человека резко поменялась. До того, как войти в этот самолет он был государственным служащим, федеральным агентом ЦРУ. Скорее всего у него была неплохая зарплата, различные льготы и социальный пакет. Но вряд ли он был очень богатым человеком, думаю на его банковском счету были накопления, но не больше, чем сумма с четырьмя или пятью нулями. А тут сразу — бац! и пятьдесят миллионов долларов. Но взамен надо отказаться от прежней жизни, предать свою страну и переметнуться во вражеский стан. Кстати, надо будет приглядеться в Мозесу спустя какое-то время, а то что-то он легко согласился, может планирует стать двойным агентом. Да и вообще уж больно все происходящее похоже на подводку ко мне засланного казачка. Фрэнк Мозес — идеальный незнакомец. Ладно, сейчас главное вырваться с Арубу и вернутся домой, а там поглядим.

— По рукам, — я протянул свою руку для рукопожатия.

Фрэнк подался вперед и неожиданно ухватил меня не за ладонь, а за запястье правой руки. Я почувствовал резкий укол у основания запястья, там, где обычно меряют пульс. Мельком глянул на руку бритоголового и успел заметить, как между его пальцев, обхвативших моё запястье появилась тонка струйка крови. Моей крови…

Падла, падла, подловил…

— Перстень, — догадливо прошипел я.

Мозес лишь слегка кивнул и победно оскалился. Радуется гад, что подловил меня и смог перехитрить. Чёрт бритоголовый!

Второй рукой я подхватил со стола пивной бокал, собираясь со всего размаху шмякнуть им агента Мозеса по голове, так чтобы толстое стекло ударило аккурат в висок лысого урода, но силы буквально за мгновения покинули моё бренное тело, и я плюхнулся мордой на стол уткнувшись в тарелку, где лежала горка вяленой рыбной соломки.

Удивительное состояние — тело абсолютно не слушается меня, зато голова работает почти четко. Перстень Фрэнка был с сюрпризом. Черт, а ведь я в своё время читал книгу Джеймса Чейза «Перстень Борджиа», там как раз было про перстень с потайной отравленной иглой. Один из алмазов перстня — резервуар с ядом, а внутри него — маленькая игла. Когда главный злодей хотел избавиться от врага, он поворачивал перстень так, что алмазы и игла оказывались внутри ладони, и пожимал несчастному руку. Остриё иглы царапало кожу, яд проникал в кровь, через несколько часов человек умирал.

— В его крови токсин, убьете меня, и ваш босс умрет вместе со мной, — раздался надо мной нервный крик Мозеса. — Антидот есть у…

Бумс! Агент Фрэнк Мозес совершив причудливый кульбит и будто бы пробка из-под шампанского со всего размаху влетел в борт самолета, только чудом не размозжив свою лысую черепушку о стекло иллюминатора. О, как! Похоже это его Эко приложил. Чернокожий здоровяк одной рукой с лёгкостью жмет стокилограммовую гирю. Ну, что Мозес получил? Думал, что ты неуязвимый? Сейчас тебе мои парни устроят армагеддон! Это тебе не героя-одиночку изображать, альфа дог мать твою так…

Бумс! Чернокожий бугай подхватил агента Мозеса под микитки и со всего размаху швырнул американца о другую стену самолета. Черт, если бугая не унять, то он мне сейчас всю обшивку в самолете заляпает мозгами агента ЦРУ. Замучаешься потом оттирать все эти сопли и подтеки с полированного дерева.

— Шакал!!! — взревел Эко, хватая с пола кейс с золотом, чтобы окончательно забить им Мозеса в пол. — Все американцы — бандиты, им нет веры!

— Не убивать, — найдя в себе силы еле слышно прошептал я. — Никаких расправ, он мне нужен живым.

Пока Эко швырял агента Мозеса по салону самолета играя Фрэнком в пинг-понг, Гагик был уже возле меня и пытаясь оказать первую помощь. Плечо туго стянул жгут, перекрывающий кровообращение, а в кожу впились один за другим три укола.

— Эко хватит его швырять по всему салону! — рыкнул Гагик. — Сними с этого гада кольцо, только осторожно и уколи им ему в шею, пусть сам озаботится скорыми поисками антидота. Только свяжи его, чтобы он не рыпался. Саня помогай, надо подержать флакон капельницы. Ничего босс, сейчас мы вас быстро на ноги поставим, — это уже Гагик мне говорит, обнадеживает, успокаивает, — кровь почистим, универсальные антидоты что есть в наличии я вам уже вколол, кровоток перекрыли. Всё будет пучком!

Гагик — молодчина, вон как быстро включился в процесс: жгут наложил, различные вакцины-антидоты вколол, капельницу поставил.

— Зря стараетесь, — проворчал американец, когда ему Эко несколько раз ткнул в шею малюсенькой иглой, выдвигающийся из перстня с костями и черепом. — Мне заранее вкололи антидот.

— Ничего разберемся, — отмахнулся Гагик, аккуратно упаковывающий печатку в полиэтиленовый пакет на клипсе.

Бортпроводник-медработник коротко размахнулся и ударил Мозеса в челюсть. Гагик, кстати, помимо того, что чемпион Кабинды по быстрым шахматам он еще и КМС по боксу.

— Это тебе лично от меня! — прошипел Гагик.

— Еще минута мистер Чехофф и добро пожаловать в рай или в Ад, как вам больше нравится, — сплевывая выбитые зубы прошипел Мозес. — Ваш медик ввел вам положенные по протоколу при отравлении препараты. Если не ошибаюсь, то на одном тюбик-шпице красный колпачок, а на другом оранжевый?

— Да и что? — нахмурился бортпроводник.

— А то, что мы заранее знали ваш протокол действий в подобных ситуациях, учли это и счет пошел на минуты, введённые препараты только усилили действие токсина, который специально для этого разработали. У него нет аналогов и уникальный антидот в нескольких экземплярах. Еще пара минут и мистер Чехофф умрет. От токсина «белый слон» не помогут обычные препараты, они только усилят действие отравы. Открывайте дверь и выбрасывайте белый флаг иначе ваш командир умрет, — злорадно прошипел агент Фрэнк Мозес.

Я чувствовал, как силы покидают меня: рука горела огнем, горло сковала невидимая удавка, которая затягивалась все сильнее и сильнее. Перед глазами все померкло, голова закружилась, а чертова невидимая петля на шее окончательно перекрыла дыхание, я захрипел, свет в глазах померк, последнее что я услышал был командирский рык Семеныча:

— Открывай дверь! Если командир помрет нас его жены выпотрошит, причем в буквальном смысле, вы все знаете крутой нрав Бьянки.

Через пару секунд я почувствовал, как с моего плеча сняли давящий жгут, а в кожу вонзилась острая игла, потом следом еще одна и еще. Пара минут и удушье исчезло, зрение вернулось, но запястье рук стянули сталью наручников. Пока мне был виден лишь стол, на котором я лежал лицом вниз. Меня подхватили под руки и усадили на кресло.

Вот теперь можно и оглядеться. Салон самолет стал похож на автобус в час пик: помимо экипажа, моих охранников и Фрэнка Мозеса сюда каким-то чудом набилось с десяток бойцов спецназа,