– Писательница Ким, писательница Ким, подождите… – позади послышался голос госпожи Хан, но я, не оборачиваясь, продолжала идти дальше.

Хан Юнми догнала меня у самой лестницы и схватила за руку, я удивилась тому, что, несмотря на возраст, хватка у женщины оказалась крепкой.

– Отпустите, – прошипела я, глядя ей в глаза, – вы сошли с ума?

– Писательница Ким, это не группа ваших ненавистников, – отозвалась она, отпуская мою руку, – ваша книга открыла нам глаза и помогла справиться с горем.

Я нервно рассмеялась, ужасаясь тому, что услышала:

– Ким Минсок убивал по моей книге, разрушил мою карьеру, жизнь! Принёс столько боли всем этим людям, а вы…

– Писательница Ким, вы удивлены тем, что мы не испытываем ненависти к вам и вашей книге?

Я открыла рот, чтобы ей ответить, но практически сразу его закрыла. Госпожа Хан продолжала смотреть на меня так же, как вчера в кафе. Тогда мне показалось это странным, но теперь, зная причину, я ужаснулась ещё сильнее. Женщина смотрела на автора «Руководства к убийству» как на чудо, блаженно и смиренно. Словно встретила своего святого, в которого верила всю жизнь.

– Моя Юна, моя дочь, – заговорила она и приложила свою руку к сердцу, – день, когда я потеряла её, был самым ужасным из всех, которые мне доводилось прожить. Но как оказалось, последующие были ещё страшнее, поскольку никто не хотел меня слушать! Полицейские тратили время впустую, и никто из них не мог мне сказать, за что он так поступил с моей дочерью и как мне жить дальше.

– Послушайте…

– Но когда я прочла вашу книгу, – проговорила она, переходя на шёпот, – потрясением стало то, насколько точно вы описали меня в тот момент, писательница Ким. Откуда вы узнали?

Я побежала вниз по лестнице, оставляя госпожу Хан позади. До того, как скрыться за поворотом, я продолжала чувствовать её тёплый взгляд, и мне стало дурно. Выбежав на улицу, я громко задышала, хватая ртом прохладный воздух.

– Лина? – Я повернулась и увидела сержанта Пака, который с удивлением смотрел на меня. – Какого чёрта ты здесь делаешь?

Глава 8

Завитушки

Я продолжала смотреть на сержанта, не зная, что ответить, но была рада тому факту, что госпожа Хан не последовала за мной. Было бы сложно объясняться перед полицией с учётом того, что получилось выяснить. Я опустила голову и нервно засмеялась.

– Госпожа Ким? – позади раздражённого Джинхо появился детектив Ханму и с недоумением уставился на меня.

– Да, снова встретились, – посмеиваясь, ответила я, осознавая, что меня начинает трясти.

– Я спросил, что ты здесь делаешь, – снова произнёс сержант и сделал шаг ко мне.

– Не знала, что мы теперь на «ты», сержант Пак, – ответила я, и после моих слов Джинхо на секунду смутился. – Может, поделимся информацией?

Пак Джинхо взглянул на меня, поджал губы и упёрся руками в талию. То, что я пересеклась с полицией у собрания «Потерянные души», не могло быть просто совпадением, значит, в расследовании появилась ниточка, ведущая в Ичхон.

– Госпожа Ким, – начал сержант Пак, и я криво улыбнулась, отметив, что ещё пару секунд назад он обращался ко мне неформально, – вы ведёте своё расследование?

Я пожала плечами и уставилась на сержанта. Мужчина не выглядел злым или раздражённым больше обычного, нет. Скорее он впервые за всё время нашего знакомства смотрел на меня с интересом. Исходя из рассказов детектива Ханму, с самого начала нашего знакомства я пришла к выводу, что Пак Джинхо куда сложнее, чем казался: хотя он и попал на работу в центральное управление и возглавил спецгруппу, он отнюдь не перестал быть тем, кем был до перевода в Сеул.

По его заинтересованному взгляду я начала догадываться о том, что собственное расследование писательницы его больше интригует, нежели злит.

– Давайте поговорим, но только не здесь, – я взглянула на окна второго этажа, и по спине пробежал холодок. – Подвезёте до дома?

По пути к месту назначения в машине царила гробовая тишина. Детектив Квон Ханму предпринял несколько попыток немного сбавить уровень напряжения, но сержант Пак не отводил глаз с дороги, а я нехотя ответила на вопрос про своё самочувствие, поэтому достаточно быстро Ханму погрузился в молчание вместе с нами.

Я чувствовала себя крайне странно. В голове, не переставая, звучал голос госпожи Хан, и каждый раз меня от этого потряхивало. Как получилось, что люди, убитые горем и познавшие потерю, съехали с катушек? В том, что это так, я не сомневалась, вряд ли эти несчастные способны мыслить здраво. Боль утраты поразила каждого из них так глубоко, что, пытаясь убежать от неё, они не придумали ничего лучше, чем искать тайный смысл там, где его нет.

Я покосилась на сержанта, размышляя о том, как он отреагирует на новость, что у писательницы Ким появилась своя секта.

Примерно в десять вечера машина Джинхо подъехала к моему дому, и я пригласила полицейских войти. Не то чтобы мне хотелось сегодня с ними разговаривать, но внутренний голос подсказывал: лучше сделать это без промедления. Тревожное предчувствие нашёптывало о грядущей беде, а страх неотступно дышал мне в спину.

Пока детектив и сержант располагались в гостиной, я направилась на кухню, чтобы приготовить кофе. Спустя некоторое время я поставила три чашки с ароматным напитком на поднос и вернулась в комнату. На диване в гостиной сидел только Пак Джинхо.

– А где детектив Квон? – спросила я, ставя на столик поднос с кофе.

– Разговаривает с женой. – Ответ сержанта прозвучал намного мягче его обычного тона, поэтому я с удивлением посмотрела на мужчину. Джинхо заметил мой взгляд и, потянувшись за кружкой, добавил: – Она больна.

Я бросила сочувствующий взгляд на входную дверь. Порой жизнь совсем несправедлива, и у человека, который помогает ловить преступников, намного больше тёмных дней, чем у остальных.

– Всё плохо?

– Рак, – тихо ответил сержант и сделал маленький глоток, – последняя стадия, так что уже всё понятно.

Сев в кресло, я вспомнила, каким измученным показался мне Квон Ханму, когда он впервые появился на пороге моего дома. Теперь было ясно, что виной этому послужил не только стресс на работе и отсутствие подвижек по делу, но и смертельная болезнь близкого человека.

– Ты нашёл зацепку? – поинтересовалась я, отворачиваясь от входной двери. – Поэтому вы с детективом приехали в Инчхон?

Пак Джинхо продолжал пить кофе и молчаливо смотрел на меня.

– Думаю, в формальностях нет никакого смысла, – устало пояснила я, – пару раз ты уже их не соблюдал.

– У нас ничего