И ты туда же? Считаешь, что я сдала позиции?! – бросила она с вызовом.

Ксавьер нахмурился, обиженный ее резкостью.

– Я этого не говорил. Мне все равно, как ты выглядишь и в каком клубе состоишь. Но вот чего я не могу понять, так это того, почему ты упорно врешь мне. Думаешь, я поверю в сказки о том, что ты примкнула к «Лостширским ведьмам» по доброте душевной, чтобы загладить вину и поднять им репутацию? – произнес он с уязвленным видом. – Раньше мы виделись каждый день, а теперь ты находишь тысячу отговорок, чтобы даже не переписываться со мной. Я видел тебя после школы с Льюисом. И не раз. Ты что, встречаешься с ним? За моей спиной? Выставляешь меня идиотом перед остальными?

Лиз побледнела, и на долю секунды ее глаза выдали растерянность, прежде чем она снова надела маску невозмутимости.

– Это не так.

– Лжешь. Я это чувствую. – Ксавьер шагнул ближе, его голос стал тише, но в нем звучал укор. – Ты никогда не умела мне врать, Лиз. Что между вами происходит? Почему ты мне ничего не рассказываешь?

– Извини… – виновато поморщилась Лиз.

Ксавьер взорвался и горячо зашептал, стараясь не привлекать лишнего внимания:

– Последние две недели ты только и делаешь, что бесконечно извиняешься! И ни слова правды! По школе уже пустили слух, что ты крутишь с двумя парнями сразу. На меня смотрят, как на придурка.

Она вспыхнула, снова уводя взгляд в сторону.

– Я сказала правду.

Ксавьер с измученным видом потер переносицу.

– Я не хочу ссориться. Особенно посреди школы. Просто я хочу до тебя донести – если что-то случилось, если тебя что-то беспокоит, расскажи мне, вместе мы найдем выход. – Он выдохнул, пытаясь взять себя в руки. – Сегодня у меня вечеринка. Папа снова уехал в Лондон. Приходи. Проветримся, помиримся. Покажем всем, что никакие позиции ты не сдала.

Лиз остро ощутила укол вины. Ксавьер был прав. Она слишком отдалилась, слишком многое скрывала. Необходимо все исправить, пока не стало слишком поздно. Пока из-за своих тайн она не потеряла лучшего друга.

– Хорошо, – кивнула она. – Я приду.

Ксавьер кивнул и, обогнув ее, пошел прямо по коридору. Лиз прикрывала глаза и припала спиной к шкафчикам. Они редко ссорились с Ксавьером. Так крупно – никогда.

«Нужно быстрее закончить со всем этим!» – вспыхнуло в мыслях Лиз.

После уроков она присоединилась к «Лостширским ведьмам» и привычной дорогой направилась к Мжути.

В чертоге воздух стоял тяжелый и напряженный от концентрации энергии. Лиз сидела на стуле, глядя на собравшихся вокруг Наю, Молли, Карлу и Льюиса. После утреннего конфликта с Клэр ее нервы были оголены до предела, и очередное занятие лишь усилило ощущение беспомощности.

– Лиз! – раздраженно выкрикнула Ная, хлопая ладонью по столу. – Ты опять ничего не слышала?

Лиз вздрогнула и подняла взгляд. Глаза Наи метали молнии. Лиз заставила себя сосредоточиться, но из горла вырвалось неуверенное:

– Извини… Я просто…

– Просто?! – перебила Ная, скрестив руки на груди. – Это не оправдание. Ты должна контролировать себя, свою силу, свои мысли. Ты ведь не первый день здесь, Лиз! До этого у тебя получалось!