…А потом мы менялись ролями.

Мы пили воду, восстанавливая дыхание, и Элара подходила к пузатому металлическому устройству, которое мы вытащили из каюты капитана и не сразу починили. Солидо-проектор.

— Теперь моя очередь, — злорадно сказала она, вставляя в слот кристалл с данными. — Твои боевые рефлексы великолепны. Но социальные протоколы….ммм…слабы.

Она, конечно, не знала про Алекса. Для неё моя «странность», прямолинейность и отсутствие манер были следствием травмы мозга при падении и долгой гибернации. Она думала, что чинит сломанный инструмент, настраивает расстроенный рояль. Я не разубеждал её.

В центре зала воздух задрожал. Лучи света скрестились, формируя полупрозрачную, мерцающую фигуру высокого мужчины в одежде Ментата Харконненов.

Это был призрак из фотонов, сквозь которого можно было просунуть руку, почувствовав лишь легкое тепло. Программа, работающая по жесткому алгоритму.

— Сценарий сорок четыре: «Давление этикетом», — объявила Элара, щелкая тумблером. — Ты — сопровождающий знатной особы. Ментат проверяет твою стрессоустойчивость. Твоя задача — ответить на провокацию, сохранив лицо. Алгоритм отслеживает тон голоса, мимику и ключевые слова.

Проекция Ментата дернулась, запуская анимацию. Его губы, искривленные в вежливой, но хищной улыбке, зашевелились. Из динамиков полился записанный голос, лишенный живых модуляций:

— «Скажите, любезнейший, почему ваш господин избегает встречи с губернатором? Уж не пренебрежение ли это?»

— Я… — начал я грубовато, сбиваясь.

Проекция тут же окрасилась красным. Раздался противный зуммер.

— Ошибка, — констатировала Элара, сбрасывая сценарий. — Тон слишком агрессивный. Осанка угрожающая. Ты реагируешь как охранник в кабаке.

— Это выглядит глупо, — я вытер пот со лба.

— Это тренажер, — жестко сказала она. — Он реагирует на паттерны. Если ты так ответишь настоящему Ментату, он поймет, что ты нервничаешь. А значит, ты что-то скрываешь.

Она подошла к мерцающей фигуре.

— Кейл, в тебе есть эти умения. Тебя создавали не просто бойцом. В твоей нервной системе прошиты этикет, дипломатия, умение лгать глазами. Перестань думать как дуболом. Включи режим придворного.

— Это все понятно, но как же бесит это лицемерие. — буркнул я.

— Это выживание. Еще раз.

Она перезапустила сцену. Ментат снова ожил, повторив ту же фразу с той же самой интонацией:

— «Скажите, любезнейший, почему ваш господин избегает встречи с губернатором?..»

Я закрыл глаза. «Ладно. Не думай. Просто вспомни. Как это делать?»

Я представил, что надеваю маску. Чужую, холодную, идеально подогнанную маску. Плечи расслабились, но спина осталась прямой. Голова чуть наклонилась — вежливость, граничащая с безразличием. Взгляд расфокусировался, перестав сверлить "противника".

— «Мой господин не избегает встреч, сударь», — мой голос изменился сам собой. Он стал тише, ровнее, в нем появились бархатные, обволакивающие нотки. — «Он лишь щадит драгоценное время губернатора, зная, сколь тяжко бремя управления в сезон бурь. Но если его светлость настаивает… мы сочтем за честь».

Я замер, ожидая зуммера.

Проекция Ментата мигнула зеленым. Алгоритм распознал правильную тональность и ключевые слова "щадит время" и "честь". Скрипт переключился на ветку "Успех".

Фигура Ментата слегка поклонилась.

— «Разумно. Губернатор оценит вашу тактичность».

Элара выключила проектор. Фантом рассыпался искрами света.

— Идеально, — в её голосе звучало удовлетворение мастера, заточившего клинок. — Сенсоры даже не зафиксировали скачка пульса. Ты врал как дышал.

