– А вот и мастер Олдайв! – Лесса выпрямилась. Робинтон попытался протянуть к ней руку. – Не напрягайся!

Она удержала его, но осталась рядом. Милая Лесса! Он любил ее даже тогда, когда она злилась, – а может, когда она злилась, любил ее даже больше, поскольку злилась она часто и гнев лишь подчеркивал ее красоту.

– Мастер Робинтон? – Успокаивающий голос Олдайва заставил его открыть глаза. – Опять боль в груди? Просто кивни. Я бы предпочел, чтобы ты не тратил лишних сил на разговоры.

– Рамот’а говорит, у него сильные боли и он очень устал.

– Вот как? Что ж, удобно иметь под рукой дракона, который все чувствует.

Мастер Олдайв прикладывал холодные инструменты к груди и руке Робинтона, которому это не нравилось.

– Да, я знаю, они холодные, мой дорогой арфист, но без них не обойтись. А теперь послушай меня. Ты перенапряг свое сердце, оттого и боль в груди. Лесса дала тебе пилюлю, которая на время облегчила боль. Непосредственной опасности нет. Я хочу, чтобы ты попытался заснуть. Тебе нужно много отдыхать, мой добрый друг. Как можно больше отдыхать.

– Тогда скажи им, чтобы они заткнулись и дали мне поспать.

– Кто должен заткнуться? – Голос Олдайва звучал все так же успокаивающе, и Робинтон смутно подозревал, что Олдайв не верит, будто он кого-то слышит. – Вот, проглоти эту пилюлю и выпей вина. Знаю, от вина ты никогда не отказывался.

Робинтон слабо улыбнулся. До чего же хорошо они его изучили, Олдайв и Лесса!

– Он слышит Рамот’у и Мнемент’а, Олдайв. Они говорят, он едва не покинул нас… – Голос Лессы сорвался.

«Покинул? – промелькнуло в голове Робинтона. – Так вот что чувствует человек перед смертью – невыносимую усталость…»

«Теперь ты останешься с нами, арфист. Мы можем позволить тебе заснуть. Но мы по-прежнему будем с тобой. Мы тебя любим».

«Со мной говорят драконы? Драконы не дают мне умереть? Весьма любезно с их стороны, ибо я пока что не хочу умирать. Слишком многое еще нужно сделать, решить множество проблем. И одна из них тревожит меня прямо сейчас… тоже насчет драконов…»

– Кто настиг Кайлит’у?

Удалось ли ему произнести это вслух? Он даже не слышал собственного голоса.

– Слышал, что он сказал, Олдайв?

– Что-то про Кайлит’у.

– Кто бы мог подумать, что даже в такое время его это беспокоит? – язвительно заметила Лесса, вновь став похожей на себя прежнюю. – Кайлит’у настиг Барнат’, Робинтон. Теперь-то ты заснешь?

«Спи, мастер. Мы с тобой».

Арфист глубоко вздохнул и облегченно закрыл глаза.

Глава 15

Бухта Джексома, вечер. Иста-Вейр, поздний вечер.

Пятнадцатый Оборот, двадцать восьмой день восьмого месяца

Шарра показывала Брекке и Джексому детскую игру в песке с камешками и палочками, когда Рут’, спавший рядом в окружении файров, проснулся, сел на задние лапы и, вытянув шею, издал долгий пронзительный вой, возвещавший о смерти дракона.

– О нет! – Брекка среагировала чуть быстрее Джексома. – Салт’ умер!

– Салт’? – Удивился Джексом, услышав незнакомое имя.

– Салт’! – от лица Шарры отлила кровь. – Спроси Рут’а, где это случилось!

– Кант’ говорит, что Салт’ пытался настичь Кайлит’у и у него разорвалось сердце! – ответила Брекка. Плечи ее горестно поникли при воспоминании о пережитой когда-то трагедии. – Глупец! Неужели он не понимал, что молодые драконы куда быстрее и сильнее старого бедняги Салт’а?

– Что ж, поделом Т’кулу! И не смотри на меня так, Брекка! – Глаза Шарры вспыхнули. – Не забывай, мне приходилось иметь дело с Т’кулом и прочими Древними. Они вовсе не похожи на ваших северных всадников. Они… просто невыносимы! Вы и не представляете, что я могу о них рассказать! Если Т’кулу хватило дурости послать своего дракона вдогонку за юной королевой, соперничая за звание предводителя Иста-Вейра, то он получил по заслугам, потеряв своего зверя! Прости, может, мои слова звучат чересчур резко, Брекка, но, в отличие от тебя, я слишком хорошо знаю, каковы нынешние южане на самом деле! А вы не знаете ничего.

– Я понимала, что после того изгнания, рано или поздно, следует ждать неприятностей, – медленно проговорила Брекка, – но…

– Судя по тому, что я слышал, Брекка, – сказал Джексом, искренне желая, чтобы тоскливое выражение исчезло с ее лица, – с ними невозможно было поступить иначе. Они не исполняли свой долг по отношению к тем, кто находился под их защитой. Их жадность не знала границ. Более того, – привел он самый сильный свой аргумент, – я слышал, как их ругал Лайтол!

– Знаю, Джексом. Я все это знаю, но ведь они все-таки прибыли сюда из прошлого, чтобы спасти Перн…

Джексом заметил: она безотчетно заламывает руки, так, что побелели костяшки пальцев.

– Чтобы спасти Перн – да, но потом они стали требовать, чтобы мы вспоминали об этом каждый раз, попадаясь им на глаза, – продолжал Джексом, слишком отчетливо помня надменное и презрительное отношение Т’рона к Лайтолу.

– Мы Древних просто игнорируем, – пожала плечами Шарра. – Мы живем своей жизнью, следим, чтобы наш холд не зарастал зеленью, загоняем скот под крышу во время Падений. Мы всегда быстро прочесываем местность с огнеметами, чтобы убедиться, что личинки сделали свое дело.

– Они не летают сражаться с Нитями? – удивленно спросила Брекка.

– Так, иногда. Если у них возникает такое желание, или если их драконам становится слишком скучно… – презрительно бросила Шарра и, увидев смятение на лицах слушателей, добавила: – Уверена, в том, что случилось, повинны не драконы и, полагаю, даже не всадники. Но я считаю, что им следовало хотя бы попытаться вести себя прилично. К тому же большинство Древних остались на севере, так что лишь эта горстка создает всадникам из прошлого дурную репутацию на Южном. И все же… если бы они к нам хоть немного прислушивались, мы бы им помогли.

– Пожалуй, мне пора, – сказала Брекка, вставая. – Т’кула теперь можно лишь наполовину назвать человеком. Я знаю, каково это…

Голос ее прервался. Побледнев, она уставилась на запад. Глаза ее расширялись все сильнее, пока с губ не сорвался крик ужаса:

– О нет! – Она прикрыла горло рукой, выставив наружу ладонь, будто защищаясь.

– Брекка, что случилось? – Шарра вскочила на ноги, обнимая девушку.

Рут’ заскулил и ткнулся мордой в Джексома, словно ища утешения.

«Ей очень страшно. Она говорит с Кант’ом. Он расстроен. Что-то ужасное. Другой дракон очень слабый. Кант’ с ним. Сейчас говорит Мнемент’. Т’кул сражается с Ф’ларом!»

– Т’кул сражается с Ф’ларом? – Джексом схватился за плечо Рут’а, чувствуя, как подкосились ноги.

Огненные ящерицы, которым передалось волнение дракона, кружили над их головами, хрипло крича. Джексом замахал руками, призывая