будет кость — сварим похлёбку!

— И чай, — добавила Лада. — Горячий. Сильный. Чтобы даже дракон понял, что мы тут не просто воду кипятим.

Кайрэн наблюдал за этим всем молча, и Лада поймала себя на мысли: он смотрит не как «лорд», которому надо своё, а как… проверяющий. Но не налоговый — тот ищет, где откусить. Этот — ищет, где держится.

— И ещё, — сказала Лада, подходя к нему ближе. — Если ваши гости будут пытаться «решить вопрос взглядом», я буду отвечать словами. Сразу предупреждаю.

— Можете отвечать чем угодно, — сказал Кайрэн. — Пока вы не трогаете узел.

— Тогда не трогайте мой персонал, — Лада посмотрела ему прямо в глаза. — И мой зал.

Он задержал на ней взгляд — и на секунду Ладе показалось, что в янтаре вспыхнула искра настоящего огня.

— Хорошо, хозяйка, — сказал он тихо. — Ваш зал — ваш.

И вышел, как будто оставил ей не просто мешочек монет, а часть ответственности, которую сам носил слишком долго.

К полудню «У Чёрного Крыла» всё ещё было руинами, но уже не мёртвыми.

Грон поставил два более-менее ровных стола. Нисса выскоблила один угол кухни так, что там можно было не бояться заноз. Мара принесла мешок муки и кусок масла «под честное слово», а Лада нашла старую тетрадь — переплёт из кожи, внутри чистые страницы между письмами прежней хозяйки.

— Вот и книга учёта, — пробормотала она и провела пальцем по первой странице.

— А я думала, книга — это где рецепты, — сказала Нисса, подбрасывая дрова.

— Рецепты будут на соседней, — ответила Лада. — Сначала деньги. Потом вкус.

— Ох, — Нисса закатила глаза. — С тобой романтики не будет.

— Будет, — спокойно сказала Лада. — Просто она у меня в цифрах.

Мара прыснула:

— Лада, ты невозможная.

— Я очень возможная, — отрезала Лада и чиркнула пером: «Приход: аванс Дома Крылатого Пламени — …» Она замерла. — И сколько это?

Нисса пожала плечами:

— Ты ж бухгалтер, ты считай.

Лада высыпала монеты на стол и аккуратно пересчитала. Пятнадцать крупных. Три мелких. Две с бороздкой. Она записала.

И вдруг почувствовала… странное. Будто одна монета не просто лежала, а слегка тянула на себя свет.

Лада нахмурилась, подняла ту самую, с тонкой бороздкой.

— Что ты делаешь? — спросила Мара.

— Проверяю, не ворует ли у меня сама валюта, — ответила Лада сухо.

Нисса фыркнула:

— Драконы и не оставляют чаевых, а у тебя монеты ещё и сами уходить будут.

— Не будут, — Лада положила монету обратно и провела по столу ладонью. — У меня за такое штраф.

— Штраф кому? Монете? — Нисса рассмеялась.

Лада подняла взгляд:

— Всем.

В этот момент издалека донёсся звук копыт. Нет — не копыт. Шагов. Тяжёлых, ровных, уверенных. По трактовой колее кто-то приближался.

Мара побледнела.

— Они?

Лада поставила на стойку две кружки, вытерла руки о фартук и сказала:

— Мы не прячемся. Мы встречаем гостей.

Дверь скрипнула, и в зал вошли пятеро.

Сначала — трое мужчин в дорогих плащах, сапоги чистые, как будто они прошли не по грязи, а по ковру. За ними — женщина в тёмно-синем, с серебряной заколкой в волосах, лицо высокомерное, взгляд холодный. И последним — высокий, широкоплечий, с кожаными перчатками. Он улыбался слишком спокойно.

— Это… таверна? — протянула женщина, оглядывая дыру в крыше.

Лада сделала шаг вперёд.

— Это таверна, — сказала она. — «У Чёрного Крыла». Свежий огонь, горячая похлёбка, чай. Сесть есть где. Платить — здесь.

