в нее ложилась. Я хочу сделать твою жизнь максимально комфортной и счастливой со мной. Если позволишь. Та к черту, я не отпущу тебя уже и заберу к себе. А если ты против или не готова, сделаю все, чтобы ты передумала.

— Я хочу, — тихо говорю я, но голос дрожит от переизбытка чувств. — Хочу.

— Легко сразу не будет, ты знаешь мое положение, но это временно. Я наизнанку вывернусь, но ты и сын будете счастливы, и у вас будет все.

— Это я тоже уже поняла. Ты не из тех, кто довольствуется малым.

— Точно. Танюша, мои намерения по отношению к тебе максимально серьезные, и предложение познакомиться с сыном — это моя ответственность, не твоя. Если ты переживаешь, что у нас ничего не получится, то знай: получится. По-другому я просто не позволю. Таких девочек, как ты трудно найти, а когда встречают, не отпускают.

Поджимаю губы, хочу броситься к Захару на шею и снова почувствовать вкус его губ на своих губах, но отчего-то не смею, а просто говорю:

— Все очень неожиданно, но я тоже хочу быть с тобой, — это все, что получается выдавить из себя, а Захар, словно чувствует мое желание, наклоняется и жадно, уверенно целует меня, да так, что дыхание перехватывает.

— Этого достаточно, малышка, — мужчина чуть отстраняется и гладит меня по волосам. — Остальное я сделаю сам. Но если не готова к встрече с Илюхой, ничего страшного, я понимаю.

— Нет, — снова прижимаюсь к мужским губам и ощущаю такую уверенность внутри, такую решительность, что кажется, если мы будем вместе, нам все станет по плечу. — Я очень хочу.

— Тогда погнали. Но прогулка все равно за мной.

Дальше мы едем молча, но слова и не нужны, только изредка мы кидаем друг на друга ласковые взгляды, а на губах растягивается непроизвольная улыбка.

Захар паркует машину у девятиэтажного дома, игриво щелкает меня по носу и выходит.

— Десять минут, и я вернусь.

Он уходит, а я принимаюсь еще сильнее волноваться.

Как воспримет меня его сын? Не станет ли ненавидеть, потому что я — это факт того, что его мама и папа больше точно не будут вместе.

А как мне себя вести? У меня нет опыта общения с детьми, нет ни сестер, ни братьев, ни племянников, соответственно.

Выхожу из машины и глубоко вдыхаю свежий воздух. Руки подрагивают, а сердце пытается выскочить из груди.

Вроде всего лишь знакомство с сыном мужчины, который невероятным образом за короткое время стал мне дорог, но от этого знакомства зависит так много, и в первую очередь, будущее моих с Захаром отношений.

Задумчиво поднимаю глаза на окна дома и внезапно в окне кухни вижу женщину, которая с недовольным лицом неотрывно смотрит на меня.

По спине бежит мороз, и под кожу забирается нехорошее предчувствие. Может, эта девушка и есть Виталина?

Но тут вопросы отпадают сами по себе.

Женщина что-то кому-то говорит, к ней подходит мужчина, но она тут же прислоняет ладонь к своей голове, пошатывается и, словно ослабла, припадает к груди… Захара.

И тут наши с ним взгляды встречаются, но я вижу только женские руки на его шеи и доверительно прижимающуюся девушку к его торсу.

Глава 22

Застываю, не могу отвести глаз от происходящего в окне, внутри все вспыхивает ревностью, дискомфорт нарастает, и я все же отворачиваюсь.

Первый порыв — развернуться и уйти. Злюсь, киплю, но больше в то окно не смотрю. В голове мелькает калейдоскоп событий, как Захар обнимает бывшую жену, возможно, успокаивает или говорит ласковые слова, а дальше, я словно в одно мгновение проживаю год, а может, и два.

Эта женщина всегда будет рядом, будет неотъемлемой частью нашей жизни. Она мать Ильи, бывшая жена Захара, их всегда будет связывать прошлое, они регулярно будут пересекаться, отмечать день рождения сына, а Вита всегда будет стабильной единицей наших будней.

Накручиваю себя до предела. Как знать, что Захар действительно больше не любит бывшую, не скучает по ней, не вспоминает сотни счастливых моментов?

А если будет сравнивать нас? Про себя, ненароком, но будет. Он обижен на Виталину, это она ушла, он не хотел разрыва. Где гарантия, что она не станет снова той родной и желанной, не поманит его, и он не вернется? Ради полноценной семьи, ради сына вернется к ней. Так, попробовать еще раз, а я при этом останусь за бортом.

Уже собираюсь уйти, без объяснений причин, но торможу себя. Захар не дурак, он видел мой взгляд, поймет, почему я не дождалась их, поэтому глупые вопросы задавать не будет, но что если все не так, и я ошибаюсь.

Дышу, глубоко дышу и считаю до десяти. Потом еще пару раз, пока не успокаиваюсь.

Я импульсивная, отчего не раз страдала, поэтому научилась тормозить свои эмоции, считать про себя столько раз, сколько нужно, и только потом принимать решение.

И я считаю, а потом снова думаю.

Не выдерживаю и смотрю в окно. Никого нет. Ладно. Это была провокация. Эта женщина просто из ревности или вредности решила показать мне, кто она, а кто я.

Нет! Не выйдет, дорогая, Захар теперь мой. Вспоминаю все моменты, проведенные с этим мужчиной за дни нашего знакомства. Я не припомню, чтобы в его голосе или во фразах проскакивало тепло к бывшей жене.

Я тоже не дура, может, выгляжу наивной, но я давно уже предпочитаю учиться на чужих ошибках и с холодной головой анализировать людей.

Спасибо маме, папе, отчиму, мудрой бабушке, они дали мне не самый положительный для ребенка опыт, всего не расскажешь, да и не хочется вспоминать тот негативный период своей жизни, когда я жила с ним. Но я многому научилась и много в этой жизни поняла: как надо и как никогда делать не стоит.

Представляю образ Захара и четко отдаю себе отчет в том, что этот мужчина идеально подходит мне для долгой и счастливой жизни, в конце которой мы умрем в один день.

И дело не в чувствах, которые я сейчас испытываю к нему, я отлично умею глушить эмоции (опять же спасибо родителям), а в трезвом взгляде и оценке системы ценностей Захара.

Разворачиваюсь лицом к подъезду, выше поднимаю подбородок и даже слегка улыбаюсь.

Захар очень мне подходит, мы как два кусочка пазла одной картины. Легко не будет, это я уже поняла, но я не позволю женщине, которая сама разрушила свою семью, влезть в мою и там обосноваться.