- Ты уверен, что это здесь?

Тот утвердительно качнул головой, ощущая в воздухе едва уловимый знакомый аромат. Но говорить о том он не мог – не только Желане, никому, потому как обычный человек никогда и ни за что не смог бы почуять этот запах. Да, у него тоже свои тайны имелись, о которых направо и налево болтать было просто нельзя…

- Смотри… - Ратимир, наконец, понял, откуда исходил этот запах. И в два прыжка оказался у огромной сосны, под которой сейчас лежала небольшая рукавица, наполовину занесённая снегом и только чудом оставшаяся немного видимой на поверхности нанесённого сугроба.

- Что это? – Желана поспешила к нему, и только сейчас добрый молодец заметил, насколько покраснели её щёки и нос, а светлые ресницы покрылись инеем.

- По всей видимости, рукавица Дарьи. Вот только…

Он растерянно осмотрелся, пытаясь найти свою возлюбленную взглядом, но её нигде не было видно.

- Но Дарьюшки тут нет, - продолжила его мысль Желана. – Как и «приданного» …

Они переглянулись, озарённые в один миг одной и той же мыслью.

- А что, если… - начала было Желана, но Ратимир быстро замотал головой.

- И думать не смей! Если в деревне прознают, что опять уйти Дарья могла…

И Желана понимающе закивала, припомнив весь тот ужас, что ей не посчастливилось испытать накануне, когда старейшина на обряде указал на неё.

- Они опять обряд проводить будут, - обречённо подтвердила девушка. – Но ведь нам всё равно отыскать Дарью надо, и, если она жива, где-нибудь да спрятать!

Ратимир не ответил, думая о том же. Одно его сейчас огорчало – в данную минуту он был не один, и если ему самому мороз был нипочём, то Желана, кажется, уже была на пределе своих возможностей.

- Давай-ка в сани! – заявил он, но девица ожидаемо запротестовала.

- Никуда я не пойду, пока сестрицу не сыщу, живой или мёртвой!

- Я сам отыщу, - заверил он её. – А ты сейчас уже в ледышку превратишься. Так что, полезай в сани, иначе… Иначе я тебя свяжу и силой туда усажу!

- Но как же Дарьюшка?! – едва не разревелась Желана.

- Говорю же, как что узнаю, тебе первой расскажу. А пока держи язык за зубами да помалкивай. Всё поняла?

Девица, собираясь было обидеться, всё же в конце концов согласилась, кивнув.

- Так-то лучше, - немного расслабился обнадёженный Ратимир. – Одна-то доехать сумеешь?

- А как же ты? – внезапно опомнилась девица. – Тоже, поди, замёрз…

- Обо мне не беспокойся, для меня такой мороз и не мороз вовсе… Жарко!

На этот раз Желана спорить не стала. Ратимир проводил её до лошади, что уже их заждалась, а сам отправился обратно в лес, зная способ отыскать Дарью побыстрее.

Глава 24

 То, что случилось со мной, казалось мне сейчас чем-то нереальным. Наверное, так оно и было, начиная с того момента, как душа моя угодила в чужое тело и заканчивая моим чудесным спасением в доме Арсения. Несмотря на все испытания, на своём пути мне удалось встретить именно тех людей, что не остались равнодушны к судьбе несчастной девушки, приговорённой к ужасной смерти. Конечно, они не знали, что я вовсе не Дарья, но ведь суть от этого не менялась. Они помогали мне наряду с тем, как другие пытались уничтожить, ради своих шкурных интересов и золота, что, видать, во все времена имело над алчными людьми свою власть.

 Сейчас же, оглядываясь назад, мне и самой не верилось, что я справилась, смогла воспротивиться злой судьбе и, наконец, обрела тот островок спокойствия и неги, так необходимый каждому человеку. Конечно, это был не мой дом, и всё же я чувствовала себя здесь своей, словно когда-то давно это и впрямь было правдой. Однако быть так не могло, и это я отчётливо понимала. А потому была несказанно благодарна своему спасителю Арсению, что не только вырвал меня из лап неминуемой смерти, но и предоставил крышу над головой, ничего не попросив взамен.

Разве в моём родном мире было такое возможно?

И сейчас я была готова на многое, чтобы оправдать доверие Арсения.

Весь день он провозился во дворе, словно холод ему совсем не был помехой. Голову он не покрывал, рукавиц не носил – я только диву могла даваться, насколько «жарким» мужчиной он оказался. Имелось у него своё небольшое хозяйство, как и на любом крестьянском дворе, корова и пара молодых бычков, куры и козы. Отсюда и молочко имелось, и яйца, а когда придёт время – и мясо тоже будет.

Я всегда любила мясо, но в той, другой жизни, ела его редко. Сначала мне было жалко животных, а потом… потом банально не хватало денег, чтобы купить себе что-то из мясной продукции. А потому я чаще обходилась его заменителями – сосисками и колбасой. Но теперь, попав сюда, могла с лихвой насладиться вкусным и сочным продуктом. Ни о какой жалости речь здесь не шла, скорее это был вопрос выживания. Как человеку, живущему постоянным физическим трудом, обходится без мяса не получалось.

Но что-то я отвлеклась, увлёкшись темой вкусовых предпочтений. Ероха всё ещё продолжал на меня дуться, но уже подпустил чуточку ближе: куриных яиц я ему всё-таки добыла, а потом и пол подмела, и все остальные его мелкие поручения выполнила. Но к приготовления пухлых да румяных пирожков он меня уже не подпустил, а потому я отправилась к себе ждать ужина и немного отдохнуть. Конечно, я немного устала, но не сказать, что была полностью без сил. Однако щекотание в носу напомнило мне про простуду, и я не стала испытывать судьбу, решив всё же немного передохнуть.  Кровать я расстилать не стала, легла поверх покрывала, прикрывшись лёгоньким одеялом. Ещё раз оглядела всё вокруг себя, чтобы убедиться, что я не сплю, а затем, счастливо улыбнувшись, легко и беззаботно уснула.

Однако сон мой оказался тревожным и даже жутким. Шла я по тёмному лесу, ступая босыми ногами по снегу, на котором были рассыпаны свежие алые ягоды рябины. Откуда они здесь взялись, я понятия не имела, вот только ими был усеян весь мой путь, и я шла, и