Один из мужчин усмехнулся:

— Смелая. Или отчаянная.

— Это одно и то же, — отрезала Лада. — Пока не подведёшь итог.

Женщина чуть прищурилась:

— Ты знаешь, кто мы?

— Гости, — сказала Лада. — А кто вы — мне неважно. Важно, как вы себя ведёте.

Нисса за стойкой тихо прошептала Маре:

— Я её люблю.

Мара шепнула в ответ:

— Не говори громко, а то сглазишь.

Высокий в перчатках шагнул ближе.

— Ты устанавливаешь правила для драконов?

Лада посмотрела на него.

— Я устанавливаю правила для зала, — сказала она. — Если в зале кто-то ломает стул — платит. Если в зале кто-то оскорбляет моих людей — вылетает. Если в зале кто-то думает, что может не платить — может попробовать. Но я всё запишу.

Мужчина улыбнулся шире.

— Запишешь?

— Запишу, — Лада подняла книгу учёта. — И подпишу свидетелей.

— Свидетелей? — один из трёх фыркнул. — Ты смешная.

Лада взяла мел и быстро написала на доске, которую Грон прибил у входа:

«ПРАВИЛА:

ПЛАТА — ДО

ОГОНЬ — ТОЛЬКО В ОЧАГ

ЛОМАТЬ — ДОРОГО

ХАМСТВО — С ШТРАФОМ»

— Это что? — женщина в синем подняла бровь.

— Это экономия, — сказала Лада. — И нервов, и имущества.

Высокий в перчатках посмотрел на правила, потом на Ладу.

— Хозяйка, — произнёс он, и слово прозвучало почти как титул. — Хорошо. Мы платим.

Он вынул кошель и бросил на стойку монету — такую же тяжёлую, как у Лады, с крылом.

Лада поймала взгляд Ниссы, которая была готова ахнуть, но сдержалась.

— Благодарю, — спокойно сказала Лада. — Сколько человек? Пять. Похлёбка — пять. Чай — пять. И… — она посмотрела на женщину, — вам тоже?

Женщина холодно улыбнулась.

— Принеси мне что-то достойное.

— Это похлёбка из фасоли, трав и копчёности, — сказала Лада. — Она достойна жить.

Один из мужчин засмеялся.

— Она мне нравится, — сказал он.

— А мне не нравится её потолок, — фыркнула женщина.

— Потолок временный, — Лада кивнула. — А еда — сейчас.

Нисса уже черпала похлёбку, и по залу пошёл запах — густой, мясной, горячий. Лада почувствовала, как внутри у неё на секунду отпустило: запах еды — самый честный аргумент.

Гости расселись. Женщина выбрала самый ровный стул и демонстративно поджала губы, будто стул ей не подходил по статусу.

Высокий в перчатках снова подошёл к стойке.

— Ты не спросила наших имён, — сказал он.

— Не обязана, — Лада пожала плечами. — Мне достаточно знать, кто заплатил.

— А если не заплатит? — он улыбнулся.

— Тогда подпишет долговую расписку, — сказала Лада. — С пеней.

— Ты умеешь пугать, — его голос стал ниже.

— Я умею считать, — ответила Лада. — Это страшнее.

Он чуть наклонился.

— Я — Сайдэр, — сказал он. — Передай это в своей книге. Будет полезно, если кто-то решит, что «Чёрное Крыло» можно унизить.

Лада не отвела взгляд.

— Приятного аппетита, Сайдэр, — сказала она ровно. — И не ломайте стулья.

Он рассмеялся — тихо, как человек, который привык, что ему не отвечают.

Когда они ели, в зал вошёл Кайрэн.

Он появился так, будто тень от крыши стала плотнее и сложилась в фигуру. Гости сразу замолчали. Даже женщина в синем поставила ложку аккуратнее.

Лада почувствовала, как у неё напряглись плечи — и тут же разозлилась на себя за это.

Кайрэн не