— Король Ричард, — осторожно поддакнула я.

— Что ты предлагаешь?

— Я предлагаю не рубить головы сгоряча, — я наклонилась к нему, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Мортон думает, что он в безопасности. Он думает, что я — глупая трактирщица-простушка, что якшалась с пиратами и умеет только варить суп, а ты — слишком занят Народом Льда, да и вообще доверяешь ему целиком и полностью. Давай позволим ему так думать. Мы не пойдем к нему с мечом, Арчибальд. Мы пойдем к нему с пером.

Я подвинула к нему чистый лист пергамента, готовясь выкладывать карты на стол. Монолог Айлы сдвинул мое мировоззрение насчет того, что я никому ничего не должна, но сейчас я желала помочь своему лорду, дать что-то взамен, не потому что должна, а потому что… так правильно. Обогатить род и избавиться от крыс! Все-таки мне скоро становиться леди Орникс, хотелось бы знать, что деньги из семьи к кому попало не уходят.

— Я нашла преступление. Но я не могу написать обвинение. Мой почерк… — я запнулась, чувствуя, как краснею, но сейчас было не до стыда. — В общем, мои каракули не примет ни один суд. Ты должен это сделать.

Лорд посмотрел на перо, потом на меня. Он все понял. Он не стал смеяться или задавать вопросы. Он просто кивнул, принимая мою слабость и превращая ее в нашу общую силу.

— Мы напишем не Мортону, — сказала я, чувствуя, как мозг начинает выстраивать многоходовочку. — Мы напишем Маркусу и пригласим его проверить положение дел более… детально. Вот прям с углублением, стражей и погромами.

— Маркусу? — Арчибальд нахмурился. — Но если Король в доле…

— Если Король в доле, Маркус попытается замять дело. И тогда мы узнаем правду. А если Маркус честный служака, которого просто водили за нос липовыми отчетами… — я хищно улыбнулась. — …то он сам наденет кандалы на твоего приказчика. И никакой «кризис» Мортона не спасет.

Арчибальд смотрел на меня с нескрываемым восхищением, от которого мне захотелось замурлыкать.

— Ты опасная женщина, София Марлоу. Мне страшно подумать, что будет, когда ты действительно станешь Леди Орникс.

— Будет порядок, милорд. И нормальный бухгалтерский учет. А теперь пиши: «Королевскому ревизору Маркусу Элдену… В связи с обнаруженными несоответствиями в поставках продовольствия для гарнизона…».

Перо заскрипело по бумаге, выводя ровные, красивые буквы. Каждая из них была гвоздем в крышку гроба карьеры Мортона.

Я откинулась на спинку стула и посмотрела на пустую кружку кофе. Мы только что объявили войну. Не Народу Льда, не холоду, а чему-то гораздо более страшному — жадности и коррупции.

И почему-то мне казалось, что эта битва будет потяжелее, чем предполагаемая драка с ледяными монстрами.

Глава 14. О том, что я явно опять все испортила

Я наблюдала за тем, как Арчибальд выводил ровные, красивые буквы, что несли в себе очень плохие новости для господина Мортона Крюка. Лорд писал неспешно, обдумывая каждое слово, а меня так и подмывало спросить, что еще он может вытворить этими пальцами… Ну я же леди, в конце-то концов!

Я откинулась на спинку стула, переведя взгляд на пустую кружку из-под кофе. Ну что же мне не сидится на месте? Разобрались с Харроу, хоть и ценой ментального обручального кольца на пальце. Но нет! У нас из моря лезет странный Народ Льда, а я еще и тут на порог войны все поселение вывожу!

Только туда ли мы воюем?.. Сконцентрировались бы на морозных аномалиях, нет, решили еще и вызов коррупции с жадностью бросить… И что-то мне подсказывало, что эта битва будет потяжелее, чем предполагаемая драка с ледяными монстрами.

Арчибальд поставил размашистую подпись, отложил перо и устало потер переносицу.

— Свеча есть? — спросил он глухо.

Я молча пододвинула к нему огарок, который обычно использовала, чтобы спускаться в погреб. Лорд привычным движением капнул горячим воском на сложенный пергамент и с силой впечатал в красную лужицу свой тяжелый перстень с гербом Орниксов.

— Готово, — произнес Арчибальд, глядя на письмо так, словно боялся передумать. — Осталась самая малость. Как доставить это Маркусу так, чтобы Мортон не перехватил послание по дороге?

— Отправь своего гонца, — пожала я плечами, хотя внутри уже зародилось нехорошее предчувствие. — У тебя же в поместье целый штат слуг в красивых ливреях.

— В том-то и дело, Софи, — лорд мрачно усмехнулся. — Хоть деньги на содержание слуг выделяю я, но рассчитывает их Мортон, а также выслушивает их проблемы, заботы… Моя мать с ними не общается, за исключением собственных слуг. А мои… Кто выдает им жалованье из казны? Мортон. Я не могу поручиться, что письмо с моей личной печатью, адресованное Маркусу, не ляжет на стол управляющего раньше, чем королевский приказчик вообще узнает о его существовании. Если в управе сидят его люди, они перехватят весточку еще на подходе…

Я присвистнула. Да уж. Одиночество на вершине власти во всей красе: Лорд-Протектор сидит в собственном городе и не может доверить слугам кусок пергамента. Паранойя? Нет, суровая реальность. А лорд когда-то был уверен, что может доверять своему городу… Как же быстро люди забывают, кто на самом деле «хороший человек», если им про это не напоминать.

Наверно, поэтому все слушали Харроу, ведь он кричал при каждом удобном случае, какой он хороший малый. Люди видели его, слышали, а Арчибальд, что тихо вкладывал в город свои кровные, по итогу оказался в крысиной яме.

— Понятно, — я хлопнула ладонями по столу и решительно поднялась. — Значит, официальная почта отменяется. Переходим на курьерскую доставку премиум-класса.

И словно услышав мои мысли, в дверях показались близнецы. Я не стала спрашивать, где их носило, но вид у них был слишком довольный. Глаза Энзо горели нездоровым энтузиазмом, а Лоренс как-то странно улыбался. За ними в зал вбежал Чак, кидая на стойку пару монет.

Дэниэль, что сидел рядом со мной и внимательно слушал наши взрослые разговоры, мгновенно расплылся в улыбке. Чак подлетел к другу, совершенно не стесняясь лорда.

— Вот и ты! И Энзо с нами! Пойдем играть в карты! На деньги, Энзо сказал, что это лучшая игра, чтобы профукать все золотые, а потом стать пиратами и слоняться по миру!

— Чак! — я всплеснула руками. — Энзо, какого черта?

— Я такого не говорил! — запротестовал он. — Я лишь сказал,