сердце, Вик нацепил улыбку, сказал Клошевой: «Добро пожаловать», и они отправились в отдел с галлюцинациями.

Вик полагал, Клошевая снова начнет тянуть деньги‚ и твердо вознамерился не уступать ни копейки. К его удивлению, Клошевая извлекла из сумочки целый мешок червонцев, но – вот досада – прорези для монет и даже отделение для купюр на всех аппаратах были забиты липкой серой дрянью.

– Наверное, дети безобразничают, – пробормотала Клошевая, пряча улыбку.

«Ну хоть не придется тратить время на клиентку, которая все равно ничего не купит», – подумал Вик и сказал:

– В таком случае приходите как-нибудь в другой раз, – и уже был готов откланяться, но Клошевая цепко схватила его за воротник рубашки.

– Разве я виновата в проделках ненавистных детей?

Серые пальцы с узловатыми суставами оказались совсем близко. Вик ощутил запах грязи, гнили и чего-то еще, тошнотворно-сладкого, в чем были перепачканы пальцы Клошевой.

– Извольте обслужить покупателя.

– С удовольствием, – сказал Вик, стараясь подавить отвращение. – Что берете?

Клошевая оставила воротник в покое и улыбнулась. Наверняка к ткани рубашки прилипли частицы той гадости, которой Клошевая испортила монетоприемник.

– Для начала следует оценить товар.

– Не получится, ведь…

– У продавца должен быть универсальный ключ, – перебила Клошевая. – И монеты ни к чему.

Вик спорить не стал: сейчас он отправится к имитатору, попросит ключ, получит отказ, а Клошевая может обратиться в БЮРО ЖАЛОБ И ПРЕТЕНЗИЙ. Занятно будет посмотреть.

Вик сообщил план Клошевой – без подробностей – и с удовольствием отметил, что она следует за ним, по-прежнему сжимая пакет с мелочью, как доказательство самых что ни на есть честных намерений.

У киоска стоял тип в длинном желтом пальто – и это в такую жару! – безостановочно кланялся и подхихикивал:

– Премного уважаемая тетушка, такой день, такой день, счастлив поздравить, не сочтите за дерзость, примите подарочек, соблаговолите, так сказать, быть любезной, сделайте одолжение…

В руке незнакомец держал коробку леденцов монпансье. Цветочный узор изрядно поблек, тут и там виднелись царапины. В такой жестянке обычно хранят нитки с иголками, пуговицы и прочую мелочевку. Или камешки с дырками и ключи – для рыбалки.

На дряблых щеках субъекта лежал слой пудры; когда человек мелко затряс головой, пудра стала осыпаться на воротник.

Человек положил коробку на прилавок и проворно отскочил, словно опасаясь взрыва. Вытащил из кармана жестянку поменьше, отвинтил крышку и высыпал часть содержимого – порошка желтоватого цвета – себе в рот; пожевал, отчего на карминно-алых губах появилась слюна, тягучая и прозрачная, будто жидкое стекло.

– Спасибо, – сдержанно поблагодарила тетушка Флопс.

Забирать подарок имитатор не спешил.

Субъект начал пятиться, неустанно кланяясь и приговаривая:

– Главное – не заболеть, главное – не заболеть, а то лечись потом, микстур не напасешься.

Скосив глаза на Вика‚ субъект вдруг выпрямился и провозгласил на весь магазин, словно открывая страшную тайну:

– Чтение – лучшее из удовольствий!

И тоненько засмеялся. Похоже, сумасшедший. Или нет. Сразу и не разберешь – нормальный человек говорит про безумные вещи или безумный про нормальные.

– Ну, чего же вы, – кольнула Вика пальцем Клошевая. – Наш черед.

Вик постучал в окошко кассы – какая к черту разница?

– Семён Яковлевич? Вы не могли бы…

– Дедушка занят, – тотчас ответила Эдли. – Подождите немного. Или, может, я смогу помочь?

– Мне бы универсальный ключ для отдела галлюцинаций, – громко и отчетливо сказал Вик – пусть Клошевая знает: он честно пытался.

К его удивлению‚ окошко открылось, и рука в перчатке протянула ключ.

– Держите, только не потеряйте, – зашептала Эдли. – Дедушка заругается, но это пускай, вы, главное, не забудьте о просьбе, хорошо?

Раздосадованный Вик взял ключ, и Клошевая довольно улыбнулась. Тем временем к киоску подошел новый клиент – обезьяноподобный тип в зеленом пиджаке. Тип скалился, растянув губы в широченной улыбке; крупные желтые зубы блестели в свете ламп, словно фарфоровые.

