Мы подходили все ближе к полицейскому участку, поэтому нам стали часто попадаться твари в форме стражей порядка и в синих костюмах заключенных с нашивкой на груди. Они бесцельно бродили то по одному, то сбившись в кучу. Как раз такая куча и мельтешила перед воротами.

— Нужно найти другой вход, — сказал Зверь.

По всему периметру забора был вырыт глубокий ров, из дна которого торчали деревянные заостренные колья. Ловушка для синих. Судя по корчащимся внутри рва тварям, очень даже действенная — упав туда, встать и тем более выбраться они не могли.

— А если там остались люди? Это же кто-то сделал, — сказала я, указывая на ров.

— Разберемся, — только и сказал Зверь. — Разведка доложила, что этот город пустует, и у нас нет причин ей не доверять.

— Все же странно, что всего за несколько месяцев тюрьма опустела, — заметил Руслан, нахмурившись. — Это же целая крепость.

— Ничего удивительного, — отозвался Зверь. — Надсмотрщики вряд ли мечтали встретить апокалипсис с заключенными. А преступники, возможно, хотели поскорее убраться из места заточения.

Осторожно ступая по пожелтевшей траве, мы обошли забор, встретив по пути нескольких синих. На этот раз ими занялся Зверь. Он расправлялся с врагами быстро и бесшумно с мастерством, достойным военного. Позади здания мы отыскали замаскированную увядающим кустарником брешь в заборе. Небольшую, но через нее легко можно было попасть на территорию участка, перепрыгнув ров с острыми клиньями, который здесь значительно сужался.

— Я иду первый, за мной парень и девушки по очереди.

— Меня зовут Руслан.

— Мне не обязательно тебя запоминать. Возможно, нам недолго предстоит общаться.

Зверь хохотнул, довольный черным юмором, нам же было не до смеха. Руслан хмуро играл желваками, я же надеялась, что он не сорвется на этот раз.

Несмотря на то, что я всеми силами пыталась себя успокоить, волнение не проходило. Неизвестно, что нас ожидало внутри. Слегка нагнувшись, мы друг за другом пролезли через дыру в заборе. Когда оказались во внутреннем дворе тюрьмы, меня охватило неприятное ощущение тесноты, несмотря на то, что он был довольно просторным. Здесь царила полная тишина, прерываемая лишь редкими рычаниями рыскающих вокруг синих. Я взглянула на небо, окутанное серыми тучами. Перед отъездом нас предупреждали, что возможен штормовой ветер. Что же принесет сегодняшний день? И наступит ли завтра для нашей группы?

Фасад тюрьмы во дворе выглядел печальнее, чем снаружи: серая облезлая стена с трещинами и затертыми надписями. Сам внутренний двор представлял собой строго ограниченное пространство. Здесь не было ни зелени, ни цветов, повсюду железные заборы, колючая проволока. На всех углах здания были расположены сторожевые башни и камеры наблюдения. Я поежилась от угнетающей атмосферы и мысли, что за нами сейчас мог кто-то следить.

Мы обошли небольшую бетонную площадку, окруженную каменными скамейками, где заключенные, по всей видимости, проводили свободное время, обогнули небольшую спортивную площадку и подошли к административному зданию, где стояло два белых автозака с синей полосой — спецтранспорт для перевозки осужденных. Зверь подошел к ним поближе и негромко сказал:

— Хорошая машина. Нам бы пригодилась. На обратном пути проверим, есть ли в ней бензин. А сейчас тихо заходим в здание, помним о правилах и ведем себя осторожно.

Дверь черного входа была открытой. Когда мы переступили порог, очутились в узком темном коридоре. Воздух внутри застоялся — в нос ударил резкий, затхлый запах сырости и плесени, смешанный с чем-то еще, неприятным и неуловимым. Мы осторожно продвигались по коридорам, держа оружие наготове. Каждый шаг сопровождался действующим на нервы скрипом полов. Странные неприятные звуки доносились со всех сторон.

Внезапно из темноты выпрыгнул низкий худой мужчина. Он прижал меня к стене и приставил к горлу нож.

— Только рыпнись, и ты в расход.

Глава 12

Я чувствовала холодное лезвие, прислоненное к нежной коже. В глазах потемнело. Дыхание стало рваным, как у загнанного зверя, и застряло где-то в груди, не в силах вырваться. В голове гулко стучало, заглушая все остальные звуки, кроме собственного бешеного сердцебиения. Все чувства обострились до предела: запахи пота и грязи нападавшего, ощущение шершавой ткани на его одежде, давящей на мои руки, ледяной металл, обжигающий кожу.

— Эй, чувак… — начал было Руслан, но незнакомец его перебил:

— Не подходи, иначе ей хана.

— Спокойно, спокойно. Не подхожу. Отпусти девушку.

— Что вы, черти, тут забыли? — спросил мужчина нервным голосом.

— Мы из соседнего города, — раздался голос Зверя. — Ищем припасы.

— Здесь вам ни хрена не обломится, — ответил мужчина, не отводя от меня пристального взгляда.

Я была полностью бессильна перед ним, и это одуряюще пуга́ло. Оставалось только беззвучно молиться, чтобы все быстро закончилось, и я могла оказаться в безопасности.

— Послушай, дружище, — спокойно сказал Руслан, — нам многого не надо. Может быть, мы можем найти способ договориться? Ни к чему нам убивать друг друга.

— Ага, я только телочку отпущу, вы меня в бараний рог скрутите.

— Нахрена нам это делать? Мы не убийцы. Мы всего лишь ищем то, что поможет нам выжить.

— По какому вопросу нарисовался? — с сомнением спросил мужчина. Его взгляд блуждал, руки все еще дрожали.

— Немного оружия, патронов, да какой-нибудь провизии, — ответил Руслан.

Весь мой мир сузился до этого мужчины, который прижал меня к стене. Я ощущала каждую его малейшую тряску и движение. Его рука дернулась, нож зацепил мою шею и оставил на ней легкую царапину. Я мысленно пыталась себя уговорить, что он не убьет меня, просто хочет напугать, но боль в шее от контакта с лезвием говорила обратное. Я стала задыхаться, жадно глотать ртом воздух. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот проломит ребра.

— Пожалуйста… не делай этого, — едва слышно прошептала я.

Словно откуда-то издалека я услышала голос Руслана:

— Чувак, девочка напугана. Отпусти ее.

Мужчина нахмурился. В его взгляде мелькали смешанные эмоции: страх, отчаяние, сомнение. Внезапно он отпустил меня и отступил назад. Одновременно почувствовав слабость и облегчение, я обессиленно сползла по стене.

— Сорян, — сказал мужчина.

К нему тут же подбежал Руслан и ударил под дых, от чего тот выронил нож и согнулся вдвое, но был тут же прижат к стене. Теперь он оказался в заложниках. Зверь поднял упавшее оружие и спрятал его у себя. А Петра, милая маленькая Петра, подбежала ко мне и нежно обняла, успокаивая и утешая.

Я взглянула на мужчину: невысокий, лысый, одет в потертые джинсы и черную тканевую куртку поверх мятой футболки неопределенного цвета, руки покрыты татуировками. «Скорее всего, заключенный», — подумала я. Он стоял с обреченным видом, прижатый к стене.

— Как ты? —