ящик. Книга — только по закрытию смены.

Нисса моргнула:

— А это поможет?

— Это поможет мне видеть, — сказала Лада. — Где утекает. И когда.

Грон хмыкнул:

— У тебя даже ящика нет.

— Будет, — Лада посмотрела на него. — Найдёшь?

— Найду, — буркнул он. — Но если узел сам… — он скривился, — ты его тоже штрафовать будешь?

— Узел — это отдельная статья, — сказала Лада. — «Потери от магических факторов». Но сначала я найду виновника. И вот его — оштрафую.

Нисса вдруг расправила плечи:

— Я могу стоять у кассы. И если кто-то сунет руку…

— Ты сунь ему черпаком, — мрачно сказала Мара.

— Нет, — Лада подняла ладонь. — Никакой самодеятельности. Только порядок. И правила.

Она подошла к доске с правилами и добавила мелом ещё одну строку:

«5) КАССУ НЕ ТРОГАТЬ. ДАЖЕ ЕСЛИ ТЫ ДРАКОН.»

Сайдэр — тот высокий в перчатках — поднял кружку и лениво произнёс:

— Мне нравится. У человека есть позвоночник.

Женщина в синем фыркнула:

— У человека есть наглость.

— У человека есть бизнес, — парировала Лада, не поворачиваясь. — И если вы хотите здесь есть — вы будете уважать мой бизнес.

Сайдэр засмеялся:

— Она говорит, как дракон. Только без хвоста.

Лада бросила на него взгляд:

— Хвост я могу выдать. Из муки. Если будете себя вести плохо.

Нисса едва не подавилась смехом.

Кайрэн стоял рядом — молча, но Лада чувствовала его присутствие кожей, как тепло от печи. Слишком близко. Слишком… уверенно.

— Вы слышали, — сказала она, не глядя на него. — Три дня. Значит, сегодня я иду в город.

— Вы не пойдёте одна, — сказал Кайрэн.

Лада повернулась:

— Я не маленькая.

— Я не об этом, — ответил он. — Жалоба частная. Кто-то уже начал играть грязно. В городе вас могут «случайно» задержать, «случайно» потерять бумаги, «случайно» закрыть доступ к ведомству.

— А вы что, не «случайный»? — Лада прищурилась.

Кайрэн чуть наклонил голову:

— Я — неизбежный.

— Великолепно, — буркнула Лада. — Тогда вы будете моим… охранником?

— Я буду вашей тенью, — сказал он тихо. — Если позволите.

От этих слов у неё внутри что-то дрогнуло — неприятно и приятно одновременно. Она быстро отвела взгляд на книгу.

— Я позволю, — сказала она сухо. — Но без ваших фокусов с молчанием.

— Вы про взгляд, — Кайрэн чуть приподнял бровь.

— Про всё, — сказала Лада. — Мои люди — не ваши игрушки.

Кайрэн посмотрел на Ниссу, на Мару, на Рыжего, на Грона.

— Они ваши, — повторил он и снова посмотрел на Ладу. — Я понял.

Лада сделала вид, что ей всё равно.

— Тогда закрываем смену, — сказала она громко. — Нисса, у тебя сколько порций ушло?

— Пять… плюс ещё две, — Нисса кивнула на трёх мужчин в плащах. — Они решили, что голодные.

— Семь, — Лада записала на обрывке бумаги. — Цена?

Нисса назвала цифру. Лада быстро посчитала, прикинула расход соли, фасоли, копчёности, хлеба.

— Итого, — сказала она, — прибыль пока условная, но жить можно. Если узел не сожрёт.

Под полом снова дрогнуло — как будто узел услышал слово «прибыль» и заинтересовался.

Лада не дрогнула.

— У нас ещё одно правило, — сказала она тихо, будто самой себе. — Узлу — не жрать.

Город встретил их серым камнем и запахом мокрой шерсти. Дома теснились, как бухгалтерские папки на полке, а люди двигались быстро и смотрели так, будто каждый кому-то должен.

