вылез этот образ из подсознания в виде сновидения, и никакой мистики…

Рычание! Сталкер мгновенно оказался на ногах. Я тоже вскочила и выхватила «Фору». Сердце заколотилось как бешеное, заложило уши. Фонарь Волка отодвинул темноту.

Тень. Еще одна, еще… сколько же их?

– Никогда сюда дохлые собаки не приходили! – проговорил сталкер, вскинув винтовку. – Им здесь попросту нечем кормиться. Значит, шли за нами.

– Через болота?! – не поверила я, но вояка проигнорировал мою реплику.

– Подъем! – скомандовал он. – У нас гости!

– Кто?.. Куда?.. – спросонок невнятно отозвался Чек, поднимая автомат.

– Дохляки слепошарые.

– Откуда, блин? – озадачился Веселый, почесывая щетину на скуле.

– От верблюда. Позиции займите. А ты, – Волк бросил короткий взгляд на меня, – вернись в туннель.

Сталкеры вели себя так… буднично. Им хватило каких-то секунд, чтобы сосредоточиться на целях, в то время как я могла лишь пятиться и ошарашенно озираться.

Тени мелькнули ближе. Рыча и скалясь, твари сокращали дистанцию. Но, по крайней мере, они не могли обойти нас сзади, со стороны туннеля.

Волк выстрелил первым. Пуля тридцатого калибра отбросила собаку на добрый метр, и остальные монстры зарычали еще яростнее. Огонь костра и фонари сталкеров осветили с дюжину жутких мутантов. Очередью затрясло автомат Веселого, потом на спуск нажал Чек. В какой-то момент я перестала различать отдельные звуки: вокруг слились в единый оглушительный гул и выстрелы, и выкрики сталкеров, и озлобленный лай собак.

Патроны закончились у Веселого раньше, чем он успел попасть в рванувшую на него слепую псину. Тварь повалила сталкера на землю, однако вцепиться в горло ей не удалось: Веселый выставил автомат, перекрывая доступ к лицу и шее. Собака лишь лязгнула зубами по металлу и коротко взвыла.

– Волк! – истошно крикнул Никита.

Вояка дернулся, на мгновение перестав стрелять, и тут же псина, атаковавшая из-за пределов круга света от костра, вцепилась Сотникову в руку. Сообразив, что помочь Веселому не успеет никто, кроме меня, я сделала шаг вперед. С расстояния в пяток метров грех было не попасть.

– Веселый! – крикнула я, и сталкеру хватило мига, чтобы понять мои намерения.

Он зажмурился, отвернул голову в сторону. Девятимиллиметровая пуля разнесла башку слепого монстра, будто перезрелый арбуз. Веселый сбросил с себя смердящий труп, шустро поменял магазин и вскочил на ноги, еще в движении продолжив расстрел нападающих собак.

– Экономьте патроны! – не оборачиваясь, выкрикнул Волк.

Еще одна тварь обошла Чека. На этот раз у меня было время тщательно прицелиться. Выстрел. Пуля попала в шею животного. Собака отшатнулась, издав хриплый визг, подалась в сторону – и вдруг какая-то неведомая сила подбросила ее и отшвырнула за несколько метров. Я так опешила, что чуть не выронила пистолет. Сталкеры тоже заметили аномалию, однако не до разговоров сейчас было. Быстро собравшись, я продолжила стрелять, и у меня неплохо получалось, пока не закончились патроны. Я юркнула обратно под своды туннеля, пытаясь утихомирить подергивающиеся от зашкальной дозы адреналина мышцы.

Еще немного, и рычание сошло на нет, смолкла ФН, затем и оба АК. Воцарилась тишина.

– Все целы? – спросил Волк.

– Цел, – отозвался Чек.

– Цел, – выдохнул Веселый.

– Цела, – негромко ответила я.

– Это же «трамплин» был? – спросил Веселый.

