устарела — поддержка пехоты вместо самостоятельных операций.

Люди: — Катуков — перспективный, думает правильно. Поддержать. — Романов — исполнитель, не более. — Нужны командиры, способные действовать самостоятельно.

Задачи: — Остановить производство Т-35. Перенаправить ресурсы. — Ускорить разработку новых танков (Т-34, КВ — кто этим занимается?). — Наладить радиосвязь — каждый танк должен иметь рацию. — Изучить немецкую тактику. Разведка, переводы, аналитика. — Защитить молодых командиров от репрессий.'

Он закрыл блокнот.

Много работы. Слишком много для одного человека. Но он не один — есть Ворошилов, есть молодые командиры вроде Катукова. Нужно строить команду, искать союзников.

И — учиться. Он не танкист, не генерал. Его знания — из книг и фильмов. Нужно слушать тех, кто разбирается. Задавать вопросы, а не давать ответы.

Пока — только смотреть.

Вечером на даче — ужин, потом работа с документами. Сергей искал информацию о новых танках.

Нашёл докладную записку из Харьковского завода. Конструктор Кошкин предлагал проект нового среднего танка — с противоснарядным бронированием и дизельным двигателем. Проект назывался А-20.

Прототип Т-34. Машина, которая изменит ход войны.

Сергей читал внимательно. Кошкин писал о проблемах — нехватка средств, скептицизм начальства, бюрократические проволочки. Просил поддержки.

Записка была датирована мартом тридцать шестого. Четыре месяца назад. Что с ней стало? Дошла до кого-нибудь? Или затерялась в бумагах?

Он позвонил Поскрёбышеву:

— Найди мне всё по Харьковскому заводу. Конструктор Кошкин, проект А-20. Хочу знать, на какой стадии работа.

— Сделаю, товарищ Сталин.

Первый шаг. Маленький, но конкретный.

Т-34 появится — с его помощью или без. Но если помочь Кошкину сейчас — появится раньше. И, может быть, их будет больше к сорок первому.

Только вопрос насколько много детских болезней словит машина опережающая время.

Глава 13

Добровольцы

Первые новости из Испании пришли в середине августа — обрывочные, противоречивые, тревожные.

Республиканцы держались, но с трудом. Мятежники наступали на юге, рвались к Мадриду. Немецкие самолёты бомбили города, итальянские «добровольцы» высаживались в портах. Европа делала вид, что ничего не происходит.

Сергей читал сводки каждое утро — Поскрёбышев приносил их вместе с остальной почтой. Сухие строчки разведдонесений, газетные вырезки, шифровки от советских представителей в Мадриде.

«…Положение республиканцев критическое. Армия деморализована. Офицерский корпус ненадёжен — часть перешла к мятежникам. Народная милиция храбра, но необучена. Срочно нужна помощь».

Помощь шла. Первые корабли с техникой вышли из черноморских портов в конце июля — танки, самолёты, боеприпасы. Официально — «коммерческие грузы». Неофициально — всё знали, куда и зачем.

С самолётами вышло не совсем так, как планировал Сергей. Он хотел отправить только И-15 — надёжные бипланы, проверенные временем. Если попадут к врагу — невелика потеря, секретов в них немного.

Но республиканцы требовали большего. Их представитель — нервный человек в мятом костюме — буквально умолял на встрече в Наркомате обороны:

— Товарищи, немцы присылают Франко новейшие машины! Наши устаревшие «бреге» и «ньюпоры» — как мухи против ястребов! Дайте нам современные истребители, иначе — конец!

Ворошилов смотрел на Сергея, ждал решения.

Сергей думал три дня. Взвешивал риски.

И-16 — лучшее, что было у советских ВВС. Отправить их в Испанию — значит рисковать. Немцы могут захватить машину, изучить, скопировать. Или — найти слабые места, разработать контрмеры.

Но если не отправить — республиканцы проиграют воздушную войну. А вместе с ней — и всё остальное.

В конце концов он согласился на компромисс. Основа поставок — И-15. Но небольшая партия И-16 — для самых опытных пилотов, для решающих боёв. Не разбрасываться, использовать точечно.

Ворошилов кивнул, записал. Через неделю первые И-16 погрузили на корабль в Одессе.

Люди отправились следом. Двести человек первой партии — танкисты, лётчики, инструкторы. Ехали под чужими именами, с паспортами несуществующих стран. «Мексиканцы», «аргентинцы», «канадцы».

Сергей провожал их лично — тот приём в Наркомате обороны. Смотрел в молодые лица, говорил правильные слова. «Учиться, выживать, возвращаться».

Теперь они были там. В чужой стране, на чужой войне.

И он ждал новостей.

Двадцать девятого августа пришла первая подробная сводка от военных советников.

Сергей читал её в кабинете, один. Ворошилов и Молотов получат копии позже — сначала он хотел понять сам.

'Прибыли благополучно. Техника разгружена, личный состав размещён. Начали работу с республиканскими частями.

Общая оценка: положение тяжёлое, но не безнадёжное. Республиканцы имеют численное превосходство, но уступают в организации и подготовке. Мятежники действуют слаженнее, имеют боевой опыт (Марокко, колониальные войны).

Наша техника произвела впечатление. Танки Т-26 превосходят всё, что есть у противника. Самолёты И-15 не уступают немецким «Хейнкелям», а И-16 — значительно превосходят. Проблема — в экипажах. Республиканские танкисты и лётчики обучены слабо, требуется время на подготовку.

Немецкое присутствие: подтверждено участие легиона «Кондор». Самолёты — Хе-51, Ю-52. Пилоты опытные, действуют дерзко. Собираем данные о тактике.

Потери: пока нет. Но бои впереди'.

Сергей отложил сводку. Потери — пока нет. Ключевое слово — пока.

Он знал, что потери будут. Знал по своему опыту — война не бывает без крови. Вопрос только в цене.

В начале сентября — первые бои с участием советских танкистов.

Сводки стали подробнее, живее. За сухими строчками проступала война — настоящая, грязная, страшная.

'Разведка боем у Толедо. 4 сентября. Наши танки (Т-26, 8 машин) поддержали атаку республиканской пехоты. Успех — продвижение на 2 км, захвачены трофеи. Потери — 1 танк повреждён, эвакуирован. Экипаж цел.

Оценка: танки показали себя хорошо. Броня держит пулемёты и осколки. Пехота — слабое звено. Отстаёт, теряет связь с танками. Нужна подготовка'.

Первые бои — первые уроки. Сергей читал, запоминал, делал выводы.

К концу сентября сводки стали тревожнее.

'Бой у Сесеньи. 29 октября. Наши танки (Т-26, 15 машин) атаковали позиции мятежников. Успех — противник отброшен на 5 км, захвачены трофеи. Потери — 3 танка подбиты, 1 сгорел. Экипажи: 2 убитых, 5 раненых.

Оценка: танки показали себя хорошо. Броня держит пулемёты и осколки. Проблема — противотанковые пушки. Немецкие 37-мм орудия пробивают Т-26 с 400–500 метров. Нужна новая тактика — не лезть под огонь ПТО'.

Два убитых. Первые советские потери в Испании.

Сергей смотрел на эти слова и думал о лицах — тех, что видел на приёме. Молодые ребята, комсомольцы. Кто из них? Имена в сводке не назывались — секретность.

Он позвонил Ворошилову:

— Клим, по Испании. Хочу знать имена погибших. И обстоятельства — подробно.

— Зачем, Коба?

— Хочу понять, что пошло не так. Учиться на ошибках.

Пауза.

— Сделаю.

В воздухе дела