только должен знать, что обучение — это не про лопать от пуза.

— А то я не ведаю, — отмахнулся пацан. — Разберусь.

— Пошли, устрою вас на ночь, — решил Валерка.

— Оставьте, барыня, — отмахнулась повитуха. — Без вас устроим. Сейчас Глашка проводит, этих ко мне в комнату, а этим пока в людской постелют. Школа-то еще не готова ваша. А у нас только швейная мастерская, а там девки одни.

— Спасибо, — поблагодарил парень. — Вы мне очень помогаете.

— Ничо себе! — прошептал Микола. — Ты тоже слышишь это?

Пацаны переглянулись.

Заглянула Глашка, выслушала распоряжения и забрала детей, которые вовсю клевали носами: так развезло их от непривычной чистоты, сытости да впечатлений.

— А вы руки показывайте, — велела повитуха Валерке. — Али прошло всё?

— Я тут немного попрактиковалась, — признался парень. — Не знаю, всё ли прошло или нет, но что-то получилось. Непонятно только, почему с Весной ничего не вышло? Я же видела, что не так, а сделать ничего не смогла.

Повитуха только безразлично пожала плечами, разматывая бинты и склоняясь над руками. Потыкала их пальцами, ощупала, повертела и заключила:

— В самом деле, ожоги сошли. Я бы еще мазями помазала, как-никак вы барыня, а руки как у старушки. А что касаемо ваших переживаний, так видимо, силы кончились. Не бесконечные же они у вас. Ежели из ведра черпать, да не доливать, то знамо дело, что скоро до дна дочерпать можно, а вода и кончится.

— Хм… — задумался Валерка и посмотрел на свои руки. Руки как руки. Ну, шелушатся немного, ногти неровно обгрызены, сама ногтевая пластина неровная, ребристая, да тонковата.

— Творожка бы вам поесть, — кивнула Аглая. — Сил-то нет в теле. Молочка попить парного.

Валерка поморщился. Парное молоко он не любил, пахло странно, да живот потом пучило. Хотя, казалось бы, живот-то Леркин, а она должна была быть привычной к такому.

«Да с чего бы, — отозвалась на невысказанные мысли девчонка. — Ты думаешь, я у тётки молоко парное пила? Вот ты сказочник».

Валерка только вздохнул. Эта реальность ему решительно не нравилась. Хотя ему-то грех было жаловаться. Очень вовремя он стал богатой наследницей.

— Пойду к Прохору загляну, — решил он.

— Вот, мазь возьмите для рук, — сунула ему горшочек Аглая. — И камушек, ногти в порядок привести. А то барыня, а руки как у холопки.

«Бери! — велела Лерка. — В самом деле стыдно!»

Валерка вздохнул. В прошлой жизни он к маникюру относился снисходительно. И даже пренебрежительно, считая бабской блажью. Впрочем, раньше он и в месячные не верил и думал, что Ленка преувеличивает. Так что не стал спорить.

Прохора он не нашел. Не было его ни в кабинете, ни в библиотеке. Валерка даже в зал, где обедали, сходил, но там тоже было пусто. Только его задолбали вопросами, не хочет ли он поесть. Так что в итоге он спрятался от всех желающих его покормить в кабинете и занялся маникюром под чутким Леркиным руководством. И через полчаса озверел окончательно.

Глава 9, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА КАЗНИТ, ВОССТАНАВЛИВАЕТ СИЛЫ и ВИДИТ СНЫ

Прохор явился, когда Валера озверел настолько, что был готов убивать людей.

«Зачем ты отрываешь заусенец», — ныла Лерка.

— Затем, что он мешает! До этого твоего маникюра у меня вообще не было заусенцев. Откуда он теперь взялся?

«А теперь, когда у нас течет кровь, стало лучше?»

— Стало понятно зато!

— Барыня, барыня, вы в порядке?

Валерка поднял глаза и обнаружил управляющего, который, склонившись, с некоторой тревогой наблюдает за ним. И наблюдает, судя по всему, давно.

— Да, — буркнул он и сунул в рот пострадавший палец. — Руки вот в порядок приводила.

Прохор скосил взгляд на кровоточащие пальцы, но благоразумно не стал комментировать. Вместо этого перевел разговор:

— Кажется, я выяснил, что произошло на вашем небольшом состязании по стирке. Не желаете поговорить с очевидцем?

— Пошли.

Валера вскочил на ноги и всем своим видом показал готовность идти куда угодно. Непорезанным остался один мизинец на левой руке. Сегодня он был помилован.

На улице собирались тучи, пахло первой (или одной из первых) грозой. Люди бегали, занятые своими делами. Валерка отметил, что многие были в ботинках. Одежда на дворовых была чистой, почти не штопанной и весьма нарядной.

— Вот, — управляющий подозвал к ним зареванную девчонку. — Это Марфушка. И она видела.

Марфушка оказалась почти одного роста с Леркиным телом, но, чтобы заглянуть ей в глаза, всё равно пришлось наклониться. Потому что девчонка их упорно прятала.

— Рассказывай, — велел он, так и не поймав её взгляда. — Что именно ты видела?

— Я видела, как мать вашего мужа подсыпала в ваш чан порошок, — прошептала девка.

— И промолчала? — нахмурился парень. — Почему?

— Она утром тут ходила, — еще тише сказала девчонка. — Медные монеты предлагала тому, кто на неё поработать согласится. Никто не согласился. Она осерчала. Сказала, что если ей кто помешает, то она найдет как отомстить. Мол, барыня ваша не вечна. Да и не станет же она в самом деле за своих холопов заступаться.

— И ты не взяла денег? — спросил Валерка. Руки сами собой сжались в кулаки, в левом ухе подвывала Лерка, требовала пороть и вообще казнить, и впервые в жизни Валерке очень хотелось последовать её советам.

— Взяла, — еще тише произнесла девка. Протянула и разжала ладошку, на которой лежала горсть медяков. — Бес попутал, барыня. Понимаете, мамка болеет, дома голодно. Меня-то сюда взяли, я им обещала уже, что все деньги буду отправлять. Да только им сейчас надо, а не потом, когда я заработаю.

— Прохор, — Валерка даже не повернул головы, продолжая рассматривать эту глупую несчастную девку. — Когда слугам последний раз зарплату давали?

— Дык, три дня назад, — произнес мужчина. — Всё до последней копеечки раздали.

— Ты эти деньги получила? — строго спросил парень.

Слезы закапали на вытоптанную землю, и Валерка в очередной раз подумал, что было бы неплохо или замостить двор, или посадить газон. Только его придется косить, и биться с челядью, доказывая всем, что это лучше, чем грязь.

— Получила, — совсем тихо прошептала девка. — Только не удержалась и половину потратила. Бублики, орешки, бусы. Ерунда всякая, сама не ведаю, что на меня нашло. Бес попутал, не иначе.

Внезапно для самого себя Валерка вспомнил, как потратил свои первые деньги. Там тоже были жвачки, шоколадки и газировка. Но мама не ругала, как будто любой ребенок должен пройти через этап глупых покупок.

— И тех оставшихся денег не хватило?

Девка насупилась еще сильнее.

— На лекарства хватило…

— Вообще-то у нас тут лекарка живет, — заметил парень. — Лекарства можно было и у неё взять. И даже попросить Аглаю