Здесь написано “в пользу…” — она ткнула пальцем в строку. — Кто это?

Бородатый прищурился.

— Ты читать умеешь?

— Умею, — сухо ответила Лада. — И считаю тоже.

Парень подошёл ближе, глянул на бумагу и прыснул.

— Она точно не местная, Мара. Наши так не говорят.

Женщина — Мара — резко повернулась к нему.

— Рот закрой, Рыжий. — Потом снова на Ладу. — Должна ты городскому казначейству. И ещё — гильдии поставщиков. И… — она помолчала, будто выбирая, говорить ли дальше. — И ещё одному человеку.

— Какому? — Лада подняла взгляд.

— Драконьему дому, — сказала Мара и посмотрела так, словно ожидала, что Лада упадёт в обморок.

Лада не упала. Она вдохнула, выдохнула и сказала:

— Сколько?

— Что “сколько”? — Мара нахмурилась.

— Общая сумма. По каждому кредитору. С процентами. С штрафами. С пенями. Сроки. Условия реструктуризации, если предусмотрено. — Лада услышала, как сама себя несёт, и почти улыбнулась. В любой реальности бухгалтер остаётся бухгалтером. — И главное: на каком основании взыскивают “магическую пошлину”.

Бородатый фыркнул так громко, что голубь на балке хлопнул крыльями.

— Она издевается?

— Нет, — Лада подняла палец. — Я выстраиваю баланс. Потому что сейчас он не сходится. У меня есть актив — это таверна и земля. У меня есть обязательства — долги. Мне нужно понять, можно ли сохранить актив, погасив обязательства, или всё изымается независимо от платежей.

Мара смотрела на неё так, будто впервые увидела не “бедную наследницу”, а что-то другое.

— Ты странная, — сказала она наконец.

— Спасибо, — ответила Лада. — Это комплимент?

Рыжий прыснул снова и получил локтем в бок от бородатого.

— Ты, может, головой ударилась, — буркнул мужчина. — Таверна сгорела. Земля… да, земля. Но её у тебя заберут. Долги ты не отдашь. Здесь не Москва, — он сплюнул на камень. — Здесь если у тебя нет, то у тебя нет.

— А если у меня будет? — спросила Лада.

Мара усмехнулась.

— Откуда?

Лада огляделась. Руины. Камни. Доски. И всё же — стены стояли. Очаг был. Колодец, возможно, рядом. Тракт — значит, люди будут проходить. Если будут люди — будут деньги. Если будут деньги — будет шанс.

Она подняла ключ.

— Этот ключ от чего? — спросила она.

— От входной двери, — ответила Мара. — Если дверь ещё найдёшь.

— Хорошо, — сказала Лада. — Тогда я начну с двери.

Бородатый уставился.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — ответила Лада. — Я не знаю, что тут произошло. Я не помню, как оказалась здесь. Но я знаю одно: если на мне висит долг, значит, кто-то считает, что я обязана платить. А если кто-то считает, что я обязана платить — значит, меня признают субъектом. Значит, у меня есть права.

— Суб… что? — Рыжий захлопал ресницами.

Лада посмотрела на него и вздохнула.

— Значит, меня не списали. А раз не списали — будем работать.

Мара молчала секунду, потом сказала:

— Ты понимаешь, что завтра сборщик придёт с печатью?

— Понимаю, — ответила Лада. — Поэтому сегодня мне нужно узнать всё. — Она ткнула пальцем в пергамент. — Где казначейство? Где гильдия? Кто сборщик? И где драконий дом, которому я должна?

На словах “драконий дом” Мара резко отвела взгляд.

— Не суйся туда, — сказала она тише. — Сгоришь.

— Я уже в руинах, — сухо ответила Лада. — Дальше только вверх.

Бородатый рассмеялся, но без злости.

— Мара, она правда ударилась.

— Или нет, — пробормотала Мара, рассматривая Ладу так, словно видела в ней опасность. — Ладно. Казначейство — в городе. Гильдия — там же. Сборщик — Талвир. Противный, как клоп. А насчёт драконьего дома…

Она замолчала.

Лада не торопила. Она знала: когда человек замолкает на “насчёт” — значит, там либо страх, либо деньги, либо тайна. Обычно всё вместе.

— …насчёт драконьего дома, — продолжила Мара, — тебе лучше, чтобы они сами к тебе пришли. Потому что если ты придёшь к ним — ты уже признала себя виноватой. А если они придут к тебе… — она пожала плечами. — Тогда у тебя будет шанс торговаться.

— Торговаться я умею, — сказала Лада.

— Посмотрим, — Мара поправила платок. — Я — Мара. У меня лавка внизу, у моста. Это — Рыжий, он посыльный. А это — Грон. Он… — она посмотрела на бородатого. — Он иногда чинит то, что чинится.

Грон хмыкнул.

— Если платят.

Лада кивнула.

— Платить пока нечем. Но будет чем. — Она снова оглядела зал. — Мне нужно закрыть проёмы, поставить дверь, найти воду, сделать очаг. И… — она подняла пергамент. — И составить перечень имущества, которое можно продать, не убив бизнес.

Мара прищурилась.

— Ты правда хочешь открыть таверну?

— Конечно, — ответила Лада, и это “конечно” прозвучало так уверенно, будто она говорила о сдаче отчёта. — На тракте. У перекрёстка. Где ходят люди. И, судя по словам “драконья тропа”, — где ходят не только люди.

Рыжий побледнел.

— Драконы сюда не ходят.

Грон усмехнулся.

— Ходят. Только не как люди.

Лада почувствовала, как внутри шевельнулась смесь страха и… интереса. Страх — понятный. Интерес — тоже понятный: у драконов, вероятно, кошельки толще.

— Хорошо, — сказала она. — Тогда вопрос первый: почему таверна сгорела?

Мара отвела взгляд.

— Старое дело.

— Старые дела — самые дорогие, — возразила Лада. — Особенно если к ним прилагаются долги.

Грон перестал улыбаться.

— Была хозяйка. До тебя. — Он сказал это глухо, как будто не хотел вспоминать. — Хорошая баба. Не трусиха. А потом… — он махнул рукой. — Пришли люди. Пришёл огонь. И вот.

— Кто пришёл? — Лада прищурилась.

Мара резко перебила:

— Не сейчас. Сначала выживи до завтра.

— Завтра я выживу, — сказала Лада. — Но если я хочу выжить ещё и послезавтра, мне нужна причина.

Мара стиснула губы.

— Ты, Лада, сначала дверь поставь. А потом уже в причины лезь.

Лада смотрела на неё, и в этом взгляде было то, что в офисе заставляло клиентов приносить недостающие документы без лишних скандалов: спокойная, холодная настойчивость.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Дверь. Вода. Очаг. И список долгов.

Рыжий пошевелился.

— Я могу сбегать в город и узнать у казначея точную сумму. Ну… если ты мне дашь…

— Понимаю, — Лада кивнула. — Аванс.

Она полезла в карман — и нашла там ещё одну вещь: маленький кошелёк. Пальцы ощутили пару монет. Она вытащила — серебряные кругляши с изображением головы зверя… и крыльев.

Мара посмотрела на монеты, как на чудо.

— У тебя что, были деньги?

— У меня был карман, — спокойно ответила Лада. — И я не знаю, откуда они. Но я знаю, что их нужно вложить так, чтобы они вернулись.

Она отдала Рыжему одну монету.

— Принеси мне расписку от казначея: сколько я должна и по каким основаниям. И список штрафов. И если есть возможность — копию решения о “магической пошлине”.

Рыжий открыл рот.

— Ты хочешь… копию решения?

— Да, — Лада