Берт собрался было попытаться убедить ее, что за полтора часа ничего существенно не изменится, но не успел.

– Я схожу с тобой. – Марк откинул набок спадающие на лоб волосы и лениво улыбнулся, утопая в удивленных взглядах. – Не можем же мы бросить птичку в беде. Взаимовыручка, дух Академии, все такое.

У Берта дернулся кадык. С чего вдруг такое невиданное великодушие? Марк обычно и пальцем не двинет просто так, а сейчас его даже никто не просил. Его вообще сюда никто не звал.

– Мне не нужно сопровождение. – Теодора поморщилась, вызвав в Берте неуместное ликование. – Это не так далеко и вряд ли опасно.

Марк пожал плечами и примирительно приподнял ладони. В зеленых глазах мелькнули игривые огоньки, когда он наклонил голову, беззаботно уточняя:

– А что насчет приятной необременительной компании?

От этой его манеры вести диалог непреодолимо хотелось плеваться. Берт закатил глаза, не сомневаясь, что Теодора откажется, но, к его ужасу, она улыбнулась и кивнула.

Что за магия? Почему обаяние этого самолюбивого придурка действует на всех без исключений?

Лора не позволила Берту высказать несогласие. Она улыбнулась и довольно кивнула.

– Отлично. Тогда увидимся после. – Схватив Берта под локоть, она развернулась и потащила его из комнаты.

Берт пытался осмыслить странное поведение Теи, пока они спешно шагали по коридорам, двигаясь к учебному крылу. Только в холле, заполненном учениками, Лора поспешно выпустила его и виновато отшатнулась.

Осознав, что она сейчас уйдет, Берт обернулся и выпалил:

– Слушай, я остался с Теодорой, потому что у нее выдался ужасный день. Я ее во все это втянул. Просто хотел поддержать и остался спать в кресле.

Последняя фраза, неуместная и странная, повисла в воздухе. У Лоры дрогнули реснички, и она порывисто выдохнула. Словно осознав, что позволила эмоциям отразиться на лице, Лора пожала плечами и спокойно протянула:

– Понятно. Но Марк прав. Это не мое дело. Ты не должен отчитываться передо мной.

Прежде чем Берт успел ответить хоть что-то, Лора по-дружески хлопнула его по плечу и бесследно растворилась в потоке учеников. Он еще пытался разглядеть ее белые волосы в толпе, когда мелодичный звонок оповестил о начале занятий.

* * *

Я не думала, что чье-то присутствие может настолько угнетать. Всю дорогу до школы мы провели в полной тишине, но не похоже, что Марка это хоть сколько-нибудь смущает. Он шагает, расслабленно засунув руки в карманы темно-синих джинсов, лениво смотрит по сторонам и скучающе наблюдает за прохожими.

Не то чтобы меня это не устраивает, но в голове возникает все больше вопросов. Зачем он пошел со мной? Почему ничего не спрашивает, не делает бесценные замечания и не убеждает меня в важности занятий в Академии?

За ночь и начало утра у меня сложилось хоть какое-то представление о новых знакомых. Поверхностные ярлыки, навешанные на основании очевидных фактов, но все же. Берт заботливый и внимательный. Лора милая и дружелюбная. Эрик – раздражающий молчаливый придурок с раздутым представлением о собственной важности.

Про Марка же я ничего не могу сказать, кроме того, что Берт и Эрик не питают к нему никаких теплых чувств. Для меня он остается совершенно непонятным и поэтому непредсказуемым.

– Надо же, твой брат учится в частной школе. – Марк впервые подает голос, когда мы минуем высокий кованый забор и движемся по аллее, прячась от солнца в ее тени.

Я плотнее кутаюсь в пальто – Лора умудрилась зашить его так, словно и не было никакой дыры, – и, повернувшись к Марку, киваю.

Обойдя серую хозяйственную постройку, мы поворачиваем несколько раз, огибая вытянутый пятиэтажный корпус, и оказываемся в небольшом дворике-саду. Сюда ведет запасной выход из школы. Несколько черных кованых скамеек пустуют, но, если я правильно подгадала время, скоро начнется перемена, и сюда выплеснется море старшеклассников.

Вряд ли удастся не привлекать внимания, но ничего лучше я не придумала. Если Лео в школе, то он обязательно окажется среди учеников в саду.

Опустившись на дальнюю скамейку, я упираюсь локтями в колени и сверлю взглядом металлическую дверь запасного выхода. Марк шумно садится рядом, но моего нетерпеливого напряжения не разделяет. Его ладони упираются в сиденье, и он запрокидывает голову, подставляя лицо солнечным лучам. Русые пряди при естественном освещении кажутся золотистыми.

Длинный дребезжащий звонок долетает даже сюда, и я нервно переплетаю пальцы, сцепив их в замок. Долго ждать не приходится. Хлынувшая из дверей толпа учеников заполняет дворик шумом, смешками и шутливой руганью.

Я щурюсь, жадно вглядываясь в лица парней и тут же теряя интерес. Дверь закрывается, и коготки разочарования царапают ребра – Лео среди них нет. Глупо было рассчитывать, что он как ни в чем не бывало появится в школе с утра, но, кроме этой нелепой надежды, у меня ничего не было. Теперь не осталось и ее.

Хочется уткнуться лицом в ладони и расплакаться, но я продолжаю вглядываться в фигуры учеников. Заметить одноклассников Лео несложно – они стоят в самом центре ученического моря, вяло переговариваются и курят.

Лео тоже курил? Черт, почему я думаю о нем в прошедшем времени?

– Подожди, я сейчас вернусь. – Не дожидаясь ответа, я соскакиваю со скамейки и бросаюсь в гущу учеников, решительно пробираясь к знакомым.

Уже возле компании одноклассников на меня обрушивается лавина сомнений. Вряд ли разговаривать с ними – хорошая идея, но других у меня все равно нет, да и отступать уже поздно – меня заметили.

Матиас замолкает на полуслове и расплывается в развязной улыбке, мгновенно теряя интерес к своему собеседнику.

– Теодора? Какой приятный сюрприз. – Он выдыхает вонючий дым и окидывает меня неприятным взглядом. – Что-то ты зачастила к нам. Можно принимать на свой счет?

Его друзья беззвучно усмехаются, с любопытством наблюдая за нашим разговором. Их взгляды хочется стряхивать с себя, но сейчас мои желания не имеют никакого значения.

– Где Лео? – сглотнув волнение, выпаливаю я, пропустив приветствие.

Удивительно точно считав мое настроение, Матиас неопределенно поводит плечами и молчит. Чего он от меня хочет? Что мне нужно сделать, чтобы получить ответы?

На борьбу с желанием схватить его за грудки и хорошенько приложить о каменную стену уходит слишком много внутренних сил, но я медленно выдыхаю, успокаиваясь. Едва ли это хороший способ вести диалог.

– Мы можем поговорить? – Игнорировать посторонние взгляды становится все сложнее, и я нетерпеливо вскидываю брови, мотнув головой.

Матиас улыбается, отряхнув ворот серого шерстяного пальто, и деловито кивает.

– Для тебя – что угодно, Теодора. Но мы уже разговариваем.

Короткий выдох не помогает. На вдумчивый