Лада держала книгу под плащом, как самое ценное. Рядом шагал Кайрэн — и пространство будто само освобождалось: люди уступали дорогу, не понимая почему, но чувствуя.

— Ненавижу эффект «важного лица», — пробормотала Лада.

— Полезный эффект, — отозвался Кайрэн.

— Пока не просишь за него чаевые, — сказала Лада.

Кайрэн едва заметно усмехнулся.

— У драконов нет привычки оставлять лишнее.

— Я заметила, — буркнула Лада. — И намерена выработать у них новую привычку: платить ровно столько, сколько стоит.

Они дошли до здания ведомства — низкого, широкого, с чёрной дверью и металлической вывеской: на ней был выжжен знак пламени и тонкая строка «Огненные сборы».

— Красиво, — сказала Лада. — Сразу видно: сюда ходят с радостью.

Внутри пахло чернилами и… золой. Коридор был тёплым, как будто где-то за стенами постоянно горело что-то большое.

За столом сидела женщина в очках, которые держались на носу так уверенно, будто они тоже были печатью. Она подняла голову, увидела Кайрэна — и на секунду застыла.

— Лорд, — сказала она осторожно. — Вы…

— Я сопровождаю хозяйку «У Чёрного Крыла», — сказал Кайрэн ровно.

Женщина перевела взгляд на Ладу.

— Хозяйку, — повторила она и прищурилась. — Это та самая… новая?

— Новая — это слово для скатертей, — сказала Лада. — Я — действующая. Мне нужна регистрация очага. Категория. И копия «Устава огня» с приложениями.

Женщина моргнула два раза.

— Севрин уже был у вас?

— Был, — сказала Лада. — Нашёл «дыру» в учёте, объявил «налог на огонь» и дал три дня.

— Он добросовестный, — женщина осторожно произнесла это слово так, будто оно могло укусить.

— Он неприятный, — ответила Лада. — Это важнее. Давайте документы.

Женщина медленно выдохнула, потом достала формуляр:

— Имя.

— Лада, — сказала Лада и вдруг вспомнила кольцо на пальце. — Лада… — она замялась. Фамилии в голове не было. Только имя.

Женщина подняла бровь:

— Без рода?

— С родом, — сухо сказала Лада. — Просто он пока в пути.

Кайрэн стоял рядом молча, но Лада почувствовала, как у него дрогнули губы — будто он смеялся внутрь.

— Ладно, — женщина записала: «Лада, хозяйка». — Объект: таверна. Местоположение: перекрёсток, драконья тропа.

— И узел силы, — добавила Лада.

Женщина вздохнула, будто ей сказали плохое слово.

— Тогда… категория очага зависит от статуса объекта. Если вы — обычная таверна, категория «общественный огонь». Сбор высокий. Если вы — станция на тропе… — она замолчала и посмотрела на Кайрэна.

Кайрэн не шелохнулся.

— Если вы — «подворье Дома», — продолжила женщина тише, — категория «огонь под защитой». Сбор ниже. И канал узла… — она сглотнула, — …не имеет права забирать без квитанции.

Лада резко подняла голову.

— То есть есть категория, где узел не может воровать у меня деньги?

Женщина поправила очки:

— Не «воровать». Взыскивать. По установленной…

— Воровать, — повторила Лада. — Мне нужна категория «огонь под защитой». Что для этого нужно?

Женщина посмотрела на Кайрэна так, будто он держал у неё на столе не лапы, а судьбу.

— Признание Дома, — сказала она наконец. — Официальная хозяйка. Печать. И… обязательства.

— Какие обязательства? — Лада спросила слишком быстро.

Женщина открыла другой лист:

— «Содержать огонь на тропе. Предоставлять ночлег посланникам Дома. Сохранять тишину в ночи узла. Не допускать чужих ритуалов. Сообщать о признаках пробуждения…» — она подняла глаза. — И ещё: «не отказывать Дому в приёме».

Лада почувствовала, как у неё по позвоночнику проходит холодок.

— «Не отказывать», — повторила она. — Это звучит двусмысленно.

Женщина покраснела:

— Ведомство не отвечает за двусмысленность формулировок.