– Последняя полторашка. Когда на охоту пойдем? – Кочерга поставил бутылку на полку, где раньше стояли соленья да варенья.

Доктор удрученно посмотрел на термометр:

– В погребе на два градуса выше нормы. Нельзя здесь кровь долго хранить.

– Тем более пора на охоту.

– Завтра. Всё завтра. Сегодня наша задача – привести в порядок крышу. Ты умеешь? Я нет, а надо.

– Давай другой дом найдем? – лениво потянулся Костя.

– Я к своему привык. Если и менять, то не шило на мыло.

– Инструменты у тебя есть? Крепеж, отвертки? Чем профиль назад прикручивать будем?

– Найдётся. Пошли, посмотрим в кладовке, – Хирург взялся руками за ржавую лестницу и вылез на поверхность.

На ремонт кровли ушел целый день. Доктор и раньше раздумывал о смене логова, а теперь вопрос стал особенно остро. Для длительного хранения крови требовалось специальное оборудование с постоянным температурным режимом, а не бытовой холодильник или тем более погреб.

Недавно им повезло. Застали врасплох двух парней, одного порешили сразу, а второго держали про запас и только недавно обескровили.

– Базу надо искать. Думал про свою поликлинику, но там всё в таком запустении. Ни электричества, ни воды. Теперь везде так, только в городе еще более-менее. И то не во всех районах.

– Я в Краснодар не сунусь, – крякнул от натуги Кочерга, вкручивая очередной саморез, – поищем другие домишки с солнечными батареями.

– Как видишь, вариант не самый надежный. Ураган нам это доказал. Хочется что-то основательное, автономное, чтобы раз и навсегда.

– Док, тут просто держалось всё на соплях. По-уродски сделали. Я удивляюсь, как еще раньше не отвалилось. Фух, всё. Крышу мы починили, а вот панелям солнечным кранты. Пошли жрать.

Люба постелила на стол чистую свежую скатерть вместо задрипанной клеёнки и разложила приборы. Во время их первой встречи, где шатенка больше напоминала пьяную проститутку, чем модель, Хирург и подумать не мог, что она окажется такой старательной хозяйкой. В хате теперь всегда был порядок, и готовить Любаша умела вполне сносно. По крайней мере, из тех продуктов, что удалось достать.

В тарелках лежала гречка с тушенкой, в отдельном блюдце – молодой зеленый лучок, укропчик и петрушечка. В стеклянном заварнике плавали чаинки с малиновыми листочками.

– Я вот всё спросить хотела, – начала разговор Люба, подсыпав соль к зелени, – как вы это лекарство придумали? Ну, с кровью?

– Это он с голодухи загрыз чистого, крови напился и помогло. Так было, док?

– Интересное предположение, Константин. Вы сейчас удивитесь, но кровь я начал пить до эпидемии.

Кочерга поперхнулся, так что Любе пришлось стукнуть его между лопаток.

– Чего? Нахрена?

– Желудок болел. Обследовал всё вдоль и поперек. Ничего не нашли, а боли продолжались. Работал у нас в поликлинике гастроэнтеролог один опытный, интересная личность, жаль вскоре уехал в Канаду, так вот он мне кровь и посоветовал.

– И помогло?

– Будете смеяться, но да. Я стал этот вопрос изучать, наткнулся на интересный форум современных вампиров. Так они себя называют. Многие из них писали, что пристрастились к кровушке после аналогичных симптомов. Таких людей немало оказалось, только в России несколько тысяч. У них даже, как раньше модно было говорить, комьюнити существовало. Сангвинарами себя называли. Я углубился в тему, но никаких медицинских объяснений не нашел, в основном чушь везде писали лженаучную. Но факт остается фактом – мне полегчало.

– А сангвинары-долбанары где кровь раньше брали? Людей же для этого не резали?

– Нет, там всё добровольно. Доноров находили, из друзей, как правило.

– Хренасе, чё только не бывает. Я думал упыри только в кинохах, а тут взаправду кровососы.

– А с Тамарой, супругой моей, мы свою схему наладили. Работали мы в одной поликлинике, она – в лаборатории, я – терапевтом. Приходил ко мне пациент, жаловался, я его, как водится, на анализы отправлял и жене пометочку делал. Она у него лишнюю пробирку крови набирала, проверяла, что никаких болезней коварных нет, и для меня откладывала. Мне хватало полстаканчика раз в две недели. Да уж, теперь всё гораздо сложнее. Я бы с удовольствием никого не убивал, вот только доноров не осталось.

