мигает помехами. Изображение распадается на пиксели. Когда картинка восстанавливается, Вэй Лин уже улетает.

***

Внизу, на ночной стороне Земли, белые артерии пульсировали в едином ритме. Ровно. Безостановочно. Семьдесят ударов в минуту.

Как человеческое сердце.

Но чьё?

И почему оно всё ещё бьётся, когда все сердца внизу давно остановились?

Семеро спали — каждый со своими кошмарами. Семеро дышали — пока. Семеро существовали в железном пузыре, окружённом вакуумом и тайной.

️️️

Глава 4. Подозрения

«Мы умираем не от недостатка кислорода. Мы умираем от недостатка доверия.» — запись в дневнике С. Джонсон

7 января 2027 | День 7 катастрофы

Локация: МКС, российский сегмент

Температура: +20°C (внутри станции)

Связь: отсутствует 7 дней

Ресурсы: О₂ на 5 месяцев 24 дня

Экипаж: 7 человек

***

14:30

Тик. Тик-тик.

Звук песчинок по металлу. В космосе не бывает дождя, но это похоже на его начало.

Алексей Кузнецов завис у панели контроля систем жизнеобеспечения, пальцы порхали по сенсорным кнопкам. Рутинная проверка. Сотая? Тысячная? Он перестал считать после того, как Катя...

Не думать. Проверять системы. Дышать.

— Давление в норме, — пробормотал он себе под нос. — Температура... двадцать два и три. Влажность...

Тик-тик. Тик.

Громче. Чаще.

— Слышали? — Джек Коллинз оторвался от ноутбука в соседнем модуле. Экран отражался в его покрасневших глазах — он не спал вторую ночь подряд, высчитывая траектории обломков по устаревшим данным.

— Микрометеориты, — Алексей пожал плечами, не оборачиваясь. — Обычное дело.

Но частота ударов на графике говорила другое. Восходящая кривая, плавная как дыхательная. Час назад — три удара. Полчаса назад — семь. Сейчас...

Тик-тик-тик-тик.

Анна Волкова подплыла бесшумно, как всегда. Командирская привычка: появиться, оценить ситуацию до того, как её заметят.

— Покажи логи за последние сутки.

Алексей вывел данные на основной монитор. Линия ползла вверх, как температура у больного.

— Мы же должны были скорректировать орбиту пять дней назад. — Анна не отрывалась от цифр. — Отклонение уже 2.3 километра от оптимальной траектории.

— So? We're probably passing through some debris field. Happens all the time. Just need to ride it out. (Ну и? Мы, вероятно, проходим через поле обломков. Такое постоянно случается. Просто нужно переждать.) — Джек подтянулся ближе, зацепившись за поручень.

Раньше мы не «проходили». Раньше Хьюстон уводил нас в сторону. Раньше...

Анна прикусила губу. Металлический привкус во рту усилился. Стресс и начинающееся обезвоживание. Все экономили воду, даже не договариваясь.

«Доброе утро, экипаж. Сегодня... сегодня... седьмое января две тысячи... ошибка... год не определен... все годы закончились...»

Синтетический голос автоматической системы дёрнулся, словно поперхнулся собственными словами. Все трое синхронно повернулись к динамику.

— Опять глючит, — Джек потянулся к панели управления. — Без синхронизации с Землёй система времени плывёт. Пытается экстраполировать дату, но...

«Все годы закончились... закончились... конч...»

Щелчок. Тишина.

— Лучше так, — Алексей потянулся к переключателю.

Никто не спорил.

***

19:00

Они собрались в куполе, не сговариваясь. Семеро молчащих людей, прикрепившихся к поручням по кругу. Внизу медленно поворачивалась белая Земля. 82% поверхности под ледяным саваном.

Города почти не светились под белым покровом. Слабые призрачные огоньки в молоке. Электричество текло по проводам, генераторы работали. Но людей там больше не было. Только свет. Только иллюзия жизни.

— Сегодня неделя, — тихо сказала Анна. — Неделя как...

Она не закончила. Не нужно было.

Джек смотрел вниз. Губы едва шевелились.

— My girls would be in school now. Third grade and kindergarten. Emma loves... loved her teacher. (Мои девочки сейчас были бы в школе. Третий класс и детский сад. Эмма любит... любила свою учительницу.)

Loved. Прошедшее время. Привыкай, Коллинз.

— В Токио сейчас утро, — добавил Хироши. — Кейко всегда вставала в пять тридцать. Любила встречать рассвет.

Тишина.

— Моя Катя... — Алексей сглотнул. — Ей было четыре. Только научилась писать своё имя.

Мария всхлипнула.

— Mi madre tenía un restaurante en Barcelona. The smell of paella... (Моя мама держала ресторан в Барселоне. Запах паэльи...) — голос сорвался.

Вэй Лин молчал до конца. Потом тихо, по-китайски:

— 十四亿灵魂。一个沉默。(Четырнадцать миллиардов душ. Одна тишина.)

Никто не попросил перевести. Все поняли.

Внизу Земля совершила ещё один градус поворота. Где-то там, под белым покрывалом, лежали их жизни. Всё, что они любили.

Семеро живых молча оплакивали миллиарды мёртвых.

***

9 января | 10:00

Модуль Unity гудел напряжением. На главном дисплее: карта орбитального мусора, составленная по данным недельной давности. Красные точки роились как разозлённые осы.

— Based on available data... (По имеющимся данным...) — Хироши водил пальцем по экрану, оставляя влажные следы. Влажность поднялась до 68% — системы климат-контроля работали с перебоями. — Мы проходим через след от Fengyun-1C. Китайский спутник, взорванный в 2007-м во время испытаний противоспутникового оружия.

Вэй Лин дёрнулся при упоминании китайского спутника, но промолчал. Он вообще почти не говорил после смерти Томаса.

— И? — Алексей нетерпеливо барабанил пальцами по переборке.

— Тысячи фрагментов движутся роем. Как... — Хироши искал сравнение. — Как пчелиный рой. Плотность максимальна в центре. Без данных с Земли мы не знаем, где именно мы относительно центра.

— То есть удары будут учащаться?

— Или прекратятся. Пятьдесят на пятьдесят.

«Внимание экипаж! Физические упражнения улучшают... ошибка... смерть неизбежна... улыбайтесь!»

Все вздрогнули. Голос системы становился всё более хаотичным, смешивая фрагменты разных сообщений.

— Так, — Анна взяла себя в руки первой. — План действий. Алексей, Джек — проверяем все заплатки последних двух лет. Укрепляем слабые места. Используем кевлар из запасных скафандров, если нужно.

— What about water reserves? We can position water bags along critical sections. Additional mass. (А что с резервами воды? Мы можем разместить мешки с водой вдоль критических секций. Дополнительная масса.) — Джек уже делал пометки в планшете.

— Хорошая идея. Мария — подготовь медотсек к возможной разгерметизации. Аптечки первой помощи в каждый модуль. Сара — полная инвентаризация ремкомплектов.

— А я? — Вэй Лин заговорил по-английски впервые за несколько дней. Акцент сильный, но слова чёткие.

Пауза. Все посмотрели на него с подозрением. У шлюза, когда Томас... Он был там. Что-то делал с панелью.

— Ты... — Анна замялась. — Ты можешь рассчитать наиболее вероятные векторы подлёта?