я только знаю, что это находится в Оверленд-Парке, близлежащем пригороде.

Место моей работы и проживания Приари Виледж, это состоятельное жилое сообщество с семьями среднего возраста и пожилыми людьми, а в Оверленд-Парк полно проблем, которые поражают более старые пригороды. Пустые торговые площадки, захудалые районы, разваливающиеся жилые комплексы, наполненные тараканами, клубы, автомобильный кинотеатр и другие вещи такого плана. На самом деле в Приари Виледж во время полуночной смены так скучно, что, когда я сам работал по ночам, то обычно прокатывался в Оверленд-Парк, чтобы посмотреть, не происходит ли там что-нибудь более интересное. И ответ был всегда, неизменно «да».

Чаще всего парнем, занимающимся более интересными делами, был мой молчаливый приятель из академии, Тейлор, и раз уж он теперь детектив в костюме, с галстуком и стопкой папок выше меня ростом, уверен, у него нет занятия интересней, чем ответить на мой звонок.

Он берет трубку после первых гудков.

— Тейлор слушает.

— Привет, это Келли из Приари Виледж.

Вздох.

— Мне снова придется выгонять тебя из моего города?

Я улыбаюсь, продолжая листать книжку про беременность.

— Хорошие времена. Мы тогда были простыми офицерами, только окончившими академию и дежурившими лишь в ночные смены.

— Ах, мы были так молоды.

Я смеюсь.

— Говори за себя. Мне всего тридцать три.

— Мне очень не хочется тебя огорчать, Келли, но мы постарели. Нам уже за тридцать. Мы могли уже умереть.

— Почему в последнее время все об этом говорят? — бормочу я, нащупывая другую книгу про детей, не найдя в этой интересующей меня информации.

— Потому что это правда. Итак, ты позвонил мне поболтать о смертности?

— Нет, — отвечаю я, откладывая еще одну книгу про детей, когда не нахожу в содержании слова слюноотделения или жидкости. — Ты знаешь, что за местечко «Найтс Инн»?

— Ты хочешь знать, в курсе ли я, что там притон проституток? Знаю ли, что там частенько убивают?

— О, ясно, приятель.

— Зачем это тебе? — спрашивает Тейлор. — Нужно проверить наводку?

— Нет, ничего подобного, — медленно говорю я, смотря в лобовое стекло. В трех кварталах отсюда находится Коринфский филиал, в котором прямо сейчас, возможно, Ливия работает над программами для подростков или присутствует на заседании комитета по важному социальному проекту или что-то в этом роде. — Я… м-м-м. У меня там свидание.

Тейлор так громко смеется, что мне приходится отодвинуть телефон.

И смеется.

И смеется.

— Боже, — хрипит он. — Боже. Свидание. В мотеле «Найтс Инн».

— Это она выбирала место, — защищаюсь я.

— Держу пари, так и есть. Ты познакомился с ней в Крейглисте? Или подцепил на углу? Ты, в конце концов, успел трахнуть всех приличных женщин?

— Нет, нет и нет. Эта женщина — библиотекарь, — и собираюсь добавить, что я согласился сделать ей ребенка, поэтому мы встречаемся на нейтральной территории, но решаю, что Тейлор не посчитает это менее странным, поэтому просто добавляю. — Это совершенно обычное свидание. Суперзаурядное. Мы два абсолютно обычных человека, планирующих встретиться, чтобы заняться сексом без обязательств.

Тейлор снова смеется, хрипит и закашливается.

— Так обычно говорят все потерпевшие, — выдавливает он между смехом и кашлем. — Надеюсь, тебе понравится твой заурядный, непродуктивный секс, Келли.

— Ты такой ублюдок.

Еще больше смеха.

— О, мужик, подожди, пока я произнесу это вслух. У Келли назначено свидание в мотеле «Найтс Инн». Том самом, где почасовая оплата. В том самом Не-Мотель-А-Бордель. Как «Найтс»…

Я повесил трубку и бросил ее в держатель. Чертов Тейлор. Чертов «Найтс Инн». Гребанные слюноотделения.

Кроме того… стоп, вот оно!

— Слюноотделения, — читаю я, пробегая пальцем по словам. — Когда женщина близка к овуляции, изменения химии в ее организме придает слюноотделениям оттенок засохшего папоротника, а не молочный.

Да уж. Знание — сила.

Я закрываю книгу и отвечаю на сообщение Ливии.

Хорошо, Женщина Папоротник. Я встречу тебя в восемь.

И добавляю:

Ты уверена насчет «Найтс Инн»?

Она отвечает сразу же.

Увидимся на месте, и, да, я уверена. Это общественное место, и оно по карману госслужащему! К тому же, оно недалеко от «Стейкерн Шейк», значит, оно в хорошем районе.

…Лив. Котенок. В прошлом году в мусорном контейнере за «Стейкерн Шейк» нашли тело.

Один труп, и вдруг отличное место становится «плохим». Ты такой сноб! Я не позволю одной неурядице отпугнуть меня. Предпочитаю видеть в этом месте лучшее.

У меня в ухе звенит рация — вызывает диспетчер: беспорядки в доме престарелых, им нужны все доступные офицеры. С грустной улыбкой я посылаю последнее сообщение моей маленькой библиотекарше-идеалистке и вылезаю из машины.

Увидимся вечером, Ливи-девочка. Не окажись в мусорном контейнере, прежде чем я туда доберусь.

***

Хоть я по большей части и шутил насчет убийства в «Стейкерн Шейк», но приезжаю в мотель «Найтс Инн» на полчаса раньше, чтобы убедиться, что она не окажется одна на стоянке. Дело в том, что Оверленд-Парк — неплохое место — по большей части, городок безопасный пригород, но я покопал еще немного и выяснил, что «Найтс Инн» чрезвычайно популярен среди дальнобойщиков и строителей из-за своего близкого расположения к шоссе, низких цен и обилия проституток.

Я говорю себе, что это естественный инстинкт копа — желание обезопасить Ливию от суровых, жестоких мужчин на стоянке, — я хочу, чтобы все граждане были в безопасности, ради этого я дал присягу. Это правильный поступок.

Я пытаюсь сказать, что приехал бы на час раньше ради любого человека, с которым встречаюсь в мотеле.

Тем не менее, не могу полностью объяснить волну возбуждения, поднявшуюся во мне, когда я смотрю, как она выходит из своего ярко-синего «Приуса С». Это вожделение, больше, чем похоть. Вожделение не только к ее телу — но и вожделение к ее смеху, ее вниманию, ее маленьким вздохам, когда я прикасаюсь к ней или удивляю. Пока она приближается, я стою, прислонившись к багажнику своей «Ауди», не делая тайны, что пожираю глазами ее тело и не потрудившись скрыть выпуклость, появившуюся в моих джинсах при виде милой библиотекарши.

Ночь выдалась довольно теплой для марта, и приятный бриз обдувал ее белую блузку, застегнутую на все пуговицы, с изысканными, собранными складками рукавами, наверняка имеющими особое название. Блузка сочеталась с тонкими черными брюками и балетками на маленьком каблуке. Элегантная, классическая и настолько же сексуальная, как и