Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– На что смотришь? – язвительно бросила я.
Алессио покачал головой, словно пытаясь прогнать какие-то мысли. Я воспользовалась задержкой и быстро окинула его взглядом. Мое внимание невольно привлекла заметная выпуклость на его брюках.
«По крайней мере, не я одна испытываю странную, пугающую химию между нами!» – горько усмехнулась я про себя.
– Нравится, что видишь? – протянул Алессио, нахально ухмыляясь. – Может, хочешь помочь с этим?
Его ядовитый, циничный комментарий обжег меня, как кислота.
– Не смеши меня, – прошипела я, сверля его ненавистным взглядом. – Думаешь, я хочу прикасаться к тебе? Ты отвратителен.
Алессио рассмеялся низким, хриплым смехом.
– О, я знаю, что ужасен. Ты даже не представляешь – насколько. Но ты не можешь отрицать, что чувствуешь химию между нами. Я еще помню, как ты дрожала в душе, как жадно отвечала на мои поцелуи.
– Ты мне противен, Алессио! – выплюнула я, сжимая руки. – Это ничего не значит!
Его глаза сверкнули, и Ал шагнул ко мне, нависая надо мной своим внушительным телом.
– Ну-ну, не будь такой холодной, куколка, – прошептал он, и я ощутила на коже его горячее тяжелое дыхание. – Я знаю, что под маской ледышки, которой ты хочешь казаться, скрывается пылающий огонь страсти. Рано или поздно ты придешь ко мне, умоляя утолить наше взаимное желание.
Я фыркнула, раздраженно сложив руки на груди.
– Ты ошибаешься! Я не хочу тебя, только мечтаю поскорее убраться отсюда подальше. И не называй меня куколкой! Мы не в детском саду, да и ты не Кен.
Алессио снова рассмеялся, его глаза сверкнули опасным предвкушением.
– Вот в чем вся прелесть! Ты не хочешь, но твое тело предает тебя.
Я сжала челюсти, сдерживая рвущиеся наружу проклятия. Его самодовольство и уверенность в собственной власти надо мной бесили до дрожи. Но в глубине души я знала, что он прав. Темное, греховное притяжение между нами неизбежно.
– И я буду не против, если ты опустишься на колени, как хорошая девочка, и откроешь свой дерзкий ротик, – продолжил Алессио, провокационно проведя рукой по своему телу. – Тебе даже не придется прикасаться ко мне, я сам все сделаю и оплачу тебе той же монетой.
Меня передернуло от его омерзительного цинизма. Подняв руку, я показала ему кулак, а затем раскрыла пальцы и сделала резкое недвусмысленное движение вверх-вниз в воздухе.
– Думаю, дальше сам разберешься! – процедила я сквозь стиснутые зубы. Развернувшись, бросилась прочь, пытаясь убежать от него и от его власти надо мной.
Лучше уж вернуться в клетку, чем оставаться с ним наедине. По крайней мере, там я чувствовала себя в относительной безопасности.
Алессио рассмеялся мне в спину, и его смех был похож на раскаты грома.
– Не будь такой гордой, любимая. Рано или поздно ты все равно придешь ко мне. И когда это случится, я возьму тебя так, как ты даже представить себе не можешь.
Кто-то мог бы сказать, что лучше воспользоваться шансом и попытаться сбежать. Но давайте будем серьезными. У этого рогатого дьявола наверняка полно охраны, как и вокруг проклятого дома. Я выросла в мафии и знала, что Алессио далеко не глуп. Нет, лучше найти другой способ. Например, поиграть на его похоти ко мне и попытаться взять ситуацию под контроль. Но только на своих условиях.
Глава 12. Алессио
Я стоял, облокотившись на стену, и наблюдал как эта стройная ведьмочка стремительно удаляется прочь и скрывается за углом. Губы растянулись в хищном оскале, обнажая идеально ровные белые зубы. Я чувствовал, как внутри меня разгорается знакомая жажда – обладать, подчинять, ломать. Словно древний зов крови, что течет в моих венах, пробуждался, призывая к действию.
«С коготками кошечка. И чертовски горячая, – пронеслось в голове, наполняя каждую клетку тела азартом. – И как же приятно ее разрушать…»
Мысль о том, чтобы сломить ее строптивый нрав, заставила кровь быстрее бежать по жилам. Но под слоем похоти и жажды обладания шевельнулось что-то темное и болезненное – призрак той, что когда-то смогла заставить мое сердце, которое я похоронил под тоннами грязи и чужой крови, заперев на миллион замков, биться чаще. Единственная, кого я мог бы…
Я тряхнул головой, прогоняя наваждение. Бесполезно. Прошлое мертво, как и она. Остался лишь туманный фантом, который мучает меня по ночам.
Сжав руки, я отвернулся и пошел в кабинет. Пора заняться делами, требующими моего внимания: помочь брату и защитить его на встрече с врагами из Каморры.
Доменико решил заключить перемирие с семьей де Лука. Глупость, конечно, мир с волками – все равно что кормить их сырым мясом и надеяться, что они наедятся, но кто я такой, чтобы судить? В конце концов, не я, а он глава Коза Ностра. Мое дело – не рассуждать, а действовать. Защищать семью и уничтожать врагов и предателей.
Мой взгляд упал на снайперскую винтовку – произведение искусства, идеальное сочетание красоты и смертоносной силы. Я провел рукой по гладкому металлу, ощущая, как возбуждение растекается по телу. Надо выдвигаться.
– Перемирие, возможно, это хорошо, – усмехнулся я, убирая оружие в сумку. – Но лишняя пара глаз, тем более смотрящих сквозь прицел, никогда не помешает.
Позаботившись о том, чтобы моя «постоялица» больше не разгуливала по дому, я отправился в путь.
Спустя сорок минут я прибыл на место – заброшенный склад на окраине города. Воздух был пропитан сыростью и застарелым страхом, словно стены хранили в себе отголоски чужих страданий. Идеальное место для встречи, которая могла закончиться чьей-то смертью.
Я крайне редко был рядом с Доменико, предпочитая оставаться в тени. Быть серым кардиналом, правой рукой, его невидимым палачом, готовым вырвать душу из любого, кто посмеет угрожать нам. Поэтому, поднявшись по скрипучим ступеням на второй этаж, я нашел идеальную позицию – темный закуток, скрытый от посторонних глаз, но с прекрасным обзором на все происходящее внизу. Достав из внутреннего кармана пиджака миниатюрный беспроводной наушник, вставил его в ухо и отправил брату короткое сообщение: «На месте».
Ответ пришел незамедлительно: «Подъезжаем».
До появления наших «гостей» оставалось не больше десяти минут, но этого времени было достаточно, чтобы превратить склад в ловушку. Я изучил все углы, потенциальные выходы и уязвимые места, просчитывая траектории. Сегодняшняя встреча сродни танцу на лезвии бритвы: фальшивое движение, неверный взгляд, и все могло закончиться кровавой бойней.
Напряжение нарастало, воздух сгущался, пропитываясь ожиданием и предчувствием опасности. Я был готов ко всему. Ощущения обострились до предела.