часа Толмач скинул проценты до шестидесяти двух, получив новое поле для компонованного анализа, зато выдал расширенное резюме.

Бугристый был никаким не князем, а местным управляющим. Мелкие колдунчики, похоже, относились к подвиду слуг. Имели отдельные имена, но чаще их объединяли названием, которое Толмач на новом семидесятом проценте подкорректировал с «послушных» до «послушко́в». Состояние княжича сильно волновало семью, и в замке ждали некий вид транспорта под названием волнас с лекарем, без которого вчера пытались обойтись. Похоже, что у Чихнова тут имелось минимум три брата и три сестры, а ещё отец с матерью. Княжеский род звался Ситано. Какой-то Ирвар из братьев гневно наставлял управляющего, чтобы лекарю как следует внушили не трепаться о травме братца, этот Ирвар беспокоился о том, что подумает семейство д`Эмсо.

Слава с Игорем снова перебрались к подушкам в кустах: из этого расположения открывался отличный обзор, ветви лежали так, чтобы надёжно скрывать, но оставляли просветы и на подступы, и на замок. Запустив дрон-шпион, они отследили ужин большой семьи. Во владении явно заправляли существа людской формы, как в деревне. Бугристый управляющий был единственным исключением, не считая сыпучих карликовых колдунчиков.

За ужином во главе стола сидел старик, надо полагать, князь Ситано. Его окружали статная женщина в летах, мужчина лет двадцати пяти, пацан, маленькая девочка и красивая девушка, все разодетые и чванливые. Кушанья подавали, выныривая из стен, колдунчики, и потому дрон увели, чтобы не попасться, не особенно разглядев лица.

Никто за столом не мог быть недавним попаданцем, семейство соблюдало какой-то этикет, и никто не выделялся своим поведением настолько, чтобы предположить за ним утренние крики и крушение кресел.

Начинало сереть, и бродили мыслишки порвать на нижнем этаже бумажные стёкла, чтобы влезть в замок, пока все заняты в трапезной. Второй вариант — выждать несколько часов и осуществить то же самое в период всеобщего отдохновения. Что местное население склонно спать, можно было судить по зафиксированным дроном кроватям в жилых комнатах замка.

И тут расположение внезапно по-тупому накрыли.

Глава 10: Агент Мириза

Девочка была точно не деревенская. Прямо-таки вопиюще: белокожая, с распущенными завитыми локонами, почти что подметающими листву, одетая в пышное, расшитое узорами, платье из многослойных юбок, делавшее её похожей на насадку для самовара. И лет ей было от силы пять.

Напарники напряглись: внешний вид в мирах обманчив, что смотрится ребёнком — может быть чем угодно. Правда, среди крестьян дети и взрослые на глаз отличались так же, как на Земле. Но полагаться на это всё же не стоило.

Пополненный информацией с дневных маячков, Толмач выдавал уже прекрасный литературный дубляж с адаптацией, так что девочку они поняли сразу:

— Пожалуйста, не рассказывайте папеньке про мой шатёр, — взмолилась она, закусив пухлые губки. — Хотите, я возьму вам поесть на кухне? Или… — она замялась, но потом выдала: — принесу мамины украшения?

Игорь пнул оторопевшего Славу локтем, нахмурился, строго глянув на девочку, которая тут же осела, кажется, упав на колени под юбочным шатром. Он откашлялся, незаметно сунув в рот пластину Толмача.

— Здесь не положено строить шатёр, — сведя брови, строго проартикулировал Игорь и услышал вылетающий из своего рта перевод искусственного интеллекта. — Нам нужно будет рассказать вашему управляющему.

— Нет! — сплела девочка руки на груди. — Пожалуйста! Вы — дрессировщики?

Игорь кивнул с секундной заминкой.

— У меня есть украшения, мои, папа подарил их за то, что я хорошо ему помогаю! Я отдам вам. Тогда это не будет воровством и вас ни в чём не обвинят. Просто уходите обратно в низину. Если вы подождёте, я принесу.

— Не нужно, — сузил Игорь глаза, хотя под ложечкой уже засосало: это явно был именно ребёнок, и притом очень напуганный, а не опасный. — Мы хотим поговорить с княжичем, который заболел. Если поможешь, нам не нужно будет обращаться к управляющему. И тогда мы ему ничего не скажем.

— Поговорить с Тикваром не получится, — округлила глаза девочка. — Он ушиб голову, даже над-доктор не знает пока, как его вылечить, доктор прилетал сегодня и только сказал, что Юноч верно зарастил раны и не виноват. Теперь Юноча не вышлют в долину, это хорошо, потому что он мне нравится. А Тиквар всё время кричит, даже на папеньку. Он колотит в двери и стены или читает стихотворение. Если бы он был послушком, он бы вообще убежал, кажется.

— А ты любишь Тиквара? — подключился к диалогу Слава.

Девочка вдруг гневно насупилась и снова встала на ноги.

— Говори почтительно, ты — простолюдин, а я — княжна, сосуд чар. Не смей мне дерзить! — А потом добавила уже просительно: — И про шатёр не рассказывай.

Игорь чуть не прыснул. А затем сел на землю (до того они со Славой куковали на корточках) и даже поклонился верхней частью тела.

— Простите, княжна, мы из далёких земель и скверно воспитаны. Мы — странствующие лекари и хотим помочь вашему брату, но в таких одеждах нас к нему не подпустят.

— Это точно, — согласилась девочка. Но потом возразила: — Простолюдины не могут быть лекарями. Они не умеют колдовать.

— Это не всегда связано, — возразил Игорь. — У нас другая магия. Ты ведь тоже не лекарь, хотя колдовать умеешь.

— Я?! — вытаращила девочка глаза и уставилась на агентов, как на умственно отсталых.

Осечка, блин.

— Ты ведь сосуд чар, — попытался выправить ситуацию Слава.

— Верно, — горделиво выпрямилась девочка. — Отец черпает из моих рук магию, а муж будет черпать из моего лона богатство, если матушка подарит мне младшую сестру. Я, конечно же, колдовать не умею, вы что же, не видите, что я — не на́да! А простолюдины не могут быть лекарями, никакой магии у них нет, они просто люди. Если вы маги, то где ваши дочери? — язвительно уточнила юная княжна и даже вытянула шею, словно где-то за спинами агентов могли быть припрятаны продолжения рода.

— У нас нет детей, барышня. Мы посвятили жизни врачеванию, — смиренно подыграл Слава. И опять мимо.

— Это же неправда. Зачем вы лжёте благородной особе?! — возмутился ребёнок. — Как вы смеете?

— Но это истина, барышня, мы — колдуны далёких земель, где всё иначе, — вмешался Игорь, — мы можем помочь вашему брату, которого обуял дух безумия.

— Какой ещё дух?! — совсем