В Холлистере, фермерской общине, расположенной у подножия горного хребта Дьябло в часе езды на юг от Окленда, в то время проживало примерно четыре тысячи человек. В 1947 году поселок славился только тем, что производил 74 % всего потребляемого в США чеснока. Холлистер был – и до некоторой степени остается сейчас – типичным городком, показанным Голливудом в киноверсии «К востоку от рая», местом, где отделением Американского легиона, за неимением настоящего ветерана войны, командовал гражданский.

Четвертого июля граждане Холлистера собрались на ежегодные торжества. После традиционной церемонии встречи Дня независимости – флагов, оркестров, девушек с жезлами и прочего – намечались более современные мероприятия: ежегодный заезд на мотоциклах в гору и соревнования на скорость, в прошлом году привлекшие участников со всей округи – сельских пацанов, фермеров, лавочников, бывших служивых, сплошь порядочных людей, просто любивших покататься на мотоциклах.

В 1947 году пробег по холмам и гонки в Холлистере вновь собрали кучу народа со всей округи – с очень дальней округи и очень много народу. Когда утром четвертого июля солнце выползло из-за хребта Дьябло, местный полицейский наряд числом семь человек нервно потягивал кофе после бессонной ночи и попыток удержать в узде порядка трех тысяч мотоциклистов. (Полиция говорила, что их было четыре тысячи, ветераны – что две, так что три, наверно, ближе всего к истине.) Несомненно одно: в Холлистер понаехало столько байкеров, что будь их тысячей больше, тысячей меньше уже не играло роли. Толпа все больше выходила из-под контроля. Под вечер весь центр городка был усеян осколками битых пивных бутылок, а мотоциклисты делали бешеные рывки прямо на главной улице. Пьяные потасовки превращались в полномасштабные побоища. Согласно преданию, байкеры буквально захватили город, не подчинялись полиции, приставали к местным дамам, грабили пивные заведения и мочили всех, кто вставал у них на пути. Газетные заголовки, кричащие о безумных сценах на празднике, привлекли внимание малоизвестного продюсера по имени Стенли Крамер и молодого актера Марлона Брандо. Незадолго до своей смерти в 1966 году, ведущая голливудской хроники Гедда Хоппер взяла на карандаш угрозу, исходившую от «ангелов ада», и связала ее с фильмом «Дикарь». Это подсказало Гедде мысль свалить всю вину за появление изгоев на Крамера, Брандо и всех остальных, кто был хоть как-то связан с фильмом. И действительно: «Дикарь», несмотря на художественный вымысел, представлял собой вдохновенный образчик киножурналистики. Вместо повторения уже известных истин на манер Time, «Дикарь» рассказал историю, которая только-только начиналась и чье развитие, в свою очередь, повлияло на создание фильма. Лента создала изгоям стойкий сусальный имидж, идеальное отражение, которое лишь немногие «ангелы» видели, глядя на себя в зеркало, и быстро стала ответом байкеров на «И восходит солнце». Созданный ей имидж не соответствует истине, тем не менее фильм вряд ли можно винить в его широкой популярности. «Дикарь» провел аккуратную разграничительную линию между «хорошими» и «плохими» изгоями, однако те, на кого он больше всего повлиял, отождествляли себя с Брандо, а не с Ли Марвином, чья роль злодея была ближе к настоящим изгоям, чем запутавшийся герой Брандо. «Ангелы» видели себя современными Робинами Гудами, мужественными, немногословными дикарями, чьи положительные порывы неведомо как деформировались в процессе борьбы за право на самовыражение, непоседами, проводившими остаток своей неприкаянной жизни в попытках отомстить миру, сломавшему их судьбу, когда они были еще молодыми и беззащитными.

Другим вкладом Голливуда в создание легенды об «ангелах ада» стало название клуба. «Ангелы» говорят, что оно досталось им от знаменитой эскадрильи бомбардировщиков времен Первой мировой войны, размещенной неподалеку от Лос-Анджелеса. Пилоты в свободное от полетов время раскатывали вокруг базы на мотоциклах. Другие утверждают, что «ангелы» позаимствовали свое имя из фильма 1930 года с участием Джин Харлоу, основанного на представлениях сценариста о корпусе армейской авиации с таким же названием, то ли действительно существовавшего во время Первой мировой войны, то ли выдуманного им. Фильм так и назывался – «Ангелы ада», и его еще крутили в 1950 году, когда неугомонные ветераны войны, не знавшие, куда себя деть, основали первую чапту в Фонтане. Даже если название появилось задолго до появления первых «ангелов ада», оно кануло в Лету вместе с малоизвестной военной базой в южной Калифорнии, пока это имя не восславил Голливуд, заодно создав образ горячих парней на мотоциклах. Новое поколение изгоев подхватило и решительно преобразило этот имидж, какой не смог бы выдумать сам Голливуд, пока реальные «ангелы» не появились на калифорнийских автострадах.

Мотоциклисты-изгои, как и джаз, – чисто американская идея. В прежние времена ничего подобного не существовало. В некотором смысле изгои выглядели своего рода анахронизмом, отрыжкой времен Дикого Запада. Но в других отношениях байкеры были новшеством под стать телевидению. За все годы после Второй мировой войны ничто не предвещало появление банд сорвиголов на мотоциклах, обожавших насилие и быструю езду, считавших пустяком проехать за выходные 800 километров и навести шорох в компании с другими бандами мотоциклистов в какой-нибудь сонной дыре, не способной обслужить даже дюжину туристов. Многие поселки в живописной глуши впервые познакомились с туристами не в лице семей на «фордах» и «шевроле», а в образе ватаг пьяных «городских» на мотоциклах.

Задним числом свидетельства очевидцев разгула в Холлистере выглядят скромно по сравнению с фильмом. Более точные отзывы о характере «бунта» в Холлистере сообщают, что поспешно собранный наряд полиции численностью всего двадцать девять человек навел в поселке полный порядок уже к полудню 5 июля. Еще до наступления ночи большинство байкеров с ревом умчались из поселка, чтобы, выражаясь стилем Time, побивать новые рекорды гнусного поведения. Задержались только те, кого об этом попросила полиция. Их наказание варьировалось от штрафа за нарушение правил дорожного движения в размере 25 долларов до трех месяцев тюрьмы за непристойное обнажение. Из шести или восьми тысяч предполагаемых участников драк за помощью в местную больницу обратились всего пятьдесят человек. (Для сравнения следует помнить, что в результате автокатастроф в Америке ежегодно гибнут более пятидесяти тысяч граждан.)

До сих пор ни один «ангела ада» не обвинен в зверском убийстве – по крайней мере, в судебном порядке. Страшно даже подумать, какой бы поднялся вой, если бы изгоев сочли юридически ответственными за три-четыре даже непредумышленных смертельных исхода. В Калифорнии всех до единого мотоциклистов убрали бы с дороги и перемололи на фарш.

По разным причинам, отчасти друг другу противоречащим, вид мотоциклиста и треск его мотоцикла производят на большинство американских автоводителей отрицательный эффект. В разгар страстей по «ангелам ада» репортер New York Herald Tribune накатал