к моим ногам. Он махнул рукой Робу, который, конечно, был недалеко, небрежно мазнул взглядом по стратегическому декольте и расплылся в улыбке, увидев… Ядвигу. Ах, какая досада!

— Аманда, — хитро улыбнулась фрейлина, уверенно подхватывая Келя под локоть. — Как я рада тебя видеть!

— Я тебя тоже, — кисло ответила я. — Как там, во дворце, все ли в порядке?

— Более чем. Кстати, наша общая подруга в третьей ложе. Инкогнито.

— Одна?

— Нет, конечно. С ней целое стадо… хм… несколько сопровождающих.

Спектакль был для меня окончен. Весь второй акт я не сводила глаз с пресловутой третьей ложи (рискуя заработать кривошею, кстати). Три женщины в масках, четверо мужчин — им хотя бы хватило ума не отпускать Сандру одну. Но я должна была быть там, с ними! Не то, чтобы я не доверяла своим коллегам… Хотя да, не доверяла!

16. Недоверие

Не удержалась, по окончанию спектакля, отмахнувшись от маменькиных расспросов, устремилась прямиком к третьей ложе. Разумеется, там была Сандра (в подходящем платье и в кружевной маске), Женни и Рия. Из женихов насладится искусством пожелали принц Валериан (ничуть не удивительно), лорд Бенедикт, Ферье и принц Иррейский. Интересно, остальных не приглашали, или они просто не любят театр?

— Аманда, — искренне обрадовалась Сандра. — Мне тебя очень не хватает. Ты достаточно отдохнула?

— О да!

— Завтра жду тебя на смену, в смысле, на рабочем месте.

— Как желает ва… миледи.

Догнавшая, наконец, меня матушка остолбенело уставилась на принцессу, потом окинула хозяйским взглядом женихов, потом задумчиво поглядела на меня. Я поняла, что по возвращении домой меня ждет серьезный разговор. Как я хотела в тот момент стать менталистом и внушить Сандре забрать меня немедленно! Бросила умоляющий взгляд на принцессу, еле заметно кивнула в сторону матушки и выразительно сморщила нос. К моему восторгу, умница Сандра разгадала мою пантомиму безошибочно.

— А впрочем, я настаиваю, чтобы ты ехала со мной, — чуть улыбнувшись, сказала она. — Граф Лорье, графиня Лорье, лорд Лорье… Аманда мне жизненно необходима. Прямо сейчас.

— А-а-а… — потеряла дар речи матушка. Перечить особе королевских кровей она не рискнула.

— Разумеется, ваше высочество, — тихо ответил отец. — Наш долг — служить будущей королеве в любое время дня и ночи.

— Вот и славно. Девочки? Господа? Как насчет ужина в каком-нибудь безобразно дорогом ресторане? Кто-то знает такое место?

— Осмелюсь порекомендовать «Восточную лилию», — немедленно откликнулся Ферье, предлагая мне опереться на его локоть (все, мне точно конец. Домой я не вернусь до самого окончания установленного королем срока). — Там невероятно вкусно и изумительно дорого, все, как вы желали.

И мы уплыли из театра, оставив за спиной подозрительно молчащую леди-матушку-Лорье и довольно улыбающегося графа-отца. Разумеется, он думал сейчас о той самой корзине роз.

За этот вечер я узнала несколько важных вещей. Во-первых, Сандра страшно любила театр. А еще ей явно объяснили девочки кое-какие правила этикета. Во-вторых, декольте действительно в моде. В-третьих, мерзавец Ферье притащил нас в ресторан, принадлежащий его семье. А в-четвертых и в самых удручающих, я не умею вести себя в обществе мужчин.

Даже Сандра вела себя гораздо более раскованно: шутила, смеялась, с удовольствием принимала ухаживания, исправно стреляла глазками и мило улыбалась. Если она путала вилки, то это совершенно никого не волновало. Рия и Женни тоже откровенно веселились. А я вздрагивала каждый раз, когда князь Ферье или принц Иррейский обращались ко мне. Ну конечно, я никогда не общалась так близко с мужчинами, я вообще не подпускала их к себе — с того дня, как рассталась с Домиником. Сначала тосковала, потом было страшно снова полюбить, потом папенька чудил. А дальше работа фрейлиной занимала большую часть моего времени. Я была строга и неприступна, за что теперь расплачивалась.

— Как, вы никогда не гуляли ночью по улицам города? — между тем вопрошал Альберт Ферье.

Мы все качали головой: конечно же, нет! Приличные девушки такими делами не занимаются! А принцессу и вовсе из дворца почти не выпускали. И как только сегодня она смогла убедить короля?

— Под нашу ответственность, — ответил мне хором Валериан и Жаккомэ. — Мы ведь — принцы. Его величество нам доверяет.

Как-то это прозвучало… не очень. Я вот совершенно никому не доверяла, а особенно Сандре, которая мечтательно вздохнула, потянулась как кошка и заявила:

— Всегда мечтала встретить рассвет на крыше башни. И с шампанским.

Далось ей это шампанское, право слово! Хорошо, что я пошла с ними. Сбежит ведь. Да, Сандра — это не Элли, воспитанная в строгости и знающая свои границы. У Сандры, кажется, границ не было вовсе. С одной стороны, это было даже хорошо: королева должна править уверенно и твердо, не слушая непрошенных советников и не боясь принимать решения, даже и непопулярные. Элли бы не смогла, да ее и не интересовала политика вовсе. Но если (когда) его величество поймает свою дочь на чем-то неприличном, боюсь, не поздоровится всем нам.

Наверное, мне тоже нужно было выпить. Возможно, тогда я смогла бы расслабиться. Но увы, напряжение не желало уходить. Меня терзали неприятные предчувствия. Сандра слишком хорошо вживалась в роль. Не к добру. Не может все идти так гладко.

И еще я так шарахалась от рук князя Ферье, что он с досадой мне прошептал:

— Я ведь извинился за этого болвана, Аманда! Поверьте, не все оборотни — гнусные подлецы. Да, я просил его поухаживать за вами, намекал, что рад буду, если вы войдете в нашу семью, но подобного идиотизма никак не ожидал. Пожалуйста, простите!

— Я… поняла, — вымученно скривила губы. — Прощаю, конечно, вы же не можете отвечать за всех ваших родственников.

Домой, в смысле, во дворец, вернулись уже поздно ночью. Я хотела переночевать в спальне Сандры, но мне прозрачно намекнули на то, что ее высочество желает побыть одна. Пришлось пожелать принцессе добрых снов и удалиться в свои комнаты.

Уснуть, конечно, не удалось, предчувствия терзали все сильнее. Не утерпев, я накинула домашнее платье и отправилась в спальню. Конечно же, кровать Сандры была нетронута. И в комнате ее не было. Я помчалась в покои принца Валериана, чтобы убедиться, что у нас все же произошла катастрофа.

* * *

Почему-то единственное, что мне пришло в голову — это просить помощи у рия Роймуша. Наверное потому, что он дважды приходил мне на помощь. И еще потому, что он в некотором роде отвечал за ливойского принца.

Затарабанила в дверь его спальни, потом толкнула: открыто. Влетела, хватая воздух губами, как рыба — все же бегать по лестницам в длинной юбке