– Сколько раз здесь бывал, никаких аномалий в радиусе пятидесяти метров не наблюдал. Да и вы детекторами проверили место. То ли Зона сходит с ума перед Выплеском, то ли… – Волк замолчал.

– Что с дохлыми слепошариками делать будем? – поинтересовался Чек. – Или ну его на фиг, пусть валяются?

– Нам тут еще ночевать! – возмутился Веселый. – Воняют же!

– Там, у реки, яма есть, – мотнул головой Волк.

Вот в эту яму Чек с Никитой и принялись таскать трупы. А оказалось их немало – около двух десятков.

Отношение к произошедшему было странным и неоднозначным. Теперь, когда все закончилось, рассудок будто подменил реальность ложной памятью об игре в какой-то командный шутер на компе, азартный и безопасный. Мне вроде бы до сих пор было страшно, но вместе с тем волнами накатывала эйфория: ну ведь офигеть как круто – «размотать» такую большую стаю мутантов! Еще хочу!

Я не сомневалась, что с минуты на минуту по мне ударит отходняк, и потому поторопилась заняться делом – то есть сунулась помогать Волку, который, сняв куртку и подсев к костру, осматривал укушенную руку. К счастью, рана оказалась не такой уж серьезной, но даже она требовала обработки и перевязки. Пока Сотников колол себе противостолбнячное, я подтащила поближе свой рюкзак и достала аптечку. В подобных случаях вместо перекиси водорода я использовала масло чайного дерева – лучший природный антисептик. А для более эффективного заживления у меня всегда был припасен декспантенол.

Заметив мои нерешительные телодвижения, Волк метнул в меня острый вопросительный взгляд. Я протянула на открытой ладони стеклянный флакон и тюбик с мазью.

– Это что еще за бабская косметика? – театрально изумился Сотников. – Не хватает дезодоранта и помады!

Вот скотина! Уж дезодорант-то тебе точно не помешал бы! Впрочем, как и мне.

Почему его так колбасит? Ведь всего полчаса назад мы спокойно общались! Пусть он нес какую-то чушь про желающую достучаться до меня Зону – зато выглядел нормальным человеком. А сейчас что? Тоже отходняк?

– Извини, – вдруг буркнул он, и я вновь решила, что ослышалась. – Занесло. Что там у тебя?

– Масло чайного дерева… – пролепетала я, окончательно сбитая с толку. – Антисептик. Его еще капитан Кук открыл, а широкое распространение оно получило во время Второй мировой – британские солдаты им раны обрабатывали.

Волк усмехнулся – но не ядовито, как раньше, а довольно-таки доброжелательно.

– Что с этим делают?

– Сначала обработаешь вот этим. Немного пощиплет. Потом нанесешь мазь, а сверху бинт.

– Принято, – кивнул он.

– Помочь забинтовать?

– Справлюсь.

Я выдохнула и, подхватив рюкзак, отправилась на свое прежнее место в туннеле.

– Эй, Дерзкая! – прилетело мне в спину; я притормозила, но не стала оборачиваться. – Спасибо!

Хм… Как говорится, радуемся осторожненько. Ибо неизвестно, какая муха укусит вояку через пять минут.

– Спасибо, – точно негромкое эхо произнес Веселый, вернувшийся от реки. Его руки были по локоть в вонючей крови дохлых собак, и он, не глядя на меня, принялся оттирать ее бинтом из аптечки. – Ты спасла мне жизнь.

– Ты – мне, я – тебе. Значит, мы квиты, – улыбнулась я.

– Квиты, – кивнул Никита и добавил с уважением: – А стреляешь ты и впрямь здорово!

– Дежурить теперь будем в парах, – донеслось от костра. – А то после явления слепошарых дохляков я уже не удивлюсь, если еще кого-нибудь черти принесут. Дерзкая и Веселый спят. Чек, мы с тобой на посту.

– Да фиг я теперь засну! – откликнулась я. – Мне и так не спалось, а уж после