активов. Однако, по-видимому, уже в достаточно ранний период истории мусульманской общины сложилось понимание, что в некоторых обстоятельствах тот или иной хозяйствующий субъект нуждается именно в деньгах как таковых. Это породило контракт, называемый «таваррук».

«Варк» (или «варик») по-арабски означает серебро, в частности, серебряные монеты. Таваррук, таким образом, суть контракт, позволяющий одной из сторон договора получить на руки денежную наличность. По-другому этот контракт ещё называют «товарная мурабаха»[65]. Под товаром здесь подразумеваются сырьевые товары, или commodities, то есть те, что обращаются на организованном рынке и зачастую продаются и покупаются не ради их потребительских свойств, а для извлечения прибыли из самой купли-продажи, то есть для спекуляции.

Заключив договор на основе таваррука, сторона, нуждающаяся в наличности, приобретает товар у продавца (вторая сторона) с отсроченным/рассроченным платежом и тут же реализует его третьей стороне за «живые» деньги, далее постепенно погашая долг перед второй стороной. Сумма долга превышает цену, уплаченную на первом плече сделки, на согласованную величину.

В принципе таваррук – разрешённый контракт при условии, что конкретный субъект рынка пользуется им лишь спорадически и ввиду чрезвычайных обстоятельств и что все перечисленные ранее требования к торговой транзакции соблюдены. Однако в исламских финансах эта форма правоотношений с недавних пор превратилась в регулярный инструмент и потому даже получила специальное определение – «организованный таваррук». «Организованность» состоит в том, что банк или иной финансовый посредник управляет всем процессом, контролируя каждую стадию и, соответственно, максимально устраняя всякие сопряжённые риски сторон. Для этого в типовую договорную документацию внесены положения, по которым тут же по совершении поставки клиент назначает банк или указанное им лицо своим агентом для немедленной продажи товара на рынке, и зачастую весь пакет документов подписывается до начала проведения операции, а не постадийно. Упомянутая поставка производится не физически, а через записи на счетах, то есть товар не покидает склад поставщика. В том случае, если банк или его дочернее общество имеет брокерскую лицензию, есть вероятность, что товар будет перепродан, по сути, тому же банку, но в его брокерском качестве. Соответственно, и движение товара отражается лишь в книгах брокера. Иными словами, банк-организатор стремится выстроить закольцованный процесс. Ни товар, ни деньги, обслуживающие его оборот, с открытым рынком, можно сказать, почти не соприкасаются и реальной добавленной ценности не создают, а сама транзакция имеет большое сходство с процентной ссудой.

Организованный таваррук был провозглашён непозволительным Международной исламской академией фикха при Организации исламского сотрудничества [58][66]. Это оказало краткосрочный сдерживающий эффект, однако сегодня данная разновидность таваррука продолжает использоваться для операций на денежном рынке для управления краткосрочной ликвидностью, при структурировании депозитов, кредитных карт и финансирования текущих расходов компаний-клиентов.

Если таваррук общепризнан в международном исламском финансовом сообществе, то бей аль-и́на не признаётся банками в странах с более строгой интерпретацией шариатских норм, например, в Персидском заливе, но чрезвычайно популярна в Малайзии, где доминирует шафиитский мазхаб.

Признаться, перевод понятия «бей аль-ина» на русский несколько затруднителен. Чаще «ина» понимается как кредит (в значении коммерческого кредита), некоторые носители языка предлагают вариант «наличность». Если «бей» – это купля-продажа, то вся эта конструкция в прикладном плане означает продажу какого-либо товара с условием отсроченной/рассроченной оплаты с немедленной последующей обратной продажей его (товара) покупателем продавцу на условиях «спот», то есть по более низкой цене. Соответственно, она представляет собой две взаимосвязанные, встречные мурабахи, в рамках которых производится обмен одним и тем же активом по разной цене.

Данная операция имеет полное сходство с организованным таварруком с точки зрения цели и большое – с точки зрения формы. Принципиальное формальное отличие состоит в том, что в операции участвуют только две стороны. В случае с таварруком, как мы отмечали, банк стремится достичь максимальной закольцованности, но, строго говоря, в полной степени этого не происходит, по крайней мере номинально. Но бей аль-ина, со своей стороны, – «идеал» замкнутой транзакции. При этом сложилась практика использования одного и того же актива, например, земельного участка, одновременно и многократно в сделках с разными «заёмщиками». Очевидно, что если у ИФИ тысячи клиентов, с которыми проводится бей аль-ина, невозможно представить, чтобы он владел сопоставимым количеством таких объектов.

Оговоримся, что описанная ситуация с земельными участками может иметь место в том случае, если бей аль-ина лежит в основе, например, структуры такого продукта, как кредитная карта. Впрочем, главная область применения этого контракта – финансирование сделок с недвижимым имуществом, среди которых на первом месте стоит приобретение жилья. В этом случае, по принятой в Юго-Восточной Азии традиции, базовым контрактом будет считаться бей бит-таман аджиль (ББА). Этот формат упоминался нами ранее как та составная часть современной мурабахи, которая обусловливает её долговой характер и более высокую маржу. Однако в той же Малайзии ББА приобрёл новые черты. Отсрочка/рассрочка платежа, разумеется, сохранилась, но в целом транзакция приобрела все черты бей аль-ины.

Самый популярный тип жилищного финансирования в результате имеет следующий вид. Если в стандартной мурабахе банк должен приобрести недвижимое имущество с соблюдением всех вышеперечисленных условий, то в малайзийском ББА будущий «заёмщик», заключив договор с продавцом и внеся аванс, незамедлительно заключает договор с банком о приобретении последним данного объекта. Цена равна остатку суммы, которую будущий жилец должен застройщику. Этот второй договор, несмотря на то, что право собственности банка на объект никаким иным образом не удостоверяется (скажем, через регистрацию в государственной инстанции), даёт ИФИ право распоряжения, которым тот воспользуется, совершив с клиентом сделку обратной продажи недвижимости (с рассрочкой платежа). После этого бей бит-таман аджиль возвращается, так сказать, к своей модельной форме.

«Банк Негара Малейсиа» (БНМ), центральный банк Малайзии, в качестве одной из своих целей рассматривает привлечение максимального числа иностранных игроков в исламский сегмент национального финансового рынка. Наиболее желанное «приобретение» – ИФИ из стран Персидского залива. С тем чтобы снизить критический настрой арабских факихов по отношению к малайзийской практике, во многом питаемый широким распространением бей аль-ины, шариатский консультативный совет БНМ ещё в 2006 г. постановил, что, поскольку бей аль-ина представляет собой предмет юридического разногласия специалистов по шариату, желательно, чтобы ИФИ ограничили применение данного контракта продуктами, которые сложно структурировать на основе других, концептуально непротиворечивых контрактов [59]. В 2013 г. сам регулятор разработал положение, куда постарался заложить максимально строгие условия, которым должен соответствовать контракт бей аль-ина, чтобы считаться законным [60].

Согласно этому положению, в бей аль-ина два заключаемых контракта не связаны друг с другом. В договорной документации не должно быть никаких указаний на то, что стороны обязаны совершить обратную операцию купли-продажи, а совпадающие во времени сделки, в которых