Вооруженный ключом, Вик поплелся обратно в отдел галлюцинаций, прекрасно понимая, что проведет там целый день. Подаривший коробку монпансье незнакомец продолжал бормотать, то и дело озираясь – наверно, боялся ненароком подхватить воображаемого друга. Не успела за ним закрыться дверь, колокольчик звякнул, известив о новом посетителе. Потом еще и еще. По всему выходило, покупателей сегодня будет много. Впрочем, может‚ это и не клиенты вовсе, а приятели имитатора спешат поздравить «тетушку Флопс» с днем рождения?

– Долго вас ждать? – напомнила о себе Клошевая и вновь ткнула Вика под ребра.

– С чего начнем? – спросил Вик наигранно весело.

Начали с «Киномодулятора галлюцинаций», до которого вчера дело не дошло. Клошевая пересмотрела три комплекта слайдов, но всякий раз находила‚ к чему придраться. От зрительных галлюцинаций перешли к слуховым – Клошевая поставила пластинку «Вой ветра в печной трубе в старом доме у озера». Клошевая воспользовалась наушниками – скорее всего‚ из жадности, в отдел заглядывали любопытные. Впрочем, Вик не возражал.

Пока Клошевая ставила на «Мозгоограф» одну пластинку за другой, Вик прислушивался, что творится у «Автомата с дополнительными личностями». Его оккупировала целая компания. Молодые люди много смеялись‚ и вообще было похоже, что без покупки не уйдут. Одна девушка хотела дополнительную личность, чтобы та училась и работала за нее; вторая собиралась поступить схожим образом, только вдобавок наградить личность психопатией и нарциссизмом – карьера сразу пойдет в гору. Некий молодой человек с удовольствием бы прикупил «навязчивое математическое зрение» – хотел стать гениальным математиком, Вик даже не знал, что оно есть в продаже. Наконец-то нормальные посетители.

А колокольчик звенел и звенел.

– Простите, – тронул Вика за рукав парень с зелеными волосами. – А когда починят «Автомат по подбору безумного смеха»?

– В ближайшее время, – ответил Вик и предложил клиенту обонятельную галлюцинацию, ту, от которой вчера было не оттащить Клошевую – «Лиловый пряный бархат».

Зеленоволосый «Бархат» отверг, зато взял «Разложение», и Вик сопроводил покупателя на кассу. Когда вернулся, в отделе образовалась небольшая очередь. Клошевая не хотела делиться «Мозгоографом» и страшно ругалась. Вик кое-как ее утихомирил, а то дело могло кончиться дракой. Чтобы не потерять клиентов, он предложил всем желающим воспользоваться «Киномодулятором» или подобрать обонятельную, а то и висцеральную галлюцинацию. Предложение было принято с восторгом, и Клошевую с ее пластинками оставили в покое.

Не прошло и часа, а Вик уже оформил шесть продаж и был весьма этим горд. Кроме галлюцинаций‚ он продал синдром Туретта, два аутизма и шизофрению, а еще понял, в чем секрет наплыва покупателей: некто сфотографировал плакат, рекламировавший товары магазинчика, и опубликовал в закрытой группе в «Телеграме».

Посчитав, что по адресу размещена выставка современного искусства, пришли два художника и один писатель. Вик попытался всучить им что-нибудь, но столько денег у господ интеллектуалов не нашлось.

Вик привел к Эдли очередного покупателя – синдром Коро, – когда явился посланец от Горина. Вик было решил, что это еще один клиент, уж больно его обхаживал Семён Яковлевич, но покупать мужчина ничего и не думал. Был он высоким, носил ладно скроенный серый костюм и до того был широк в плечах, что рядом с ним худосочный Вик наверняка смотрелся тенью от вешалки.

Человек в сером презентовал Флопс букет цветов и подарочную карту ювелирного магазина. Вик успел рассмотреть сумму – хватило бы на пару воображаемых друзей и первый ипотечный взнос за горинский вондер. Имитатор рассыпался в благодарностях. Впрочем, было за что. После человек в сером вытащил из кармана конверт и сказал:

– На имя Виктора Надсона, велено передать лично.

Услышав этакое, имитатор умолк, оборвав сам себя на полуслове. Горинский посланец взглянул на Вика, безошибочно определив адресата‚ и протянул конверт. Вик взял письмо, и вновь у него появилось чувство, будто от него чего-то ждут.

– Э-э-э‚ спасибо, – на всякий случай сказал он.

Человек в сером едва заметно поклонился, мол, не стоит благодарности, однако вид сохранил самый что ни на есть деловой.

– Спасибо, – еще раз произнес Вик.

– Прочти уже письмо, бестолочь, – шепотом проскрежетал Семён Яковлевич – как это у имитатора только вышло?

Конверт не был запечатан‚ и Вик без труда извлек сложенный