вспышкой. Она подсветила кровавые порезы, виднеющиеся через разорванную военную одежду камуфляжной расцветки: два молодых парня, один высокий, а другой пониже, лежали в груде листьев и обломанных ветвей – больше из-за качества фото видно ничего не было.

– И что, никто так и не понял, что произошло? – поинтересовалась я, рассматривая снимок. – Их задрали дикие звери?

Калеб закурил вторую сигарету и слегка усмехнулся, прижимаясь к воротам, когда на его телефон пришла эсэмэска от отца о том, что он выехал.

– Да, дикие звери, веришь или нет? – Он прищурился и кивнул. – По словам автора поста, высокий – один из тех, кто отвечал за сектор поиска, и именно его сцапали первыми. Как два департамента полиции разных штатов, пограничники из Канады и целая поисковая группа могли упустить и туристов, и двух вооруженных парней…

– Такое себе, – выдала Лин, – и их неделю не могли отыскать?

– Ага, – Калеб заговорщицки, по-пьяному, улыбнулся, выкашливая табачный дым и отмахиваясь от него рукой, – вот так в северных лесах потерялись два солдата и…

– И? – нахмурилась я.

– И я узнал, что один из них – Лестер Норт.

Я присмотрелась к фотографии, но не смогла поверить, что вижу перед собой именно его. Да, парень слева, согнувшийся пополам, был очень высоким, но по фото трудно было оценить настоящие размеры.

Лес казался темным и невыносимо глухим даже на освещенной вспышкой фотографии. Да, на них была военная форма и были видны какие-то нашивки. Я мало смыслила в том, как должны проходить поиски, но…

Каким образом целую неделю не могли найти двух солдат, отправившихся искать туристов? Насколько непроходимым и жутким был этот лесной массив, что целую неделю о парнях не было ни слуху ни духу?

И правда ли это все вообще?

На фото не было видно лиц. Лишь общие очертания перевернутых на бок людей, следы грязи, пыли и, возможно, засохшей крови.

Мы заметили блики фар проезжающего по парковке Chevrolet семьи Миллеров, и Лин дернулась, чтобы обнять меня на прощание. Достаточно замерзнув, мы уже хотели разойтись, но Калеб решил добить нас еще одним фактом:

– В их отряде был еще Элиас Остин, он парней и нашел. Заставляет задуматься.

Глава 24. Очередная ночь

song: the birthday massacre – cold lights

– Па, а ты помнишь что-нибудь про тех пенсионеров, которых искали с солдатами лет шесть назад?

Мы сидели в машине мистера Миллера, которого нам с Лин можно было звать просто Джек: он был самым простым сорокатрехлетним рыбаком, изредка пропадающим на турбазе, так что пропажей тех туристов вполне мог интересоваться.

Я помнила, насколько сильно отец Калеба верит в потусторонние вещи, так что не удивилась тому, что вопрос сына его воодушевил.

– Да, помню, – кивнув, мужчина закурил и выехал с парковки, – двух пацанов из спасательного отряда искали-искали, а в итоге нашли хрен знает где, сказали потом, что волки задрали. Брехня.

– К нам просто пришел учиться один из тех, кого там нашли. Он вроде служил где-то.

– А, Норт… – тут же поник головой Джек Миллер, – у него вообще все с жизнью так себе: родителей с малолетства нет, воспитывал его дядька, который был помешан на всей военной хрени, поэтому и отправил его в восемнадцать лет к рекрутеру. Так себе судьба. А потом еще и лес этот…

– И что, ты его знаешь? – спросил Калеб, пьяно потирая переносицу и подпирая кулаком подбородок. – А индеец?

– Не помню, как его зовут, был такой. Приходил потом к турбазе, говорил с помощником шерифа, я уже все забыл. Знаю, что пацаны раненые нашлись, а что было дальше – черт их знает. Пенсионеров не нашли вообще, где-то год назад только кости отрыли.

– И что, по костям никто не провел экспертизу? – я наконец-то осмелилась подать голос, но мы уже заезжали на мою улицу. – Как погибли-то?

– Ну, зверье, как и всегда, – на костях следы от когтей, не своей смертью старики ушли. Калеб, тебя с текилы так пробрало, что ли?

– Спасибо, что довезли! – улыбнувшись, я поскорее выпрыгнула из машины, чтобы не попасть в перепалку семьи Миллер.

Калеб на прощание тронул меня рукой и мягко улыбнулся. Кажется, больше он не пытается на меня давить – и это к лучшему.

Мне вполне хватило Лестера Норта и его непредвиденного признания, о котором теперь я вынуждена молчать до тех пор, пока не…

Я застыла у дома и зашла в прихожую спустя несколько секунд, закрывая за собой дверь и тут же вздрагивая от тепла, накрывшего после уличной свежести. В комнате было темно, а в гостиной раздавался шум телевизора.

Папа, я была уверена, снова смотрел матч, пока мама делала уроки с мальчиками на втором этаже.

Проскользнув в комнату, я первым делом хотела переодеться, чтобы сразу же завалиться спать, но планы нарушил телефонный звонок. Взяв трубку и перекинув на плечо толстовку, я ждала, пока человек с незнакомым номером начнет разговор.

– Ты дома? – спросил спокойный низкий голос.

– Дома… – ответила я на выдохе, – Лин дала тебе мой номер?

Если бы можно было удивиться еще сильнее, то я бы это сделала. Звонок от Лестера Норта казался мне какой-то если не шуткой, то точно издевкой. Разумеется, я не держала обиды из-за того, что он не смог меня подвезти, – это было бы по меньшей мере эгоистично.

– Твой номер есть на листке с агитацией записаться в кружок, – продолжил мужчина, – так что в слежке вам меня не обвинить. Вообще я хочу поговорить, но, видимо, слишком поздно позвонил.

– О чем на этот раз? – присев на край постели, я так и осталась полураздетой: в белой пижамной майке и домашних легинсах. – Я ничего не говорила об этом.

– Нет, не в этом дело, – пояснил Лестер, и я услышала шум автомобилей в трубке, – я хотел поговорить о постановке.

– Ого, – я удивленно усмехнулась, подгибая ноги и откидываясь спиной к стене, – и как тебе твоя роль?

– Как насчет прокатиться до одного места? – спросил он негромко. – Я заеду за тобой.

– Что за место?

Я рефлекторно бросила взгляд на улицу: темно настолько, что хоть глаз выколи, ветра уже нет, но мороз все еще покалывает кожу. Вернувшись к звонку, я пожала плечами, но потом поняла, что Лестер этого все равно не увидит.

– Забегаловка на трассе, круглосуточная. Кофе, тосты и спокойная обстановка. Не хочу показываться у тебя дома или везти тебя к себе. Сама понимаешь.

Я понимала. Конечно, мне хотелось бы побыть дома, в тепле и безопасности, но отказаться я не могла: что-то смелое и сумасшедшее во мне требовало поехать с ним.

Мало ли чего интересного расскажет Норт?

– Ладно, я буду ждать.

– Оденься потеплее.

– Спасибо.

Когда звонок оборвался, я отложила телефон и замерла на кровати в той же позе: насколько же у меня отшибло инстинкт самосохранения, что я на ночь глядя готова ехать черт знает куда