ладно. Порефлексируй немного, а я схожу в кафе, посмотрю, как там дела. – Он спрыгнул на пол, оставив после себя лишь слабое жужжание воздуха, как будто хлопнула невидимая дверь.

Дана свесилась с кровати и даже под неё заглянула, чтобы убедиться, что домовой исчез, а внизу нет ничего, кроме обувных коробок и нескольких клубочков серой пыли.

Она встала и подошла к окну. Густой ковёр приятно щекотал босые ступни. В квартире царила тишина, сверхъестественная и уютная, но за стеклом был совершенно другой мир.

Несмотря на ранний час, Арбат уже гудел. Ночной ливень расплескал зеркальные лужи на асфальте, в которых отражались витрины магазинов и фасады старинных домов. Мимо текли люди. Курьер на велосипеде нарочно обрызгал целующуюся пару. Старичок вёл на поводке двух забавных, похожих на блестящие батоны корги. Собачки радостно залаяли вслед хохочущему велосипедисту.

Дана невольно улыбнулась и, поддавшись порыву, открыла окно. Запах озона и свежести заполнил комнату.

Эта Москва была величественной, вальяжной и умытой, совсем не такой, как та, что вечно куда-то спешила в привычной для Даны реальности. И в этом контрасте между спокойствием внешнего мира и внутренним хаосом она почувствовала себя особенно потерянной. Но отделаться от мысли, что обязана во всём разобраться, она не смогла.

Дана пошла в ванную и привела себя в порядок. То ли магическая сила, то ли сам Витан, но для неё приготовили чистые розовые полотенца, и даже её зубную щётку поставили в стакан, а другие гигиенические принадлежности разместили на стеклянной полке над раковиной.

– Заботливо, – заметила вслух девушка.

Затем она порылась в чемодане и выбрала свои любимые старые джинсы, которые приятно облегали фигуру, но не стесняли движений, и свободную белую футболку с принтом забавного мультяшного кота с гитарой. Край футболки Дана небрежно заправила в джинсы. Затем нацепила на палец тоненькое серебряное колечко, а ноги сунула в кеды. Последними штрихами стали форменный фартук цвета охры, синяя ручка и чистая тетрадка на пружинке, на обложке которой красовались акварельные полевые цветы.

Она в последний раз взглянула на себя в большое зеркало в старинной овальной раме, что висело в прихожей, кое-как привела в порядок непослушные волосы и обречённым тоном сказала собственному отражению:

– Я не справлюсь. Они поймут, что я самозванка. Впрочем, как всегда. И тогда…

– Закончила себя жалеть? – Недовольный вопрос Витана, прозвучавший прямо из-под её ног, заставил Дану подскочить на месте и схватиться за сердце. – Вот и славно. Теодор уже заварил для тебя кофе и приготовил лёгкий завтрак.

– Это… – Она смущённо замялась, подбирая подходящее слово: – Мило с его стороны.

– «Мило» было вчера уйти, не дождавшись конца смены, и последовать за тобой, а после привезти тебя сюда. – Витан подошёл к двери, и Дана поплелась за ним. – Чем он тебя убедил? Даже мне в голову не пришло, как это провернуть.

Дана пожала плечами. Она и сама не знала, почему так быстро согласилась.

– Он просто… пытался меня защитить от какого-то парня, который захотел вернуть мне потерянный телефон. – Она задумалась. – Потом сказал, что сторожить и обучать меня будет проще, если я поселюсь здесь, тем более квартира теперь моя. А затем… хм… он велел мне собираться.

Витан издал фыркающий звук, напоминающий смех.

– Очень на него похоже. Ладно. Идём.

Спустившись по лестнице в холл кофейни, Дана сразу угодила в вихрь звуков и запахов. В эпицентр кофейно-пирожкового взрыва.

В «Мур-мур» царил уютный хаос, с которым ей предстояло как-то ужиться (и чем быстрее, тем лучше). Аромат горячего кофе смешивался с нотками корицы и сладкой, свежайшей выпечки. Жужжание кофемашины странным образом сочеталось с весёлой мелодией заколдованного патефона. Сегодня он бодро играл что-то озорное из середины девяностых, словно пребывал в превосходном настроении.

Людмила, яркая, мягкая и невероятно обаятельная, звонко смеялась за кассой, принимая заказ у знакомой посетительницы с ребёнком. На её румяных щеках выделялись прелестные полумесяцы ямочек. Веселина, как всегда сдержанная, с непроницаемым лицом протирала и без того идеальный бокал. И если мятно-зелёное платье Люды ещё как-то сочеталось с фартуком, то у Веселины, надетый на чёрный костюм с длинной юбкой, он смотрелся немного неуместно. Впрочем, старшую ведьму это мало волновало. В отличие от невидимого пятнышка на бокале, которое ломало всё совершенство её собственного утра.

В зале, несмотря на ранний час, уже сидели несколько посетителей. Они читали газеты, попивали кофе и беззаботно болтали, возможно, даже не подозревая, что их обслуживают ведьмы, а десерты готовит настоящий вампир.

– О, а вот и наша наследница, – весело воскликнула Людмила, увидев Дану. – Доброе утро! – А затем подалась к ней и заговорщическим шёпотом сообщила так, чтобы не услышали клиенты в зале: – Сонные ведьмы – горе в семье, так что иди, в кухне у Тео тебя ожидает капучино.

– Доброе утро всем. – Дана смущённо улыбнулась, заправила волосы за ухо и запоздало пробормотала: – Спасибо.

– Как поешь, поработаем немного, а потом займёмся твоим обучением. – Люда показала глазами на тетрадку в её руках. – Вижу, ты внимательно отнеслась к просьбе. Это уже хорошо.

Ярослава, которая принесла поднос с грязной посудой после ушедшего клиента, лишь бросила на Дану холодный взгляд. Она занималась своими повседневными обязанностями так невозмутимо и демонстративно, что становилось понятно: присутствие Даны её глубоко оскорбляет и раздражает, но высказаться ей нельзя.

Дана почувствовала, как её щёки покрылись предательским румянцем. Она не могла отделаться от ощущения, что сейчас все на неё смотрят, хотя никто не обращал внимания. Каждый был занят своим делом, а посетителей и вовсе не интересовала новенькая официантка.

Захотелось забрать вещи и сбежать немедленно, но было уже поздно. Оставалось лишь скрыться в кухне в надежде, что общество вампира её утешит.

Кухня в этот час показалась Дане отдельным миром. Здесь было жарко, пахло свежим хлебом и ванилью. На столах стояли противни с остывающим овсяным печеньем, а в воздухе витал шлейф сладкого какао. Теодор, одетый в свой белоснежный китель и чистые белые брюки, стоял у плиты, помешивая что-то в небольшой кастрюльке. Его движения были так грациозны, что Дана невольно залюбовалась, замерев возле стола раздачи. Всё в нём было столь правильным и привлекательным, что оторваться невозможно. Даже свои чёрные, чуть вьющиеся волосы он аккуратно зачесал назад и уложил так, чтобы ни волоска не попало в еду. Дана была уверена: с ним подобные казусы никогда не случаются, а опыт у него такой, что ни одному кондитеру и не снилось.

Заметив гостью, он улыбнулся смелее, чем раньше. Даже позволил блеснуть клыкам.

– Доброе утро, милая сударыня. – Он указал на маленький рабочий