– Она умерла? – прошептала Люба.

– Тома первой заразилась, за ней я пятнами пошёл. Она не стала бороться. Лошадиная доза снотворного – и на небеса. Только записку оставила. К тому времени анархия началась, власть бросила нас, всем плевать стало друг на друга. У меня боли в животе снова обострились, тогда и решил, что раз я «аrticulo mortis» – одной ногой в гробу, то хоть облегчу себе этот путь. Без страданий последние дни протяну.

Сначала пытался договориться, просил, умолял, купить предлагал. Но все шарахались от меня как от психа. И чистые и зараженные. Одной ночью такой приступ случился, желудок точно через мясорубку прокрутили, едва пережил. А на утро, когда полегчало, пошел, куда глаза глядят с единственной целью – добыть кровь. Страшно было в первый раз убивать, ой как страшно, но я себя пересилил. Студентик мне попался лет восемнадцати, чистый. Понимаете, чистый? Я не сразу внимание обратил, потом глядь, а пятен нет. Ну, почти нет. Начал экспериментировать, понял, что кровь зараженных не подходит. После них обратная реакция – клещам точно подпитку даешь, пятна быстро буреть начинают и чешутся нестерпимо.

– Ну, история, – хлопнул по столу Костя, – а с животными как? Их кровь не помогает?

– Мне нет. Собачью пробовал, кролика резал, но по ним же не ясно, зараженные они или нет. Под шерстью не видно. Свиньи мне не попадались. Тут огромное поле для исследований.

– Если кровь помогает, то почему лекарство до сих пор не сделали? – жалобно вздохнула Люба, почесав ногтем маленькое пятнышко над коленкой.

– Ты в этом уверена? – лукаво улыбнулся Хирург, его водянистые глаза таинственно прищурились, – может, просто это кому-то выгодно? Кто обладает вакциной – управляет всем.

– Чем тут управлять? Всё похерили. Ни черта не осталось! Гребанные пиндосы! Все знают, что американцы это устроили! Они разрабатывали биологическое оружие против нас! – заорал Кочерга.

– Ты зомбоящик пересмотрел. У наших вечно пиндосы виноваты.

– Да это сто пудов! – не унимался Костя, отстаивая свою точку зрения, – Америка или Англия, кто-то из них!

– Может просто мутация…

– Мы никогда не узнаем правду, никогда. Власти всегда врут и спирают друг на друга, – влез в «семейный» спор Хирург, – я не хочу углубляться в конспирологические теории, так можно до зеленых человечков договориться. Мне кажется, тут нелепая случайность, трагическая оплошность, несчастный случай, назовите как хотите. Эксперимент мог выйти из-под контроля, и мы имеем то, что имеем. Досталось всем.

– Не знаю. Может в штатах всё прекрасно. Мы же не видим, как там у них на самом деле. Вдруг они всё срежиссировали? Как высадку на Луну?

– Началось. Да уймись ты, – шикнула на жениха Люба.

– Сама рот закрой!

– Всё, хватит. Помните, о чем я вам говорил? Все против нас, мы должны держаться вместе.

Слова доктора охладили атмосферу, повисла тишина. Только жирная муха настырно жужжала под потолком. Любаша кусала ногти и ерзала на стуле, одна мысль никак не давала ей покоя:

– Так тебе сразу помогла кровь? А лекарства?

– Какие лекарства? – машинально переспросил Хирург, еще не понимая, какую промашку допустил.

– Ты их в кровь добавляешь, сам говорил. Мы же кровь с лекарством пьём? Вот я и не поняла, когда ты первого парня убил, ты просто чистую кровь выпил, и это всё равно подействовало на пятна?

«Зря разоткровенничался. Накрылась легенда. Теперь они и без меня обойдутся. Как прошлые. Опять придётся новую команду набирать. Мда… что же делать? Начну им сейчас лапшу вешать, сразу поймут. Или не поймут? Ребятки-то не семи пядей во лбу, но и не полные тупицы. Это же надо так глупо проболтаться. Нельзя про себя ничего рассказывать, нельзя. Но это потом, на будущее. А сейчас…».

Несмотря на нервный внутренний монолог, Хирург сохранял ледяную невозмутимость.