— А ваш спутник знает, что любовные чары запрещено использовать без согласия партнера? У него есть лицензия? Он регистрировал свой дар в магическом департаменте?

Что-то вдруг громко щелкнуло в голове, и я резко пришла в себя. Любовные чары? Лицензия?

Ферье вдруг пробормотал что-то невнятное и сделал шаг назад. Я же шатнулась следом за ним, заглядывая ему в лицо и выискивая то самое очарование. Глаза звериные, круглые, нос слишком короткий, губы чересчур пухлые и яркие. Под глазами мешки, на голове залысины, еще незаметные, но недолго ему осталось слыть красавцем! И самое главное — запах! От него пахло несвежим бельем и перегаром. Фу!

И за этим мужчиной я чуть было не отправилась на край света? Что это было вообще?

Захлопала глазами, глядя то на Ника, то на Этьена, и вдруг выцепила пробирающегося через толпу Роба. Обрадовалась брату, как никогда ему в жизни не радовалась! Как же он вовремя!

— Что происходит? — нервно спросил брат, осторожно трогая меня за плечо. — Тебя кто-то обидел, Ами?

— Обидел, — ответил за меня Роймуш. — Сей господин наводил на… вашу сестру, верно?.. запрещенные любовные чары.

— Вранье, — запротестовал Доминик шепотом. — Мы с Амандой старые друзья, ничего подобного не было. А этого типа я в первый раз вижу, кто он, вообще, такой?

— Это секретарь ливойского принца, — сообщила я. — Рий Роймуш.

— И какой-то секретарь мне тут будет угро… — начал было виконт Ферье, но Роб его совершенно бесцеремонно перебил:

— Счастлив знакомству, рий Роймуш! Не передать словами, как счастлив! Так вы говорите, запрещенные любовные чары?

— Именно.

— Лорд Ферье, прошу пройти со мной. Как сотрудник магического департамента, я должен отвести вас на проверку.

— Вы верите этому… чужестранцу? — возмутился Доминик, а я вдруг поняла: были чары. Конечно, были, никаких сомнений!

— И чужестранцу, и своей сестре, — усмехнулась я. — На меня было воздействие, это несомненно.

— Да какое воздействие, — зашипел Ферье. — Ты мне просто мстишь за то, что когда-то мы не поженились. Ами, сладкая, я виноват перед тобой, я пошел на поводу у родни, но ты же знаешь, не можешь не чувствовать, что я любил все эти годы тебя одну!

— В департаменте разберемся, — строго заявил Роб. Ах, как быстро мой младший братец вырос! — Если ничего не было, мы принесем вам свои извинения. Пойдемте, Ферье.

И увел растерявшегося Доминика, который прекрасно понимал, что при отказе будет скандал. Я молча смотрела им вслед, чувствуя себя оплеванной. А потом спохватилась: я же должна немедленно покинуть этот вечер! У меня больше нет сопровождающего!

— Рий Роймуш, вы не могли бы проводить меня до дома? — в отчаянии шепнула я, жалобно глядя на Этьена.

— Конечно. Я и сам хотел это предложить, Ди. Вам нужно отдохнуть. Чары такого уровня интенсивности не проходят даром. Может кружиться голова, начаться мигрень. Пойдемте.

Я вцепилась ему в рукав, моргая. Как он вовремя — опять!

И как глупо потрачен вечер, который должен был принести хоть какие-то плоды в виде новых знакомств! Аманда, ты неудачница. Отправляйся домой и выскажи матушке все, что думаешь о ее планах.

15. Неподходящие женихи

Надо же, как интересно! Второй вечер подряд я возвращаюсь домой в компании одного и того же мужчины! Третий раз, наверное, будет фатальным. Это как танец: не больше двух раз за вечер. Как бы люди (а особенно матушка, конечно) не надумали ничего лишнего.

— А вы женаты, Этьен? — спросила я легкомысленно, а потом только сообразила, что умудрилась ляпнуть.

— Нет. Но раздумываю над этим вопросом.

— Секретарская должность, должно быть, дает много преимуществ?

— Я бы не сказал, — он сверкнул в темноте широкой улыбкой, а я только украдкой вздохнула. — На самом деле головной боли куда больше, чем толку. Постоянно на службе, работы невероятно много. Приходится порой ночевать в кабинете. Да и жалование не сказать, чтобы высокое было.

— О! А как ваша семья относится к такой работе?

— У меня нет семьи, леди Аманда. Родители умерли, тетка, меня воспитавшая, всегда считала меня обузой. Я привык жить один и рассчитывать только на себя. Мне поэтому даже дом не нужен, достаточно комнаты во дворце.

Ясно-понятно. Аманда, тебе только что продемонстрировали, что из рия Роймуша не получится хорошего мужа. Вообще мужа не получится. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

— Я должна сказать вам спасибо, Этьен, — мягко сказала я. — Вы вчера меня буквально спасли.

— Мне было приятно вас спасать, — усмехнулся он. — Знаете, спасать красивую девушку всегда приятно.

— Только не думайте, что я буду помогать за это вашему принцу завоевать благосклонность Сандры, — предупредила я.

— Ну что вы, мой принц и без моей помощи справляется гораздо лучше, чем все того ожидали. Все мои действия — исключительно из расположения к вам.

Признаюсь, мне было приятно. Более того, я испытывала к этому мужчине странную симпатию, замешанную на благодарности и восхищении. И что с того, что он мне не пара? Так даже лучше: мы можем быть друзьями. Наверное.

Кроме брата, друзей у меня никогда не было. Как ни странно, теперь есть Сандра — я вдруг поняла, что искренне привязалась к этой смешной и дерзкой, но доброй и справедливой женщине. Я искренне рада, что принцесса теперь — вот такая. И буду во всем ей помогать не только потому, что потом меня ждет награда, но и из любви к ней.

В полном молчании мы дошли до моего дома. Я с тоской посмотрела на сияющие окна дворца. Домой уже не хотелось, там была маменька и ее грандиозные матримониальные планы относительно меня. Насколько я помню, завтра планировался поход в театр. К счастью — семейный.

Тепло попрощалась с Роймушем, подавив в себе навязчивое желание пригласить его на чай, и вернулась домой. Разумеется, пришлось в красках рассказывать про подлость виконта Ферье, про мужество Роба и про помощь секретаря. Тут же сообщила, что он — не кандидат. На всякий случай, а то знаю я ее.

— Жаль, — вздохнула леди Анна. — Красивый, галантный, сильный. Тебя вчера на руках домой принес. Детки были бы красивые.

Я аж задохнулась от таких слов.

— Мама!

— Ну что «мама»? Подумаешь, дома нет! Это потому, что ему некого было туда привести! К тому же — он имеет все шансы стать секретарем короля, сама подумай!

По внезапно вспыхнувшим матушкиным глазам я поняла примерное направление ее мыслей: старшая фрейлина — Элисандра — замужество — принц Валериан — его секретарь, и немедленно это пресекла:

— Вот именно! Элли категорически запретила