- Да. Можно говорить с теми, кто далеко.

Акакий тут же встрял:

- С теми, кто далеко, лучше не говорить! Они и так все знают. И про мавку эту тоже! - он ткнул пальцем в Арину. – Вот, привёл! Теперь слухи по окрестностям пойдут, и сюда полезут другие порождения нави!

- Не полезут, - снова одёрнул домовика. – На доме защита стоит.

Акакий фыркнул:

- Защита! Ага! Я – защита! Я! А ты только таскаешь всяких!

Я включил камеру на телефоне, чтобы показать Арине её отражение. Она увидела своё лицо на экране и замерла.

- Это… я? - прошептала хрипло.

- Да.

Мавка протянула палец и коснулась стекла. Потом резко отдёрнула руку, будто боялась, что телефон укусит. Она смотрела на себя долго. И я видел, как внутри неё шевелится что-то страшное: память. Там, в глубине, под личиной мавки находилось лицо живой Арины. Но пока на поверхности виднелся лишь лик утопленницы, сотканный из воды и глубокой боли.

Я быстро сменил тему. Иногда лучше не давать человеку смотреть в зеркало слишком долго.

- Пойдём, - сказал я. – Покажу, где… - снова задумался. – Туалет.

Слово «туалет» для неё было пустым, но Арина послушно пошла следом. В ванной я включил свет, и она снова вздрогнула. Показал унитаз.

- Это… - девушка нахмурилась. – Горшок?

- Почти, - сказал я. – Только выносить не надо.

Я нажал кнопку смыва, и вода зашумела, устремившись в слив. Арина отшатнулась так, будто из белого фарфора сейчас вылезет змея.

- Вода… в доме… течёт… как река, - прошептала она, и в голосе её слышалось неверие.

- Это безопасно.

Она смотрела на вращающийся водоворот, будто на маленький омут, потом перевела взгляд на меня.

- Ты… как держишь воду… в белом?.. – она не смогла подобрать слов.

- Это наука, - улыбнулся Арине.

Акакий, конечно, тут же высунулся из-за двери:

- Ага! Держит! А потом удивляется, что у него всякая мокрота в дом лезет!

- Акакий, уйди, - шикнул на домовика.

- Я не уйду! Это мой дом! - пискнул домовой. – И я первым утону, если что!

Арина неожиданно тихо фыркнула. Впервые мавка засмеялась. Я даже готов был расцеловать сварливого Акакия, потому что его ругань возымела положительный эффект. Хорошо. Смех – мост к человечности.

Мы вернулись в комнату, и я включил кофемашину на кухне, и она зашипела, выплюнув облако пара. Арина вцепилась пальцами в край стола и опасливо втянула голову.

- Зверь, - сказала она уверенно.

- Кофемашина, - поправил я. – Делает кофе.

- Кофе… - она повторила неизвестное ей слово.

Самая большая проблема заключалась в том, что Арине нужна была одежда. Нет, мавка не боялась холода, но в подобном виде ходить ей было нельзя. Я достал из шкафа чистую рубашку из белого хлопка и протянул ей.

- Надень. Пока так. Женское куплю чуть позже, когда в город поеду.

Она смотрела на ткань долго, но в руки вещь не брала.

- Странная одежда, - наконец, выдала Арина характеристику обычной рубашке.

- В наши дни самая простая.

Она взяла рубашку и прижала к лицу. Вдохнула.

- Ты пахнешь… лесом, - сказала она неожиданно. – И… - Арина чуть задумалась. Чем-то необычным. Фрктами и травами?

- Это туалетная вода. В современном мире люди ей пользуются.

- И девушки?

- И девушки, - кивнул я. – Только для вас запахи делают другие.

Я отвернулся, когда девушка взглянула на меня стыдливо.

- Могу выйти.

- Пожалуйста, - попросила она тихо.

- Руслан, - вдруг раздался голос Акакия откуда-то сверху.

Я поднял глаза.

Домовой сидел на верхней полке, сложив руки на груди.

- Я её всё равно выгоню, - заявил он мрачно. – Не сегодня, так завтра. Это вода. А вода в доме к беде.

Арина замерла, застегнув пуговицы лишь наполовину. Потом медленно повернулась к полке и хрипло сказала:

- Я… не вода. Я… Арина.

Акакий открыл рот, явно собираясь выдать очередную колкость… и вдруг замолчал. Взглянув на мавку в своей рубахе, поймал себя на странном чувстве. Тонкая, бледная, почти прозрачная. Такая хрупкая и на вид беззащитная Арина выглядела очень трогательно в моей рубашке. Недаром мужчины считают это сэксуальным. Только обманываться нельзя. За видимой хрупкостью скрывается навье нутро. Я поспешно отвернулся и поманил девушку за собой. Приведя её в свой кабинет, показал ноутбук. Когда экран мигнул и загорелся ровным светом, Арина снова вздрогнула.

- Окно… - прошептала она. – Но… внутри.

- Это как книга, - сказал я. – Только здесь их очень много. А ещё всякие движущиеся картинки.

- Книга… - её лицо смягчилось. – Я… читала.

- Читала, - повторил я с улыбкой. – Значит, не всё потеряно.

Акакий подошёл ближе, прищурился, взглянув на ноутбук, словно на проклятый предмет.

- Эту штуку я не люблю, - буркнул он. – Она жужжит и светится. От неё даже мыши дуреют.

- Это ты мышей дурными делаешь, - парировал я.

Домовой оскорблённо фыркнул и исчез, но ровно на минуту, чтобы потом появиться снова там, где его не ждут и скинуть на голову Арине половую тряпку.

- Если вода капать начнёт, - съязвил и смылся, гадёныш такой.

- Не обращай на него внимания, - я быстро убрал тряпку подальше в угол. – Он привыкнет.

Мавка грустно покачала головой, но промолчала. А мне сделалось неудобно перед ней из-за поведения Акакия.

Тяжело вздохнув, закрыл ноутбук. Буду знакомить Арину с технологиями современности постепенно. А сейчас не мешало бы хоть немного вздремнуть. Голова уже трещала и требовала срочного отдыха. Даже горячий кофе прийти в норму не помог. Кстати, Арине он не понравился.

- Горько, - поморщилась она, попробовав предложенный напиток.

- Зато бодрит, - улыбнулся. – Ладно, давай-ка немного поспим. Ты вообще спишь? Тебе нужен отдых?

- Сон… - повторила Арина, и в её голосе мелькнуло что-то тёмное. Она знала цену сну. – Я просто посижу тихонько на… кухне. Спи.

Акакий недобро прищурился.

- Я за ней наблюдать буду, - сурово пообещал домовой. Переложив на него присмотр за мавкой, отправился в спальню, надеясь, что домовик не будет слишком злобствовать.

Глава 8

Глава 8

Руслан

Утро в деревне начинается иначе, чем в городе. Здесь нет того шума, который действует на нервы.