Ф’лар покачал головой:

– Нет, он просто крепко спит. Мы напоили разочарованных бронзовых всадников так, что они сейчас валяются без чувств, а что касается Косиры и Г’денеда, то, судя по всем признакам, они… настолько заняты друг другом, что понятия не имеют о том, что происходит в Исте.

– Может, оно и к лучшему, – широко улыбнувшись, ответила Лесса.

Ф’лар погладил ее по щеке, улыбнувшись в ответ.

– Так когда Рамот’а снова взлетит, милая моя?

– Постараюсь не забыть тебе сообщить! – Увидев, что Ф’лар покосился в сторону внутреннего помещения, она добавила: – С ним все будет хорошо!

– Олдайв ничего не скрывает, заявляя, что он полностью выздоровеет?

– Как бы он смог, если каждый дракон Перна все слышит? И знаешь, – она задумчиво помедлила, – что оказалось для меня полной неожиданностью? Я знала, что драконы называют арфиста по имени, но… мысленная связь?

– Мне показалось куда более невероятным, что Брекка прилетела на Рут’е, одна!

– Почему бы и нет? – раздраженно бросила Лесса. – Она ведь была всадницей! И у нее особая связь с драконами с тех пор, как она потеряла Вирент’у!

– Сомневаюсь, что ты в подобных обстоятельствах предложила бы ей Рамот’у. Не смотри на меня так, Лесса. Со стороны Джексома это был прекрасный жест. Брекка мне все рассказала: он до последнего не подозревал, что ему нельзя летать в Промежутке. Вероятно, это стало для него серьезным ударом, и можно лишь поставить ему в заслугу, что он проявил такое благородство.

– Да, понимаю, о чем ты. И я тоже рада, что она здесь. – Лесса взглянула на занавеску и вздохнула: – Знаешь, после сегодняшнего я почти готова полюбить огненных ящериц.

– И чем же вызвана такая перемена? – Ф’лар удивленно уставился на нее.

– Я же не сказала, что уже их полюбила. Я сказала, что могу вытерпеть, глядя, как Гралл и Берд приносят Брекке вещи, которые она просит… и тот бронзовый малыш Робинтона… Обычно эти создания приходят в ярость, когда страдают их друзья, но он просто свернулся рядом, глядя Робинтону в лицо, и так жалобно ворковал, что я испугалась, как бы он не умер от горя. Впрочем, я и сама чувствовала себя не лучше. Стоит мне подумать… – Лесса не договорила, и на глазах ее выступили слезы.

– Не думай об этом, милая. – Ф’лар сжал ее руку. – Самого страшного не случилось.

– Когда меня позвал Мнемент’, я сорвалась с места, почти ничего не соображая, прыгнула с карниза прямо на спину Рамот’ы. Мало того, что я спешила оказаться здесь до того, как Т’кул попытается тебя убить, так еще и Робинтон… Если бы ты только убил Т’рона тогда в Телгар-холде…

– Лесса! – Он с такой силой стиснул ее пальцы, что она вздрогнула. – Фидрант’ Т’рона в Телгар-холде был жив и здоров. Я не мог прикончить дракона, как бы ни оскорбил меня Т’рон. Но Т’кула я убил с радостью. Хотя, должен признаться, он едва меня не прикончил. Наш арфист не единственный, над кем властны прожитые Обороты.

– Как, слава Скорлупе, и над всеми Древними, еще оставшимися в Южном. И кстати, что нам теперь с ними делать?

– Я переберусь на юг и возглавлю Вейр, – сказал Д’рам. Он незаметно вошел, пока они разговаривали, и до этого устало молчал. – В конце концов, я тоже Древний… – Он глубоко вздохнул. – Они примут от меня то, чего никогда не стерпели бы от тебя, Ф’лар.

Предводитель Бендена колебался, хотя предложение выглядело весьма заманчивым.

– Я знаю, что ты готов, Д’рам, но если это как-то нарушает твои планы…

Д’рам поднял руку, не дав ему закончить:

– Я куда крепче, чем сам думал. Те спокойные дни в бухте совершили чудо. Но мне потребуется помощь…

– Мы поможем всем, что в наших силах…

– Ловлю тебя на слове. Мне нужны несколько зеленых, лучше всего от Р’марта из Телгара или от Г’нариша из Айгена, поскольку здесь сейчас лишних нет. Если они тоже окажутся из Древних времен, для южан будет только проще. Еще мне нужны два бронзовых помоложе и достаточное количество синих и коричневых, чтобы собрать два боевых крыла.

– Южные всадники уже много Оборотов не сражаются с Нитями, – презрительно заметил Ф’лар.

– Я знаю. Но пришла пора вспомнить прошлое. У оставшихся драконов появится цель, и это даст им новые силы. Так же, как надежду и занятие их всадникам, – сурово проговорил Д’рам. – Я многое узнал сегодня от Б’зона, и это меня глубоко печалит. Как же я был слеп…

– В том нет твоей вины, Д’рам. Это я виноват. Я решил сослать их на юг.

– Я с уважением отнесся к твоему решению, поскольку оно было верным, Ф’лар. Когда… когда умерла Фанна… – скороговоркой пробормотал он, – мне следовало отправиться в Южный Вейр. Я бы не предал тебя, поступив так, но это могло бы…

– Сомневаюсь, – возразила Лесса, злясь, что Д’рам пытается взвалить вину на себя. – После того как Т’кул замыслил похитить королевское яйцо…

– Если бы он обратился к тебе…

Выражение лица Лессы нисколько не изменилось.

– Сомневаюсь, что Т’кул бы ко мне пришел, – медленно проговорила она.

Ее подвижные черты исказила гримаса отвращения, и она раздраженно фыркнула, прежде чем снова взглянуть на Драма, на этот раз с грустью.

– И если бы пришел, я, скорее всего, отправила бы его восвояси. Но ты, – она нацелила палец на Д’рама, – этого бы не сделал бы. И, как я понимаю, Ф’лар тоже отнесся бы к нему терпимо. – Она улыбнулась супругу. – Т’кул вряд ли умел о чем-то просить – это ему несвойственно, – уже оживленнее продолжала она. – Как и мне несвойственно прощать! Я никогда не прощу южанам похищение яйца Рамот’ы! Когда я думаю о том, что была готова послать драконов против драконов, так они меня довели… Этого я никогда им не прощу!

Д’рам выпрямился:

– Ты против моего решения отправиться на юг, госпожа Вейра?

– Во имя Великой Скорлупы, нет! – Лесса ошеломленно покачала головой. – Нет, Д’рам, я считаю тебя умным и добрым человеком, намного более благородным, чем я. Подумай только, этот идиот Т’кул мог сегодня вообще убить Ф’лара! Нет, ты должен отправиться туда. Ты прав, говоря, что тебя там примут. Вряд ли я глубоко понимаю, что на самом деле происходит на юге. Я и не хотела понимать! – добавила она, беспристрастно признавая собственные ошибки.

– Так я могу попросить других всадников, чтобы они ко мне присоединились? – Д’рам посмотрел сперва на нее, затем на Ф’лара.

– Проси кого угодно из Бендена, кроме Ф’нора. Было бы нечестно вынуждать Брекку вернуться в Южный.

Д’рам кивнул.

– Думаю,