не удостоила, скрывшись в подъезде. Вик решил, что зря потратился. Наверняка дело пустяковое.

Софья нажала кнопку звонка, однако дверь Хрустальный Феликс открывать не спешил. Секунда – и в руке Софьи появился ключ; щелкнул замок.

– Ты первый, – сказала Софья.

– С чего это? Мы едва знакомы.

– Иди уже, – поторопила Софья. – Испугался, что ли?

Только боялась как раз Софья. Потому и вызвала. Усталость и головная боль сделали свое дело: плюнув на предосторожности, Вик шагнул в Феликсову обитель.

Выяснилось, что обитель пуста. На стене в гимнастическом зале вровень с головой зияла вмятина, точно кувалдой врезали. Раньше ее не было.

Софья устроила в квартире форменный обыск. Закончив с одной комнатой, направилась в другую. Вик смотрел, как Софья вытаскивает ящик за ящиком‚ и думал про расстройство виндиго. Занятная была экскурсия. Вик и сам бы на такую сходил.

Софья сдалась и села на пол.

– Может, объяснишь, что случилось? – спросил Вик, не рассчитывая на успех.

– Феликс пропал. Мобильник не берет, на работе не появлялся. Разве что… – Софья внимательно посмотрела на Вика. – Не сходишь кое-куда?

– С удовольствием. Домой, например.

– Да подожди ты. Мне в секции нельзя появляться, а тебя никто не знает. Задашь пару вопросов‚ и все.

Во взгляде Софьи мелькнула такая печаль, что Вику сделалось не по себе. Аж мурашки по коже. Наверно, у кабинета Пиковского Софья сидела не просто так. И какие у нее могут быть дела с этим Феликсом? Впрочем, известно какие. А он, Вик, должен бегать по городу и выполнять дурацкие поручения.

– Запоминай адрес, – сказала Софья.

Вик слушал исключительно ради любопытства, ехать никуда не собирался. К тому же посылала его Софья в боксерский клуб. Вот уж спасибо. Мало его бесплатно колотят?

– Да ты пойми, – взмолилась Софья. – Заниматься не обязательно!

– Найдется твой Феликс, – перебил Вик. – Не маленький уже.

Он в самом деле хотел ретироваться, когда взгляд привлек знакомый предмет. Софья выпотрошила несколько ящиков комода, и среди разного барахла Вик заметил брелок с гравировкой «MaDS». А еще были ручки и значки с символикой Магазинчика психических расстройств.

– Знаешь что-нибудь про MaDS? – спросил Вик.

– А? – В глазах Софьи Вик снова заметил выражение безмерной тоски.

Про MaDS Софья не слышала. И дался ей этот Феликс! Правда, он, похоже, не раз бывал в магазинчике и способен развеять нелепые подозрения, обуревавшие Вика. Рано или поздно Феликс объявится, а Вик, исполнив просьбу Софьи, уж как-нибудь сумеет перекинуться с ним парой слов. А иначе пропадет ниточка.

– Ладно, схожу, – буркнул Вик.

– Найди Макса, это Феликсов друг, – затараторила Софья, словно боясь, что Вик передумает. – Он знает, где этого урода черти носят. Скажи, я волнуюсь.

– А позвонить никак?

– Думаешь, я совсем тупая?

– Значит, найти Макса, спросить, где Феликс, и все? – уточнил Вик, который в самом деле начал жалеть, что согласился.

Софья испытывающе взглянула на Вика.

– И все, – наконец сказала она.

* * *

Домой Вик возвращался автобусом, да еще с пересадками. Софья осталась ждать Феликса в разгромленной квартире. Было почти восемь, ма наверняка беспокоилась, хоть он и предупреждал, что придет сегодня позже обычного. Лучше не оставлять ее одну, только выбора не было.

Дальше по тротуару малышня обступила высокого человека. Он собирался уходить, а дети его не пускали. Заметив Вика, человек приподнял шляпу и вроде как поклонился; малышня загалдела сильнее. Вик решил посмотреть, что стряслось. Наверно, он попросту не хочет идти домой, вот и придумывает отговорки. Потому и к Феликсу поехал, и на работе хотел задержаться. И на завтра дело нашел – клуб этот боксерский.

А самое худшее, заботили его вовсе не псы, что сейчас караулят на лестнице: Вик успел заметить, как в огромном окне мелькнули тени, а еще он будто расслышал визгливый смех, правда, это скорее фантазия разыгралась, слишком уж далеко стояла рыжая громадина, некогда принадлежавшая тайному советнику Петрушинскому.