Я выдохнул, чувствуя, как "маска" сползает, возвращая привычную усталость.

— Это… странно, — признался я. — Будто я нажал кнопку «Play» в собственной голове. Я не придумывал эти слова. Они просто вылетели.

— Это и есть твоя память, — она бросила мне полотенце. — Ментат-человек, конечно, умнее этой лампочки. Но база у тебя есть. Твой создатель заложил в тебя не только умение ломать шеи, но и умение заговаривать зубы.

— Надеюсь, мне не придется часто этим пользоваться, — я посмотрел на пустой постамент проектора. — Мне больше нравится строить стены, чем кланяться голограммам.

— Инженер построил нам базу, — серьезно сказала Элара. — А дипломат поможет нам не сдохнуть, когда мы из неё выйдем. Используй обоих.

* * *

Автор клянётся что замышляет только шалость.

* * *

Очередная вечерняя смена была посвящена глубине.

Наверху «Термиты» строили купол. Мы же с Эларой уходили всё дальше от поверхности, в базальтовое сердце планеты.

Здесь, на глубине семидесяти метров, «Крот» работал автономно. Элара управляла им с выносного пульта, сидя на ящике с инструментами в относительно прохладной зоне.

— Температура породы пятьдесят два градуса, — сообщила она. — Теплообменники справляются, но мы подходим к пределу эффективности пассивного охлаждения.

— Я подключу контур к верхним шахтам, — ответил я. — Термиты построили уже приличны «термитник», вот он у будет охлаждать.

Моя работа сегодня была чисто физической. И это было благословением.

Мозг устал от расчетов, схем и стратегий. Телу нужно было простое, понятное действие. Я занимался укреплением стен туннеля.

«Крот» оставлял после себя грубый, рваный камень. Чтобы превратить нору в базу, стены нужно было облицевать. Я брал блоки из спеченного песка и маскировочные, которые подвозил конвейер, и в требуемом порядке выстраивал стены, по и сводчатый потолок. Лего для взрослых.

Взять. Поставить. Вплавить. Повторить.

Это была медитация.

В какой-то момент я поймал себя на том, что напеваю. Это было неосознанно. Мелодия всплыла из глубин памяти.

— Там-дам-дам-дам, дам-дам-дам, дам-дам-дам…

— Что это? — голос Элары вывел меня из транса.

Я обернулся. Она отложила пульт «Крота» и смотрела на меня с любопытством. В тусклом свете аварийных ламп её лицо, перепачканное каменной пылью, казалось очень живым.

— А? Ты о чем?

— Мелодия, — она подошла ближе. — Ты напевал. Никогда не слышала такой. Это что-то из фольклора Гьеди Прайм?

Я усмехнулся, вытирая пот со лба.

— Нет. Думаю это иного места. Откуда-то в памяти эти обрывки. Была такая игра… тысячи лет назад. Вспомнил вдруг откуда-то. Там ты просыпаешься один в мире, который полностью состоит из кубов. Ты должен своими руками ломать породу, добывать ресурсы и строить убежище до заката.

— Зачем? — спросила она.

— Потому что ночью из темноты приходят монстры, — я пожал плечами. — Если не успеешь построить стену и осветить территорию — они тебя убьют. Вся суть была в выживании и бесконечном упорядочивании хаоса. Ты берешь дикий мир, разбираешь его на блоки и складываешь из них свой порядок. Свою крепость. Так как ты сам хочешь.

Элара усмехнулась, и эта искренняя, хоть и уставшая улыбка на миг стерла напряжение с её лица. Она провела ладонью по шершавой поверхности только что установленного мной камня.

— Мир из блоков, монстры в темноте и стройка до упаду… — тихо повторила она. — Знаешь, гхола… Это пугающе точно описывает нашу жизнь. Мы ведь делаем то же самое. Разбираем эту планету на куски, чтобы спрятаться от её чудовищ. И надеемся, что успеем до того, как придет настоящая тьма.

****