кварталы Рыбинска. Я не стал торопиться с посадкой. Спокойно развернулся, промчался, едва не задевая крыши домов, над проспектом Ленина — главной улицей города и приземлился с хода, без круга над аэродромом. Это моя обычная манера садиться, если кто не знает.

Самолет, в который уже раз, остановился точно у ангара. Я вылез из кабины и, не дожидаясь Иры, уныло побрел в кабинет Ремезова.

— Здравствуйте. Наконец-то я снова с вами, — мое приветствие, надеюсь, выглядело достаточно издевательски.

— Вернулись? Что-то вы долго.

Ремезов спокойно смотрел мне в глаза, положив руки на стол. Так, словно ничего не знал о моих приключениях. То ли он хороший актер, то ли действительно ни в чем не замешан. Как бы это выяснить?

Я рассказал обо всем, исключая встречу с диверсантами.

— Как же вы вернулись назад?

— Дал телеграмму в Ярославль. Оттуда привезли горючее на грузовике. Вот и все. В следующий раз я лично буду проверять топливные баки, как положено по уставу. Никакая спешка мне не помешает. Что ж. Век живи — век учись, дураком помрешь.

Ремезов поднял вверх указательный палец.

— Закончился бензин, говорите? Кто заправлял самолет? Надо глянуть в журнале техобслуживания. Идите за мной.

Вслед за Ремезовым я спустился в ангар. По пути к нам присоединилась Ира. Втроем мы вошли в отгороженный угол — контору и окружили ни в чем не повинный стол, на котором лежала толстая тетрадь, заполненная химическим карандашом.

Ремезов раскрыл ее на середине и недовольно хмыкнул: кто-то грубо вырвал страницу обслуживания самолетов за сегодняшний день. Из середины торчали обрывки бумаги.

— Не проблема! — самодовольно заявил я, потрогав пальцами страницы. — Сейчас разберемся.

Я взял со стола хорошо заточенный карандаш — простой, не химический, и быстро заштриховал пустую страницу. На ней проступили отчетливые буквы — они были выдавлены тем, кто недавно писал в журнал. Наверное, этот «кто-то» привык к сильному нажиму.

— Заправка УТ-2, сто восемьдесят литров. Подпись: инженер Дейцман, — прочитал я.

— Быстро за ним! — воскликнул Ремезов.

Мы бросились искать Дейцмана. Обшарили площадку и все закоулки ангара для самолетов. Инженер как провалился сквозь землю.

— Давайте разделимся и посмотрим в цехах, — предложил Ремезов. — Каждый осмотрит свой участок.

— Плохая идея. Меня на вашем заводе с собаками искать придется. Пропаду ведь.

— Тогда идите вдвоем с Ириной. Она разбирается, что здесь и где.

Я задумался… Не хотелось отпускать Ремезова одного. Но отказаться от его предложения — навлечь на себя ненужные подозрения. Если же начальник аэродрома ни при чем — то и вовсе не стоит переживать.

— Так точно, командир! — не без издевки откозырял я.

Мы с Ирой бродили среди станков, верстаков и стеллажей с инструментами до вечера. Заглядывали в кладовки и подвалы. Осматривали все закутки. Рабочие косо смотрели на нас, особенно на Иру — что это она бездельничает, но хранили гордое пролетарское молчание.

Когда же трудовой день завершился, и цеха опустели, у нас и вовсе перестали путаться под ногами. Но и нашему врагу тоже никто не мешал. Он проявил себя, когда мы, уже совсем отчаявшись найти что-то ценное, медленно брели вдоль сборочной линии — тележек с установленными на них авиационными двигателями. Интересно, на что мы рассчитывали? На то, что Дейцман прячется в ящике стола или шкафу для инструментов?

Под потолком неподвижно застыла кран-балка с кабиной управления. В ней никого не было: я сам проверил это несколько минут назад. Как туда забрался наш недруг, ума не приложу. Во всяком случае, ни я, ни Ира никого постороннего не видели. И не выбраться бы нам живыми, если бы не последний луч заходящего солнца.

Когда мы были прямо под кран-балкой, краем глаза я увидел, как на стене мелькнула тень.

— Полундра! — заорал я, сбив Иру с ног.

Там, где мы только что стояли, о бетонный пол с грохотом ударилась бадья с цементом. Все вокруг заволокло серой пылью. Кое-как я встал и откашлялся. Ира сидела на полу, плевалась и протирала глаза — ей досталось больше.

Кто-то большой и тяжелый налетел на меня, опрокинул на пол. Прямо перед носом у меня блеснуло лезвие ножа. Я рванулся в сторону. Клинок звякнул о бетон, выбив искру.

— Шустрый, таракан. Живучий, — тихо произнес незнакомец. — Все равно раздавлю.

Снова блеснул клинок. На этот раз остро заточенное жало нацелилось на мое горло. Я схватил врага за руку, но она словно была стальной. Мне показалось: в мире нет силы, чтобы ее остановить.

Глава 16

Двойное дно

Острие коснулось шеи. Я сопротивлялся, как мог, и в последнюю секунду все же успел немного отклонить лезвие — оно чуть задело кожу. Вдруг раздался хриплый крик. Короткий треск позвонков эхом отдался в уголках цеха. Злодей обмяк и навалился на меня всей тушей. Ира легко, без видимых усилий, свернула шею здоровенному мужику.

— Спасибо, — простонал я, не в силах пошевелиться.

Ира сбросила с меня труп и перевернула на спину.

— Да это же начальник охраны завода товарищ Ларионов! — воскликнула она и нетерпеливо добавила: — Ну, ты вставать будешь?

— Попозже. Устал что-то. Дай полежать. Этот бетонный пол такой удобный… Лучше пуховой перины.

— Слабак!

— Согласен. Не буду же я спорить с…

— С кем⁈

— С самой сильной женщиной на свете. Не убивай меня, пожалуйста. В этой истории и без меня полно трупов. Хотя одним больше, одним меньше — все равно.

— Ты можешь быть немного серьезнее?

— Могу. Вот сейчас отлежусь, и сразу стану таким серьезным, как товарищ Молотов из Политбюро. Помоги лучше, разбойница!

Ира взяла меня под мышки и поставила на ноги:

— Некогда валяться. Надо искать второго гада.

— Ты откуда знаешь, есть ли второй вообще?

— Так быстро с кран-балки не слезть. Один должен был сбросить на нас бочку, второй — добить выживших. Ищем второго! Он далеко не мог уйти!

— Не… Вряд ли наш «доброжелатель» сидел в кабине и ждал результатов. Скорее всего, рванул на помощь «коллеге». Но увидел твою мощь и позорно сбежал. Так что его и след простыл… И, наверное, хорошо.

— Для него же, — Ира продемонстрировала мне свою финку. — Вот если бы первый напал на меня, пока я глаза не протерла, было бы страшно. К счастью, видимо, решил, что со