сценарий фильма. Он был хриплым и коротким. Резкий поток воздуха вырвался из моей груди. Фигура не двигалась. Инстинктивно я подняла руку — красную ручку, гениально, Пейдж — и сделала шаг назад. Ветер кружил вокруг нас, словно мы были двумя камнями в русле реки.

— Кто это?

Мой голос был глубже обычного. Твёрдым. Я удивилась самой себе.

Ответа не было. Только дыхание, выпускающее клубы воздуха в холодный воздух.

— Стоп... стоп... не двигайся, — сказала я, что было глупо, потому что фигура и так стояла на месте. Я слышала стук собственного пульса, высокий и неестественный. Мои колени напоминали желе — ненавижу желе.

Фигура сделала шаг в коридор. Я отступила назад, пока моё плечо не коснулось старого зеркала. Оно издало звук, словно обидевшись на то, что не находится в центре внимания.

Еще одна вспышка. Изображение отразилось от стены, яркое, как фотография. Капюшон. Влажность. Кожаный портфель, тёмный, большой, плотно прижатый к груди. Рот — тонкая линия. Глаза — я их не видела, только отражение, как у хищника в лесу. Тень улыбки? Нет. Тень сожаления?

Свет рассеялся. Вслед за ним раздался мой крик, второй, поменьше, скорее "ох", чем реальная тревога. Пальцы сжались вокруг красной ручки. Я услышала, как произнесла что-то типа «Убирайся», «Стой» или «Кто»; слова ещё не определились.

Снаружи дождь сменил ритм. Внутри дом затаил дыхание.

Фигура подняла руку. Не быстро. Такой жест делают, когда показывают пугливому животному, что не желают ему зла.

— Мисс Эмброуз? — спросил голос, настолько обычный, что это настораживало больше всего.

— Мистер Кроуфорд?

Моя красная ручка опустилась на миллиметр, этого было недостаточно, чтобы дать сигнал к отмене тревоги.

Фигура откинула капюшон, и, конечно, это был он. Агент по недвижимости. Пряди волос прилипли ко лбу, очки запотели, а папка на груди была вся промокшая.

— Боже мой.

Мой голос прозвучал гораздо громче, чем я хотела. Я опустила руку, но все еще сжимала ручку, как кинжал.

— Что... почему вы здесь? Вы сказали завтра.

Он сделал шаг вперед, словно пытаясь свести к минимуму следы обуви на паркетном полу.

— Простите, мисс Эмброуз. Я как раз собирался в дорогу. Буря усиливалась, и я подумал...

Он замолчал, подбирая слова.

— Если в доме есть свет, вы можете им воспользоваться. Я хотел принести вам документы раньше. И, честно говоря, мне было любопытно.

— Любопытно.

Я услышала свой смех, который больше походил на нервный, чем веселый.

— Значит, вы врываетесь в дома клиентов, когда вам любопытно?

— Я постучал.

Его голос звучал защитно.

— Три раза.

— Наверное, буря заглушила это, — пробормотала я, откидывая мокрую прядь волос с лица, которая точно была не от дождя.

— Вы меня до полусмерти напугали.

Кроуфорд моргнул, выглядя искренне обеспокоенным.

— Я не хотел. Я думал... что у вас может быть... компания.

Его взгляд путешествовал по коридору, как будто он пытался найти призрак Эвелин в тени.

— Только я, мой ноутбук и дом, в котором звучит духовой оркестр.

Я скрестила руки, чтобы скрыть дрожащие пальцы.

— Вы могли бы позвонить.

— Не хотел беспокоить.

— О, как любезно.

Мой голос был резким.

— Возможно, в следующий раз вы подумаете, что неожиданный визит в дом с привидениями во время бури — не самая лучшая стратегия.

Он поднял обе руки, удерживая папку между предплечьем и грудью.

— Простите. Правда. Я... просто хотел помочь.

Помочь. Это слово всё ещё висело между нами, как дым, когда снаружи сквозь бурю пронёсся грохот — не от расшатанного окна, не от скрипящей доски, а от чего-то тяжёлого на крыльце. Дом затаил дыхание. Шум становился всё громче, всё более угрожающим, пока входная дверь не распахнулась и не с грохотом ударилась о стену, так сильно, что зеркало в прихожей задрожало.

Сойер стоял в раме. Промокший до нитки. С него капала вода. Дождь стекал с его распущенных волос, с лица и груди. Рубашка облегала его, словно вторая кожа. С каждым вздохом он словно нес гром и молнии в дом. Его взгляд пронзил комнату — острый, безошибочно узнаваемый — и поразил меня так сильно, что я вздрогнула, хотя знала, что он был адресован не мне.

— Пейдж?

Его голос был низким, напряженным, словно он затаил дыхание, пробираясь сквозь бурю. Его взгляд остановился на мне, он оглядел меня с головы до ног. Только убедившись, что я невредима, его взгляд переключился на Кроуфорда.

— Что, черт возьми, вы здесь делаете?

Кроуфорд слегка выпрямился, пытаясь скрыть свое достоинство под мокрой тканью пальто.

— Мистер Грейсон.

Он коротко кивнул.

— У меня дело к мисс Эмброуз.

— Дело? — голос Сойера прорезал гром за окном. — Поздно ночью? Во время бури?

— Я подумал, что сэкономлю время. Заранее отнесу документы.

Кроуфорд поднял папку, словно щит.

— Или вы хотели посмотреть, сколько сможете извлечь выгоды, если застанете племянницу одну.

Голос Сойера был низким — угрожающим. — Быстрая сделка, несколько рассказов о зловещем доме — и вы получите двойную прибыль.

Кроуфорд моргнул, слишком долго, чтобы выглядеть по-настоящему удивленным.

— Это серьезное обвинение.

— Это факт, — прорычал Сойер. Капли пота стекали по его вискам, словно крошечные молнии, по напряженной челюсти.

— Такие, как вы, зарабатывают на жизнь, продавая страх. И они надеются, что никто не поймет, кому они играют на руку.

Я подняла обе руки.

— Ладно. Погоди. Я все еще жива. Никто не врывался, никто меня не похитил.

Я заставила свой голос звучать тверже, чем чувствовала себя на самом деле.

— Это было просто... недоразумение.

— У меня назначена встреча с мисс Эмброуз, — ответил Кроуфорд вежливо, но твердо. — Будь то завтра или сегодня — это все равно ее дом. Ее решение.

И вот оно. Слово, которое никто из нас до этого не произнес прямо: решение.

Мое сердце заколотилось. Я перевела взгляд с одного на другого: двое мужчин в коридоре "Эмброуз", оба мокрые, оба с разными стремлениями. Один хотел продать. Другой хотел оставить себе. А я стояла между ними, с красной ручкой в руке, как школьница, не знающая, где поставить галочку.

— Это мой дом, — сказала я, наполовину себе, наполовину им. Мой голос звучал тверже, чем мои колени. — И да — решение за мной.

Кроуфорд тут же кивнул, словно ждал этой реплики.

— Именно. И разумно планировать заранее. Рынок таких... особенных объектов невелик. Если мы воспользуемся моментом, то сможем добиться…

— Момент? — Сойер тихо и без энтузиазма рассмеялся. — Это не какая-то выгодная сделка, которую можно просто взять, потому что она стоит в витрине. Это дом. И не просто какой-то дом.

— Именно поэтому, — ответил риелтор. — Вы не хуже