– Премного благодарен. Когда еще удастся побывать в Вейре? – рассеянно проговорил Тиларек, не сводя взгляда с Рамот’ы. – Не знал, что королевы вырастают такими большими.

– Рамот’а уже намного крупнее и сильнее Неморт’ы, – заверил гостя Ф’лар, передавая его на попечение ожидавшего подростка, который должен был препроводить Тиларека в выделенное ему жилище.

* * *

– Прочти, – сказала Лесса, нетерпеливо протягивая свиток бронзовому всаднику, когда они вернулись в зал Совета.

– Ничего иного я не ожидал, – беспечно отмахнулся Ф’лар, присев на край большого каменного стола.

– И?.. – раздраженно бросила Лесса.

– Время покажет, – безмятежно ответил Ф’лар, осматривая плод в поисках пятен.

– Тиларек намекнул, что далеко не все холдеры разделяют воинственные чувства своих лордов, – пытаясь успокоиться, заметила Лесса.

Ф’лар фыркнул.

– Тиларек говорит то, что понравится тем, кто его слушает, – проговорил он, подражая речи гостя.

– Стоит также иметь в виду, – сказал появившийся в дверях Ф’нор, – что он выражает мнение далеко не всех своих людей. В караване хватает недовольных. – Ф’нор вежливо, но слегка рассеянно поклонился Лессе. – По их мнению, Руат слишком долго бедствовал, чтобы отдавать Вейру так много в первый же урожайный Оборот. И я бы сказал, что Лайтол оказался более щедр, чем можно было ожидать. Будем есть досыта… какое-то время.

Ф’лар бросил свиток коричневому всаднику.

– Можно подумать, мы этого не знали, – проворчал Ф’нор, быстро просмотрев послание.

– Если вы все знаете, то что вы собираетесь делать? – спросила Лесса. – Вейр настолько перестали уважать, что скоро он не сможет прокормить сам себя.

Она с удовлетворением отметила, что слова ее попали в цель. Оба всадника почти с яростью повернулись к ней, но Ф’лар тут же усмехнулся, а Ф’нор, расслабившись, кисло скривил губы.

– Ну? – потребовала она.

– Значит, Р’гулу и С’лелу придется поголодать, – пожал плечами Ф’нор.

– А вы двое?

Ф’лар тоже пожал плечами и, встав, церемонно поклонился Лессе.

– Поскольку Рамот’а крепко спит, госпожа Вейра, прошу твоего позволения удалиться.

– Убирайтесь! – рявкнула Лесса.

Оба уже повернулись к выходу, улыбаясь друг другу, но тут в зал ворвался Р’гул, а за ним С’лел, Д’нол, Т’бор и К’нет.

– Я верно расслышал? Десятину со всего Плоскогорья прислал только Руат?

– Совершенно верно, – спокойно кивнул Ф’лар, бросая Р’гулу свиток с посланием.

Глава Вейра быстро пробежал его глазами, хмурясь и бормоча себе под нос, затем с отвращением передал С’лелу, который показал его всем, чтобы те могли прочесть.

– В прошлый Оборот мы кормили Вейр за счет десятины от трех холдов, – пренебрежительно заявил Р’гул.

– В прошлый Оборот – да, – вмешалась Лесса, – но лишь потому, что у нас оставались запасы в пещерах. Манора только что сообщила, что эти запасы исчерпаны…

– Руат был крайне щедр, – быстро добавил Ф’лар. – Теперь все будет по-другому.

Лесса поколебалась, сомневаясь, не ослышалась ли она.

– Его щедрости недостаточно, – заявила она, не обращая внимания на предупреждающий взгляд Ф’лара. – В любом случае юным дракончикам в этот Оборот нужно больше еды. Так что есть лишь один выход. Вейру придется торговать с Телгаром и Фортом, чтобы пережить холода.

Ее слова тут же вызвали бурю негодования.

– Торговать? Никогда!

– Чтобы Вейр опустился до торговли! Только набег!

– Р’гул, мы готовы пойти в набег, но торговать – ни за что!

