У тебя есть доступ к архивным данным по орбитам крупного мусора?

Он кивнул и отплыл к своему модулю, не дожидаясь дополнительных инструкций.

— Доверяешь ему? — шепнул Алексей по-русски.

— А у нас есть выбор? — ответила Анна на том же языке.

Мария проверяла пульс, прижав пальцы к шее. Считала про себя. Семьдесят ударов в минуту. Ровно семьдесят. Как вчера. Как позавчера.

Совпадение. Не думай об этом.

Но внизу, на экране, белые массы на поверхности Земли пульсировали в том же ритме.

Совпадение.

***

11 января | 20:00

Модуль Unity вонял потом и машинным маслом. Джек и Алексей работали в тандеме уже шесть часов, прикрепляя импровизированную защиту к самым уязвимым местам станции.

— Вот здесь, — Джек указал на схеме. Капля пота сорвалась со лба, лениво поплыла в сторону. — Модуль «Заря». Минимальная защита, а внутри — сердце системы жизнеобеспечения. Один хороший удар, и...

Джек оборвал себя.

— Kevlar from spare suits? (Кевлар из запасных скафандров?) — предложил Алексей, вытирая руки о комбинезон.

— Better than nothing. And here (Лучше, чем ничего. И здесь) — можем переместить контейнеры с водой к внешней стенке.

Они работали молча. Годы тренировок брали своё. Временное перемирие перед лицом общей угрозы.

— Подай мне тот ключ, — Алексей протянул руку.

— Which one? (Какой?)

— The socket wrench. Ten millimeters. (Торцевой ключ. Десять миллиметров.)

Джек полез в ящик с инструментами, закреплённый на стене. Его рука нащупала что-то мягкое за панелью. Нахмурился. Потянул.

Пакет. Ещё один. Пять пакетов сублимированной еды, спрятанных за инструментами.

Что за...

— You find it? (Нашёл?) — спросил Алексей, не оборачиваясь.

— Yeah. Here. (Да. Вот.) — Джек передал ключ, быстро задвинув пакеты обратно.

У Вэй Лина нет сюда доступа. Кто оставил их. И зачем?

Он продолжил работу, но мысли крутились как бешеные. Сара? Слишком честная. Сам? Нет, он бы помнил. Остаётся...

Не думай. Работай. Потом разберёшься.

«Внимание! Температура в модуле... минус... плюс... ошибка определения реальности...»

Голос системы сломался, стал детским.

«Мама, холодно... мама, где ты?»

Потом старческим.

«Конец времён пришёл...»

Снова обычным.

«Ошибка определения реальности...»

— Зараза, — выругался Алексей и потянулся выключить динамик.

— Leave it. (Оставь.) — остановил его Джек. — Хоть какой-то голос, кроме наших.

Алексей посмотрел на него как на сумасшедшего, но руку убрал.

В своём углу модуля «Звезда» Алексей делал записи в личном журнале. Почерк становился всё более неровным, буквы плясали.

«Кто-то прячет еду в американском сегменте. Все готовятся. К чему? Что они знают, чего не знаю я? НЕ ДОВЕРЯЮ НИКОМУ. НИКОМУ»

Он спрятал журнал под матрас спального мешка. Все видели флешку в кармане Джека. Все помнили. Все молчали.

Параноя? Может быть. Но параноики иногда оказываются правы.

Особенно когда вокруг тебя действительно враги.

***

12 января | 07:00

Утро началось с осознания: что-то не так с воздухом.

Сара проснулась от того, что не могла дышать. Нет — могла, но воздух был неправильный. Густой. Влажный. Как в бане, только холодной.

Она протёрла глаза, поморгнула. Спальный мешок был мокрым от конденсата. Насквозь. Комбинезон прилип к телу, покрытый белыми разводами соли.

— What the... (Что за...) — она попыталась сесть, вспомнила про невесомость, зацепилась за поручень.

Температура на панели показывала 21°C. Но ощущалось как все 15. Влажность — 85%.

Система климат-контроля сдохла. Отлично. Просто отлично.

В отсеке витал запах. Сложный коктейль из озона от перегретой электроники, кислого пота семерых немытых тел и чего-то ещё. Сладковатого. Органического.

— The water recycling. Biofilm in the pipes. Without proper temperature control, it's growing. (Система рециркуляции воды. Биоплёнка в трубах. Без нормального контроля температуры она растёт.) — Джек проплыл мимо, не останавливаясь.

Его волосы стояли дыбом, склеенные потом и грязью.

Биоплёнка. Бактерии, размножающиеся в трубах системы водоподготовки. Пьём бактериальный суп. Дышим их отходами.

Станция гниёт. Как труп.

На холодных металлических переборках в теневой стороне орбиты образовался локальный иней. Тонкий слой кристаллов, похожий на могильную изморозь. Но стоило станции повернуться к солнцу, как иней таял, превращаясь в капли.

Вентиляция хрипела, как старик на аппарате ИВЛ. Влажные разводы тянулись по стенам. Конденсат собирался в углах, стекал по переборкам.

В модуле Columbus половина ламп перегорела за ночь. Оставшиеся мигали, создавая стробоскопический эффект. Предметы двигались рывками, тени плясали по стенам как в старом фильме ужасов.

Мария подплыла к системе водоподготовки. На дисплее мигало сообщение.

ERROR-07: Pump overload / manual override required (ОШИБКА-07: Перегрузка насоса / требуется ручное управление)

Она потянулась к ручному насосу. Качнула раз, другой. Вода пошла мутная, с белёсыми хлопьями.

— Biofilm. The whole system is contaminated. (Биоплёнка. Вся система заражена.) — сказала она глухо.

Хлопья вяло кружились в пластиковой ёмкости. Отслоившаяся биоплёнка из труб. Миллиарды бактерий, которые они будут пить.

Или умрём от жажды. Выбор отличный.

— Можно прокипятить, — предложил Алексей.

— Чем? — Джек развёл руками. — Система подогрева еды еле работает. А кипятильник жрёт остатки энергии.

— Тогда йод. Или хлор.

— Which we need for OTHER things. (Которые нужны нам для ДРУГИХ вещей.) — огрызнулся Джек.

Начинается. Драка за ресурсы. За каждую каплю. За каждый глоток.

Мы умрём не от жажды. Мы передушим друг друга за воду.

***

13 января | 16:00

БАМ!

Удар был сильнее всех предыдущих. Весь Kibo содрогнулся. Аварийная лампа замигала красным.

— Пробоина! — Хироши уже летел с ремкомплектом, отталкиваясь от стен с отработанной точностью.

Дыра размером с монету зияла в переборке. Воздух со свистом вырывался наружу, тонкой струёй. Давление падало: десятая атмосферы за минуту.

— Герметик! Быстро! — Анна подлетела с другой стороны.

Хироши уже накладывал заплатку. Быстро, профессионально. Сотни тренировок. Герметик расползался по металлу, застывая в вакууме. Свист стих. Давление стабилизировалось.

— Смотрите, — Мария указала на место удара. Пальцы тряслись. — Это же точно стык между панелями. Самое слабое место.

— Coincidence. (Совпадение.) — буркнул Джек, но в голосе сквозило сомнение.

Вероятность попадания именно в стык: один к четырёмстам. Но при угле в 37 градусов... Джек быстро прикинул в уме. При такой траектории стык, единственное уязвимое место. Миллиметр левее — отскок. Правее — попадание в усиленную панель.

Как стрелять в щель в броне. Снайперский выстрел.

— You think someone... (Ты думаешь, кто-то...) — Анна не договорила.

— I think we're seeing patterns where there aren't any. Because the