особенностей уголовно-правового обеспечения психофизилогической безопасности личности. Забота осужденного о своем здоровье, соблюдение режима лечения и медицинской реабилитации наряду с соблюдением порядка и условий отбывания наказания следует рассматривать в качестве критерия эффективности наказания, так как лечебный процесс и исправление осужденных тесно взаимосвязаны и взаимообусловлены «вплоть до признания лечения в качестве средства исправления»[93].

С учетом этого, как представляется, следует установить особые условия досрочного освобождения и замены наказания более мягким видом с учетом выполнения осужденным обязанности заботы о своем здоровье, соблюдения режима лечения и медицинской реабилитации. Не исчерпаны возможности уголовно-правового регулирования в части предоставления больным осужденным отсрочки исполнения наказания с целью прохождения курса лечения и медицинской реабилитации.

Актуальные проблемы военно-уголовного законодательства на современном этапе

Р.В. Закомолдин,

научный сотрудник НИИ Университета прокуратуры Российской Федерации, кандидат юридических наук, доцент

В связи с началом специальной военной операции на территории Украины[94], введением частичной мобилизации[95], а в последующем – военного положения на территории ряда субъектов Российской Федерации[96] состоялась, своего рода, мобилизация и милитаризация УК РФ. С принятием руководством страны ряда таких кардинальных решений и последовавшего вслед за этим реформирования военно-уголовного законодательства[97] обнажилась масса проблемных вопросов и пробелов. На некоторых из них мы остановим наше внимание.

1) Уголовно-правовая охрана военной безопасности.

Некоторое время и в законодательстве, и в юридической науке имело место смешение военной, государственной и национальной безопасности. Так, в Военной доктрине РФ, утвержденной Президентом РФ 25.12.2014 № Пр-2976, военная безопасность определялась как состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз, связанных с применением военной силы или угрозой ее применения, характеризующееся отсутствием военных угроз либо наличием способности им противостоять (подп. «а» п. 8)[98]. Сегодня в сложившихся условиях вновь имеет место опасность такого перекоса. Однако национальная и государственная безопасности не должны ограничиваться вопросами обороны и отождествляться с военной безопасностью, поскольку это приведет к недооценке и игнорированию иных, не менее опасных угроз. В связи с этим военная безопасность, равно как и государственная безопасность, выступают лишь разновидностями, элементами национальной безопасности, т. е. соотносятся как части и целое[99].

Представляется целесообразным внести в УК РФ ряд изменений и дополнений. Прежде всего, военную безопасность следует предусмотреть в ч. 1 ст. 2 УК РФ в качестве объекта уголовно-правовой охраны, наименование раздела XI УК РФ, соответственно, уместно изложить в следующей редакции: «Раздел XI. Преступления против военной безопасности»[100].

2) Уголовная ответственность за уклонение от призыва на военную службу в порядке мобилизации.

Актуальной является проблема уголовно-правовой оценки фактов уклонения граждан, находящихся в запасе и подлежащих мобилизации, от прохождения мобилизационных мероприятий и призыва на военную службу в порядке мобилизации.

Есть мнение, что такие деяния не укладываются в признаки составов ст. 328 УК РФ, предусматривающей ответственность за уклонение от прохождения военной или альтернативной гражданской службы, и привлечение к уголовной ответственности по данной статье в таких случаях исключено. Такой подход основан на разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ, данных в постановлении от 3 апреля 2008 г. № 3 «О практике рассмотрения судами уголовных дел об уклонении от призыва на военную службу и от прохождения военной или альтернативной гражданской службы»[101]. Безусловно, учитывая бланкетный характер данных норм, большое значение имеет их официальное толкование. На тот момент Пленум в своих разъяснениях исходил из условий и обстоятельств, которые не предполагали никаких перспектив введения мобилизации, а потому применил ограничительное толкование норм ст. 328 уголовного закона. Однако в современных условиях указанные разъяснения утратили свою актуальность. Полагаем, умышленное уклонение граждан, находящихся в запасе, от призыва на военную службу либо на альтернативную гражданскую службу по мобилизации в полной мере подпадает под признаки составов, предусмотренных ст. 328 УК РФ. Необходимо исходить из буквального толкования диспозиции нормы ст. 328 УК. Законодатель закрепил в ст. 328 УК ответственность за уклонение от любого вида призыва на военную или альтернативную гражданскую службу, в том числе и в порядке мобилизации, что буквально следует из текста – «уклонение от призыва на военную службу при отсутствии законных оснований для освобождения от этой службы» (ч. 1) и «уклонение от прохождения альтернативной гражданской службы лиц, освобожденных от военной службы» (ч. 2).

Таким образом, сегодня пришло время буквального понимания смысла положений ст. 328 УК РФ, а разъяснения Пленума Верховного Суда РФ с учетом этого факта требуют корректировки и принятия соответствующих постановлений в новой редакции[102].

Вместе с тем надлежащее исполнение воинской обязанности становится критически важным в сложные для государства моменты, когда для обеспечения интересов государства требуется проведение мобилизации. В связи с этим целесообразно дополнить ст. 328 УК частью 21 в следующей редакции: «Деяния, предусмотренные частями первой и второй настоящий статьи, совершенные в период мобилизации или военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий …»[103]

3) Уголовная ответственность добровольцев за преступления против военной службы.

Остается открытым вопрос об уголовной ответственности добровольцев за преступления против военной службы.

Добровольцами являются граждане РФ, поступившие в добровольческие формирования, создаваемые государством для выполнения отдельных задач в области обороны, содействующие выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы РФ, в период мобилизации, в период действия военного положения, в военное время, при возникновении вооруженных конфликтов, при проведении контртеррористических операций, а также при использовании Вооруженных Сил РФ за пределами территории РФ. Такие граждане должны соответствовать определенным требованиям и заключить соответствующий контракт с Минобороны России. При соблюдении перечисленных условий на данных граждан в период их пребывания в добровольческом формировании распространяется статус (совокупность прав, обязанностей и ответственности) военнослужащих, поступивших на военную службу по контракту (п. 10 ст. 221 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне»[104]). Непосредственно порядок поступления граждан РФ в добровольческие формирования, пребывания в них и исключения из них регламентируется специальным приказом министра обороны России[105].

Добровольческие формирования обеспечиваются вооружением, военной техникой и иными материально-техническими средствами, привлекаются к выполнению боевых задач. Безусловно, добровольцы могут совершить и преступления против военной службы. Однако уголовная ответственность таких лиц, как специальных субъектов составов преступлений против военной службы в УК прямо не предусмотрена, что является пробелом[106].

В связи с этим в ноябре 2023 г. в Госдуму РФ был внесен законопроект № 482168–8 «О внесении изменений в статью 331 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (в части уточнения ответственности за преступления против военной службы)[107], которым предложено ряд положений гл. 33 УК РФ распространить на граждан, проходящих военную службу в добровольческих формированиях, что в целом следует поддержать.

4) Уголовная ответственность за преступления, совершаемые в особых условиях прохождения военной службы.

Федеральным законом от 24 сентября 2022 г. № 365-ФЗ из УК РФ