Дети, обступившие мужчину, притихли. Подойдя ближе, Вик заметил деревянный чемодан с железными замками.

– Что здесь происходит? – спросил Вик.

– Распродажа, юноша, – сказал высокий человек с деревянным чемоданом. – Не желаете купить вондер по сходной цене?

Наверно, это и был торговец воображаемыми друзьями, про которого говорила Анна. Шея торговца была распухшей, словно он наглотался стеклянных трубок; несколько разбилось, и, когда торговец говорил, было слышно, как они хрустят.

– Не верьте тем, кто скажет, будто дружбу не купишь! Конечно, если только у вас нет денег.

Малышня захихикала. Дети заключили Вика и торговца в кольцо.

– Каждый ребенок мечтает о настоящем друге, – сказал высокий человек с распухшим горлом.

– Я не ребенок, – резко ответил Вик. – И друзья, которых вы продаете, – ненастоящие.

– О, ты в самом деле так думаешь?

Дети хихикали, прикрывая рты исцарапанными ладошками.

– Что тут у вас? – не выдержал Вик.

Он шагнул к чемодану, но сразу три мальчика преградили дорогу.

– Я же сказал, сейчас время распродажи. – Торговец щелкнул замками чемодана; тот распахнулся, и на тротуар посыпались мягкие игрушки, неестественно яркие в серой пыли.

Дети засмеялись громче. Он слышал их смех, пока не свернул на дорожку, ведущую к дому. Поднимаясь ступенями крыльца, Вик заметил улитку на водосточной трубе. Панцирь закручен по часовой стрелке, значит, не голубых кровей.

– Соро-соро, – пробормотал Вик. – Доползешь до чердака, может‚ и коронуют.

Он изучил доску объявлений, но не сумел прочесть ни одного: взгляд впустую скользил по строчкам, выхватывая отдельные слова, но их смысл оставался недоступным: Вик снова тянул время.

Он рассудил, что лучше избежать встречи с псами‚ и направился к лестнице, служившей для Анны рыболовными угодьями. Ни крючка, ни приманки сегодня не было. Как и самой Анны – только пара камешков на перилах.

Псы устроили засаду между вторым и третьим этажами, когда Вик было решил, что обвел мистеров вокруг пальца. Двое подкрадывались снизу, третий притаился за мусоропроводом. Вик заметил долговязую фигуру – корчившегося от смеха мистера Синего; к своей роли тот отнесся весьма наплевательски.

Зато два других пса не подвели. Рыжий взял шею Вика в захват, а мистер Блондин врезал в живот, словно отрабатывал удары на боксерском мешке.

Синий, посмеиваясь, вышел из укрытия. В руке он держал стеклянную банку, на дне которой извивалась и копошилась черная масса. Лестница была залита желтым электрическим светом, и Вик видел все необыкновенно отчетливо. Вот мистер Синий отвинчивает железную крышку, морщась, достает из банки сороконожку и говорит Блондину, чтобы тот открыл Вику рот. Сороконожка тщетно пыталась удрать; от ее головы и тела тянулись длинные тонкие волоски.

Мистер Блондин зажал Вику нос, мистер Синий подошел ближе; в его банке полным-полно червей и пауков.

– Да разожми ты этой суке рот, – лениво сказал мистер Синий, и цепкие пальцы Блондина, оставив нос в покое, сомкнулись на подбородке.

Извернувшись, Вик укусил мистера за палец – аж на зубах хрустнуло.

Блондин заверещал и вмазал Вику по лицу. Синего вновь одолел приступ неудержимого хохота. Мистер Блондин тряс ладонью, разбрызгивая кровь, а Рыжий будто пытался задушить Вика, сжимая шею не хуже медвежьего капкана.

– Вы что делаете?!

Вопли Блондина и хохот Синего привлекли внимание жильцов: по лестнице спускалась Галина Семёновна Зеллер. Капкан тотчас разжал пасть. Псы один за другим сбежали вниз по ступеням, крича и улюлюкая. Банка разбилась, пауки с тараканами оказались на свободе, не преминув ею воспользоваться, и только черви с личинками неподвижно лежали среди земли и битого стекла.

Зеллер говорила что-то о «хулиганах, по которым давно колония плачет», но Вик ее едва слышал. Во рту был мерзкий привкус крови, текшей из разбитой губы, и Вик подумал, что кровь мистера Рыжего могла внести свои нотки в этот «букет». А если мистер