Все бронзовые всадники были уязвлены до глубины души. Даже С’лел возмущенно фыркнул. К’нет почти приплясывал, глаза его блестели от предвкушения.

Лишь Ф’лар оставался в стороне, скрестив руки на груди и холодно глядя на Лессу.

– Набег? – всеобщий шум перекрыл властный голос Р’гула. – Никакого набега не будет!

Его командный тон заставил всех мгновенно замолчать.

– Не будет? – хором переспросили Т’бор и Д’нол.

– Почему? – На шее Д’нола напряглись жилы.

«Ну где же он?» – мысленно простонала Лесса, ища взглядом С’лана, но вспомнила, что тот на тренировочном поле. Иногда С’лан и Д’нол вместе выступали против Р’гула на Совете, но Д’нолу не хватало сил, чтобы выстоять в одиночку.

Лесса с надеждой взглянула на Ф’лара. Почему он молчит?

– Меня тошнит от старого жилистого мяса, от плохого хлеба, от задубевших кореньев, – все больше распаляясь, кричал Д’нол. – В этот Оборот Перн процветал. Пусть отдаст долю Вейру, как положено!

Стоявший рядом в воинственной позе Т’бор одобрительно заворчал, переводя взгляд с одного бронзового на другого. У Лессы промелькнула надежда, что Т’бор, возможно, выступит не хуже С’лана.

– Стоит Вейру хотя бы попытаться, – прервал его Р’гул, предупреждающе подняв руку, – как лорды вместе выступят против нас.

Театральным жестом он успокоил мятежников. Слегка расставив ноги, высоко подняв голову и сверкая глазами, он возвышался над коренастым Д’нолом и стройным Т’бором на полторы головы, будто суровый патриарх, распекающий заблудших детей.

– Дороги чисты, – зловеще продолжал Р’гул, – ни дождь, ни снег не остановят наступающее войско. С тех пор как был убит Фэкс, лорды вооружились до зубов. – Р’гул слегка качнул головой в сторону Ф’лара. – Вы ведь все наверняка помните, сколь скудное гостеприимство оказали нам во время Поиска? – Р’гул многозначительно обвел взглядом бронзовых всадников. – Вам знакомы настроения в холдах, вы видели их силу. – Он вздернул подбородок. – Вы действительно настолько глупы, чтобы бросить им вызов?

– Немного огненного камня… – гневно начал Д’нол и тут же замолк, потрясенный собственными необдуманными словами не меньше, чем все остальные. Даже Лесса судорожно втянула воздух при мысли, что огненный камень может быть преднамеренно использован против людей.

– Но что-то же надо делать… – Д’нол в отчаянии повернулся к Ф’лару, затем, уже с меньшей надеждой, к Т’бору.

«Если Р’гул победит, это конец», – с холодной яростью подумала Лесса и, сосредоточившись, послала Т’бору мысленный сигнал. В Руате на разозленных мужчин воздействовать проще всего. Если ей удастся… Внезапно снаружи послышался трубный рев дракона.

Резкая боль в ступне пронзила все тело. Девушка ошеломленно попятилась и наткнулась на Ф’лара, который железной хваткой сжал ее руку.

– Ты посмела влиять… – яростно прошептал он ей на ухо, а затем с притворной почтительностью усадил ее в кресло, удерживая за руку словно тисками.

Нервно сглотнув, она неестественно выпрямилась в кресле, а когда наконец осознала, что произошло, поняла, что критический момент миновал.

– Сейчас ничего нельзя сделать, – властно произнес Р’гул.

«Сейчас…» – эхом прозвучало в звенящих ушах Лессы.

– Вейру нужно обучать молодых драконов. И воспитывать юношей в надлежащих традициях.

«Пустых традициях, – в оцепенении думала Лесса, превозмогая горечь, – которые опустошат сам Вейр».

Она в бессильной ярости уставилась на Ф’лара. Он предупреждающе сдавил ее пальцы, едва не заставив вскрикнуть от боли. Сквозь выступившие слезы она увидела на лице юного К’нета чувство бессилия и стыда, и в ней снова вспыхнула надежда.

Усилием