Глава четырнадцатая

Саймону и Нику принесли такие безупречные смокинги и фраки, что казалось, будто их шили специально для них. Спускаясь в столовую, они заметили пролетевшего мимо светлячка.

Саймон рассмеялся:

— Удивительное место.

Ник покачал головой:

— Неужели так сложно зажечь лампы?

— Это экономит на прислуге, — сказал Саймон. — Я не видел и половины того количества слуг, которое должно быть в доме такого размера. Уверен, что по всему поместью есть множество приспособлений, которые экономят труд.

Они продолжили путь, а Ник ворчал о бессмысленности происходящего. Он отказался бриться, чем вызвал разочарованные взгляды дворецкого в столовой. Оба мужчины удивились, увидев там Имоджен. На ней было модное муслиновое платье в цветочек с рукавами-фонариками. Она сделала реверанс, едва скрывая смущение, и уставилась на Ника суровым взглядом, но ничего не сказала. Затем она одобрительно улыбнулась Саймону и схватилась за спинку стула, на котором ей предстояло сидеть рядом с ним, словно кто-то мог убрать его из комнаты.

Обеденный стол был длинным, но на одном его конце было всего четыре места. Изысканные цветы украшали бокалы для воды и вина, а также набор столовых приборов рядом с изысканными фарфоровыми тарелками. На каждом месте лежало меню. Саймон изучил свое и был впечатлён, особенно учитывая, что у них было всего несколько часов на подготовку.

Открылась боковая дверь. Саймон оторвался от меню, и его глаза расширились. В комнату вошла Кейт в платье из тёмного бархата, которое подчёркивало её тонкую талию и выразительные бёдра. Бледная кожа её сильных обнажённых плеч красиво сияла на фоне высокой груди. Её рыжеватые волосы были собраны в соблазнительный небрежный пучок на макушке, обрамляя резкие скулы. Её зелёные глаза обвели комнату, на мгновение задержавшись на Саймоне, который поклонился, а затем скользнули мимо Ника и с беспокойством остановились на Имоджен. Кейт подошла к столу, и только тогда Саймон заметил у нее в руках один из отцовских дневников.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — любезно сказала она, не сводя глаз с бледного лица Имоджен. — Несмотря на обстановку, мы не придерживаемся формальностей. Просто в Хартли-Холле давно не было гостей.

Кейт села во главе стола, Имоджен устроилась справа от Саймона, а Ник слева от нее. Не успели все расправиться с закусками, как перед каждым поставили тарелку с устрицами. Саймон поднял свой маленький бокал с белым вином и встал.

— Позвольте мне поднять тост за нашу хозяйку, мисс Анструтер, и ее очаровательную сестру, мисс Имоджен. Мы благодарим вас за гостеприимство. Для нас большая честь провести вечер в Хартли-Холле.

Кейт кивнула и сделала глоток. Не успел Саймон сесть, как она открыла дневник, и на ее лице отразилось волнение от сделанного открытия.

— Вот. Смотрите.

Саймон демонстративно отложил вилку для устриц и снисходительно улыбнулся. Пожелтевшие страницы дневника были исписаны каракулями, некоторые из которых можно было разобрать, а некоторые нет. Какие-то слова, цифры и формулы. Символы, с которыми он не был знаком. Он увидел несколько детальных рисунков, на которых, судя по всему, был изображен тот самый ключ, спрятанный у него в жилете. Он достал ключ, чтобы сравнить. Рисунки были очень похожи.

— Когда это было написано? — спросил Саймон.

— Дневник датирован 1790 годом, но в него вложены отдельные листы бумаги, которые, как мне кажется, еще старше.

— Тридцать лет назад. Любопытно. — Саймон передал дневник Нику, которого больше интересовали устрицы. — Возможно, ваш отец был знаком с моей матерью и подарил ей этот ключ. Она никогда не упоминала, что была знакома с сэром Роландом Анструтером.

Кейт сказала:

— Вряд ли.

— Почему?

— Судя по отцовским записям, ключ, это не просто памятный подарок, который он мог кому-то вручить. В отличие от многих других своих творений, он уделил этому особое внимание.

— Я не вижу в этом ключе ничего особенного.

— Боже правый, — выдохнул Ник. Он держал в руках потрепанный пергамент, который вытащил из-под страниц. Его глаза были широко раскрыты. Он перевернул лист и поднял его над головой.

Саймон узнал на странице рунический текст. Магические символы, похожие на те, что использовал он сам. Даже пугающе похожие.

Он выхватил лист из рук Ника и уставился на него. У него перехватило дыхание. Ему протянули еще несколько листов. Он взял их у Ника и разложил на столе, не подпуская к себе слуг, которые хотели убрать блюдо с устрицами и принести суп. Саймон переходил от листа к листу, проводя пальцами по символам и сравнивая их. Даже сосредоточившись на этом, он почувствовал слабый аромат духов Кейт, когда она подошла к нему сзади.

— Это магические руны, — сказала она.

— Это нечто большее.

— В каком смысле?

— Я почти уверен, что их написал мой отец.

— Ваш отец? — Кейт потрясенно выдохнула. — Ваш отец был волшебником?

— Он был писцом. Как и я. Я узнаю его почерк по сохранившимся записям. — Саймон посмотрел на Ника, и его губы медленно растянулись в улыбке. — Это заклинания, написанные моим отцом.

Кейт спросила:

— Зачем они могли понадобиться моему отцу?

— Понятия не имею, мисс Анструтер. Совсем не имею. Но это чертовски интересно, не правда ли?

Она искренне рассмеялась, впервые за все время, что он ее знал, и приложила руку к груди.

— Вы можете сказать, что за заклинание там написано?

— Нет, пока нет. Но оно красивое. У него была такая изящная рука.

Кейт вернулась на свое место и сделала большой глоток вина.

— Судя по тому, что я прочла в дневнике, ключ, который у вас в руках, это предмет необычайной силы.

Саймон, Ник и Имоджен посмотрели на ключ. Он переливался в золотистом свете свечей.

— Что это за сила? — спросил Саймон.

Кейт театрально подалась вперед, опершись на локти.

— Понятия не имею.

Саймон ждал более внятного ответа, но понял, что с нее хватит.

— Что?

— Мой отец тоже был человеком скрытным. Он не стал бы просто так писать об этой вещи.

Саймон поднес ключ к лицу.

— Тогда откуда нам знать, что он вообще что-то делает?

Кейт отпила вина.

— Стали бы два таких человека вместе работать над простым украшением?

Саймон пожал плечами.

— Что ж, я вижу явные доказательства того, что они были знакомы и что на ключе есть рунические символы, принадлежащие моему отцу. Но работали ли они вместе над этим ключом? Мы не можем сказать этого наверняка.

Ник хмыкнул и протянул последний лист. Это был грубый набросок ключа с нарисованными на нем руническими символами.

— С другой стороны, — добавил Саймон.

Это был долгий ужин, во время которого они оживленно обсуждали дневник, но так и