'Воздушный бой над Мадридом. 15 октября. Наши И-15 (6 машин) перехватили группу немецких бомбардировщиков Ю-52 под прикрытием истребителей Хе-51. Результат: сбито 2 бомбардировщика, 1 истребитель. Наши потери — 0.

Оценка: И-15 показал отличную манёвренность. В ближнем бою — превосходит Хе-51. Пилоты противника опытны, но техника уступает'.

Сергей читал с удовлетворением. Воздушная война — пока в нашу пользу.

Но уже в ноябре тон сводок изменился.

'Воздушный бой над Мадридом. 13 ноября. Наши И-16 (4 машины) встретили группу немецких истребителей нового типа. По нашим данным — Мессершмитт Bf-109. Результат: 1 немецкий самолёт повреждён, ушёл со снижением. Наши потери — 1 И-16 сбит, пилот погиб.

Оценка: Bf-109 — серьёзный противник. Скорость выше, чем у И-16. Вооружение мощнее. Вертикальный манёвр — лучше. В горизонтальном бою наши машины ещё держатся, но противник навязывает свою тактику — бьёт сверху и уходит. Нужны контрмеры'.

Мессершмитт. Сергей знал это название. Самолёт, который будет господствовать в небе в сорок первом. «Мессер», «худой» — так его назовут советские лётчики. И будут бояться.

А вот он появился. Пока — единичные экземпляры, немцы испытывают в боевых условиях. К сорок первому их будут тысячи.

Сергей сделал пометку: «Срочно — данные по Bf-109. Всё, что удастся достать».

К ноябрю сводки приходили ежедневно. Бои под Мадридом, оборона столицы, контратаки. Советские танки и самолёты были везде — без них республиканцы не продержались бы и недели.

Но потери росли. Каждую неделю — новые имена, новые «безвозвратные потери».

Сергей завёл отдельную тетрадь — список погибших. Имена, звания, обстоятельства гибели. Он не знал, зачем это делает. Может, чтобы не забыть. Может, чтобы помнить цену.

«Лейтенант Быстров А. Н. — сгорел в танке, прямое попадание ПТО. Старший лейтенант Серов В. П. — сбит в воздушном бою, самолёт упал за линией фронта. Капитан Осадчий И. М. — погиб при бомбёжке аэродрома. Сержант Климов Д. Ф. — пропал без вести, предположительно плен».

Каждое имя — человек. Семья, друзья, несбывшееся будущее.

Он обещал им: «Учиться, выживать, возвращаться». Не все выполнили приказ. Не по своей вине.

В середине ноября Сергей вызвал Ворошилова на доклад. Разговор был тяжёлым.

— Потери растут, Клим. Почему?

Ворошилов развёл руками:

— Война, Коба. На войне гибнут.

— Гибнут — да. Но почему так много? Я просил — учить, а не бросать в мясорубку.

— Мы учим. Но республиканцы требуют помощи здесь и сейчас. Мадрид осаждён, каждый танк на счету. Не можем отсиживаться в тылу, пока они истекают кровью.

Сергей молчал. Ворошилов был прав — и не прав одновременно. Политика требовала одного, здравый смысл — другого.

— Что говорят выжившие? — спросил он. — Какие уроки?

Ворошилов достал папку:

— Вот отчёт от Павлова. Он там командует танковой группой.

Павлов. Тот самый капитан с приёма. Жив, командует. Уже хорошо.

Сергей взял отчёт, начал читать.

Павлов писал сухо, по-военному, но за строчками чувствовался боевой опыт.

'Главная проблема — взаимодействие с пехотой. Республиканская пехота необучена, в бою отстаёт от танков или вообще не идёт вперёд. Танки оказываются одни среди противника, без поддержки. Результат — потери.

Вторая проблема — противотанковая артиллерия. Немцы быстро поняли, как бороться с нашими танками. Выставляют ПТО на вероятных направлениях атаки, бьют из засад. Нужна разведка, нужно подавление огневых точек до атаки.

Третья проблема — связь. Рации есть не во всех машинах. Командир не может управлять боем, каждый экипаж действует сам по себе. Нужны рации в каждый танк.

Четвёртая проблема — ремонт. Эвакуация подбитых машин не налажена. Танк, который можно починить за день, бросаем, потому что нет тягачей и мастерских.

Рекомендации:

Не бросать танки в бой без разведки и подготовки. Обеспечить взаимодействие с пехотой и артиллерией. Рации — в каждую машину. Создать ремонтные подразделения. Учить экипажи тактике, а не только вождению'.

Сергей дочитал, положил на стол.

— Толковый командир, этот Павлов.

— Один из лучших, — согласился Ворошилов. — Его там уважают.

— Когда вернётся?

— Планируем ротацию весной. Первая группа отработает полгода, потом — замена.

— Хорошо. Когда вернётся — хочу видеть лично. И не только его — всех, кто был в боях. Пусть расскажут, пусть научат других.

— Сделаем.

Отдельная сводка пришла по авиации — от командира истребительной группы.

'Наши И-15 показали себя отлично в ближнем бою. Манёвренность — выше, чем у Хе-51. Пилоты уверены в машинах, дерутся охотно.

И-16 — сложнее. Машина быстрая, но строгая. Требует опыта. Молодые пилоты справляются с трудом, были аварии на посадке. Рекомендация: И-16 — только для опытных лётчиков.

Главная проблема — Bf-109. Немцы привезли новые машины, пока немного — 5–6 штук. Но они меняют расклад. В вертикальном манёвре — превосходят и И-15, и И-16. Тактика — удар сверху, быстрый уход на высоту. Наши не успевают реагировать.

Рекомендация: срочно изучить Bf-109. Нужны данные о характеристиках, слабых местах. Иначе — потеряем господство в воздухе'.

Сергей отложил сводку. Вот оно — будущее. Bf-109 против И-16. Репетиция того, что ждёт в сорок первом.

И пока — немцы впереди.

В конце ноября — ещё одна сводка, на этот раз от лётчиков.

'Воздушные бои над Мадридом. Наши И-15 и И-16 против немецких Хе-51 и Bf-109. Результат — превосходство на нашей стороне, но с оговорками.

И-15 в бою с Хе-51 — побеждает. Более манёвренный, пилоты увереннее.

И-16 в бою с Хе-51 — побеждает. Быстрее, мощнее вооружён.

Но против Bf-109 — картина другая. И-15 уступает по всем параметрам, может только уклоняться. И-16 — примерно равен в горизонтали, но уступает в вертикали.

Тактика немцев: Bf-109 набирает высоту, пикирует на наши машины, бьёт и уходит. Наши не успевают догнать. Классический «бум-зум».

Потери за ноябрь: 8 самолётов, 6 лётчиков погибли. В основном — от зенитного огня, аварий и в столкновениях с Bf-109. В боях с Хе-51 потери минимальны.

Рекомендация: срочно изучить Bf-109. Если немцы запустят его в серию — наше превосходство в воздухе закончится'.

Мессершмитт. Снова и снова — Мессершмитт.

Сергей достал из папки листок, написал:

«Поликарпову — срочно. Нужен новый истребитель, способный противостоять Bf-109. Скорость, вооружение, вертикальный манёвр. Жду предложений».

Записка ляжет на стол Поликарпова завтра. Может, через год она превратится в чертежи. А чертежи — в самолёт.

Декабрь принёс новые потери — и новые уроки.

Сергей читал каждый отчёт, каждую сводку. Не пропускал ни одного имени, ни одной детали. Война в Испании была далеко, но её