чтобы сбить собаку со следа, плюс тридцати. А дожди если и шли, то мелкие, и это тоже не улучшало ситуацию.

Что же делать? «Ну в первую очередь – не поддаваться панике и вести себя как обычно», – пронеслось у меня в голове. Вряд ли последний пункт мне удавался, но я старалась взять себя в руки.

Я подняла взгляд на отца.

– Да, прости, пап. Я не отвлекаюсь. Так какая тема урока?

Я покрутила ручку вокруг пальцев, как обычно делаю, и, пытаясь выказать хоть толику любопытства, начала листать «Кощунских тварей. Русских и заморских» Ярослава Чернокнижного.

Судя по названию и автору, книге не одна сотня лет, а судя по белым страницам и тексту, написанному без твердых знаков и прочих особенностей языка прошлого, это переиздание. Почему-то я обратила внимание на такие детали только сейчас, хотя отец занимался со мной по этому учебнику не один год. Наверное, иногда полезно повисеть на волоске от смерти. Становишься намного внимательнее.

– Страница триста четырнадцать. «Аспиды».

Я послушно нашла нужную страницу. В заглавие были красиво вплетены элементы, связанные с темой. Очевидно, аспид – рептилия, потому что буквы были украшены чешуей и острыми мордами с клыками.

– На драконов похожи, – вяло протянула я, подперев голову рукой.

– Европейские легенды о драконах появились благодаря костям динозавров, а также благодаря аспидам, – с воодушевлением, явно не замечая моей незаинтересованности, начал отец. – Как и в случае со многими магическими существами, доподлинно неизвестно, как и когда появились аспиды, но существует несколько теорий…

Спустя сорок минут нудной истории папа наконец перешел к части, которая хоть немного могла меня заинтересовать, – анатомии. Он уже не стоял передо мной, а расхаживал туда-сюда по двору, где благодаря хорошей летней погоде проходило наше занятие. Рассказывая, отец попивал чай из граненого стакана, который принесла ему мама. Мне чай тоже принесли, но я выпила его гораздо быстрее, даже не почувствовав вкуса.

– Как ты можешь заметить по рисунку на странице триста шестнадцать, анатомия аспида отличается от человеческой. Строение скелета, нервной системы, ЖКТ – все это почти идентично человеческому, но сердечно-сосудистая система устроена по-другому. По этой причине аспиды не подвержены заболеваниям сердца и не умирают из-за них… Ты чего просто так сидишь? Записывай! А еще лучше – зарисовывай! – велел мне отец, строго сверкая такими же, как у меня, серыми глазами.

Я послушно взяла в руки карандаш и ластик. Художник из меня примерно такой же, как из нашего старейшины – добрейшей души человек, и к тому же я сильно сомневалась, что в дальнейшей жизни мне пригодятся познания о каких-то полулюдях-полуящерах, но со всем усердием начала перерисовывать их внутреннее и внешнее строение. Потому что понимала, что, возможно, это наш с отцом последний урок, а дальше я либо сбегу, либо… О втором варианте думать не хотелось. В любом случае я хотела запомнить родителей добрыми людьми, и чтобы я им запомнилась милой, послушной дочерью.

Но когда со стороны дома донеслись шаги, я сразу же подняла голову, радуясь, что смогла вполне законопослушно, без какого-либо осуждения отца, поднять голову. Оказалось, что это снова вышла через черный ход к нам на задний двор мама. Только теперь ее вид удивил меня. Мама явно была взволнована, ее темные волосы были заплетены в длинную косу, на лбу – аккуратное украшение из бисера. Из курса истории я знаю, что в старинные времена люди тоже носили такие, но лишь девушки. В колдовских поселениях же это украшение, наоборот, надевают замужние женщины. Наша культура схожа с человеческой славянской, но отличия тоже есть. Глаза мамы были подведены, одежда – нарядная. По какому поводу это она так?

Меня мама словно не увидела, с ходу обратилась к отцу:

– Сворачивай свое учебное заведение.

Она окинула взглядом наш серый деревянный стол и две скамейки, на которых вперемешку валялись тетрадки, книги и канцелярские принадлежности, иногда пробегали муравьи и падали листья. Мне вдруг очень захотелось стать насекомым или растением, потому что мама раньше никогда не прерывала занятие. Значит, ее приход вряд ли предвещает что-то хорошее.

– Орловы уже здесь.

Я быстро перевела взгляд с мамы на отца. Да уж, точно ничего хорошего. Приехал мой… Господи, у меня по отношению к себе не получалось сказать «невеста», а того парня назвать «женихом» даже в мыслях язык не поворачивался!

Отец, однако, моих смешанных неприятных эмоций явно не разделял. Он все так же был спокоен и еще не вышел из роли учителя.

– Мы не закончили.

Папа приблизился к столу и заглянул мне в тетрадь, как бы проверяя, правду ли он сказал, и явно убеждаясь в том, что прав.

– Можно подумать, ей пригодятся твои чудовища, – закатила глаза мама.

Она стояла не слишком близко, но достаточно, чтобы при ее безупречном зрении увидеть иллюстрацию в учебнике.

– Пригодятся, – так твердо заверил ее отец, что у меня появилась не самая нормальная мысль, что он хочет выслать меня из поселения верхом на аспиде. – Все наши знания так или иначе пригождаются, а если и нет, то развивают мозг и память.

Мама явно не разделяла его мыслей, но лишь вздохнула и повернулась ко мне.

– Василиса, сходи принарядись и выйди поздороваться с гостями. Приехали Тимофей и его родители.

Черт, все-таки и до меня очередь дошла. А я так надеялась, что они с отцом еще поспорят и получится тихонько улизнуть к себе. А лучше сразу в лес. Там-то меня вряд ли найдут.

В любом случае Тимофей вместе со своими родителями может удавиться, но раньше, чем того официально потребует старейшина, я им и носа своего не покажу.

– Всегда мечтала поздороваться с ними, – как можно более враждебно ответила я.

– Василиса!

– Я уже шестнадцать лет Василиса!

К черту мое желание быть послушной дочерью! Против этой идиотской ритуальной свадьбы и всего, что с ней связано, я собиралась упираться всеми руками и ногами, хотя и понимала, как это глупо.

Рука отца легла мне на плечо. Мирный жест, но я поняла, что он означает: «Замолчи». Какая-то часть меня желала скинуть руку, наорать на родителей и сбежать, но я все еще надеялась, что в какой-то момент папа скажет, что он придумал, как мне спастись, и что происходящее – часть его плана. Поэтому, несмотря на то что минуту назад планировала продолжить бунт, я действительно притихла.

– Иди к гостям, дорогая, – миролюбиво сказал отец маме. – Василиса сейчас придет.

Сейчас я его не видела, но представила, что смотрит он на маму с теплой улыбкой. Отец любил