class="p1">– В ближайшем магазине игрушек. Они открыты сегодня едва ли не до полуночи, и, главное, народу – тьма. А вот с Данилой случайно получилось… Василиса, подожди, не тяни, она же приклеена.

Василиса засмеялась.

– Я люблю тебя, – прошептала она. – Ты лучший. Я так расстроилась, что тебя не будет, и ты не представляешь, какой подарок мне сделал. Да снимай уже! Как с ней целоваться?

– Позже поцелуемся, – ответил Кощей, но по голосу было слышно, что он доволен ее реакцией. – Пойдем на лестницу, примешь последний сюрприз.

На лестнице было темно и тихо. Василиса огляделась и ничего не нашла, но Кощей подвел ее к окну и щелкнул пальцами.

– Куда смотреть? – спросила она, вглядываясь в заоконный мрак.

– Три, два, один, – отсчитал Кощей, и в темноте взметнулся первый залп салюта.

Кощей запалил фитиль на расстоянии, использовав силу. Небо разукрасило огнями, Василиса восхищенно распахнула глаза. Она обожала салюты. Это было едва ли не самое красивое, что она видела в своей жизни. Василиса засмеялась и захлопала в ладоши, чувствуя себя немного ребенком. Обняла мужа и с удовольствием ощутила, как он обнял ее в ответ. А залпы продолжали сотрясать территорию Конторы. Ей подумалось, что Кощей, наверное, скупил все, что было в магазине пиротехники. А еще она поняла, что он установил салют так, чтобы тем, кто остался в кабинете, его тоже хорошо было видно. Вот и зажгли елочку.

– Спасибо, – прошептала она, стараясь вложить в свою благодарность все, что чувствовала.

Кощей чмокнул ее в макушку.

– Тебе спасибо, – ответил он. – А вот теперь давай отцепим от меня эту бороду, поцелуемся и пойдем ко всем.

Прекрасный вышел Новый год.

О событиях, которые меняют все

Стекло было холодным.

Настя сидела на подоконнике, прислонившись к нему лбом, и наблюдала, как в сырых утренних сумерках медленно кружат снежинки. Зажатый в кольцо из гор, из окна гостиничного номера Горно-Алтайск казался совсем небольшим. Но он был невероятно красив в ночи, растекаясь по долине огненным озером из мерцающих огней. Настя приехала сюда на три дня выполнить поручение Баюна и вернуться обратно. Это должна была быть рядовая командировка. Ничего больше…

Настя закрыла глаза и представила, что она дома. Сейчас утро. Они с Финистом позавтракают и отправятся на работу. Она почти услышала его шаги, почти почувствовала легкое прикосновение к плечу… И вздрогнула, когда завибрировал телефон. Финист снова каким-то чудом угадал ее настроение и позвонил. А может, просто совпало, он всегда звонил ей по утрам, если они ночевали порознь. Настя давно перестала гадать, действительно ли муж может чувствовать ее даже на расстоянии или это просто игра случая.

Она взяла телефон и приняла вызов.

– Привет, – раздался жизнерадостный голос Финиста. – Как ночь? Сегодня домой?

Настя зажмурилась. Нужно было ответить спокойно. Иначе он поймет, иначе рванет сюда, а она еще не готова…

– Привет. Да, все по плану. Встретишь меня?

– Конечно!

Было почти физически больно – смолчать.

– Я люблю тебя, – шепнула она.

– И я тебя, – отозвался он. – Точно все нормально?

– Точно. Мне надо идти. Целую.

– И я целую. Скоро уже увидимся, не грусти.

– Да.

Финист на том конце сбросил звонок: он предпочитал не прощаться. Настя выдохнула, отложила телефон и снова перевела взгляд в окно. Снежинки продолжали кружиться. Город жил своей жизнью. Люди спешили на работу. Планета вращалась вокруг Солнца. И только она этим утром словно споткнулась и теперь не могла отделаться от ощущения, что застыла в моменте падения и трепещет в нескольких сантиметрах от земли, не зная, удастся ей приземлиться аккуратно, или она все же получит синяк, или и вовсе сразу свернет себе шею.

Настя протяжно выдохнула и перевела взгляд на подоконник. Помимо телефона на нем были сигарета и чашка с кофе. Она взяла сигарету, покрутила в пальцах, а потом сжала в ладони, сминая. С этим придется повременить… Вообще теперь многое придется отложить. Командировки вот, например.

Вчера вечером она внезапно поняла, что у нее задержка уже почти неделю, бросилась в аптеку, не спала полночи, а с утра сделала тест на беременность. Воистину, этот мир был удивительным. Если бы в Тридевятом у нее была возможность просто делать тест на беременность каждый раз, когда ей снова казалось, что чудо наконец случилось, то стольких слез можно было бы избежать… Ведь каждый раз она действительно верила, что ребенок есть. И эта вера порабощала ее, она отдавалась ей без остатка, начинала любить его и разговаривать с ним – несуществующим, представляла, как скажет Финисту, когда уже точно будет уверена, а после рыдала над пятнами крови на нижних юбках…

Настя вздрогнула и заставила себя не думать об этом. Все это было очень давно. Она бросила быстрый взгляд на прикроватную тумбочку и снова уставилась в окно. Ей не нужно было смотреть, чтобы видеть. Две четкие малиновые полоски. Она снова была беременна. Спустя столько лет. Борислав и Тихомир будут в ужасе. И только Светозар вздернет бровь и предложит прогуляться. Со средним сыном ей всегда легче всего удавалось находить общий язык.

И все же… Всего полтора месяца… У них с Финистом еще ни разу не получалось зачать так быстро, она была уверена, что у нее будет больше времени. С другой стороны, какая разница. Она вознесла молитву и сама назначила цену за свое желание, и ее боги выполнили свою часть сделки, пришло время и ей выполнить свою. Финист будет счастлив. Вот бы девочка, он ведь так мечтал…

Настя сползла вниз по стене, возле которой сидела, полулегла, упершись лопатками в твердую поверхность. Мутная тоска медленно разливалась внутри, прорастала беспокойством, и Настя чувствовала себя уже уставшей и заранее виноватой перед этим малышом. Нужно было думать о нем, а она думала о себе. О том, что ее ждет теперь. Девять месяцев беременности – какова вероятность, что эта не станет такой же выматывающей, как и предыдущие? Роды. После – несколько лет хаоса, в котором она больше не будет принадлежать себе. А дальше годы и годы, каждый вечер в течение которых она будет засыпать с мыслью о том, как там ее ребенок и все ли она сделала правильно…

Снежинки за окном рванулись в сторону, подхваченные порывом ветра, и снова успокоились, закружились в вальсе.

Ее ребенок. Четвертый ребенок. Она уже посмотрела в интернете, как он выглядит. Как кунжутное семечко: два миллиметра в длину и весит не больше