Таким образом, все указанные выше обвинения в отношении СССР не выдерживают никакой критики, и все такого рода слухи распространяются лишь для того, чтобы больше разжечь чувство беспокойства, тревоги и военной истерии, а вовсе не имеют целью действительное урегулирование положения в Берлине.

В ноте трех правительств от 26 сентября содержится также голословное заявление, будто бы советские власти в Берлине допустили попытку со стороны меньшинства населения Берлина насильственно свергнуть берлинский муниципалитет. Советское правительство в своей ноте от 3 октября, адресованной трем правительствам – США, Великобритании и Франции, – официально опровергло эти голословные обвинения. Советские власти в Берлине имели со стороны Советского правительства твердые указания, несмотря на имеющееся среди берлинского населения недовольство по поводу создавшего положения, обеспечить со своей стороны спокойные условия для работы местных берлинских органов, что и было подтверждено министром иностранных дел Советского Союза В. М. Молотовым 30 августа во время встречи с представителями Соединенных Штатов Америки, Великобритании и Франции. Нелепость приведенных выше заявлений по отношению советских властей видна также из того факта, что беспорядки, о которых говорят ноты трех правительств, имели место в тех частях Берлина, которые не находятся в ведении советского командования и за которые, следовательно, отвечает не советское командование, а отвечают военные власти трех других секторов Берлина. Таким образом, это утверждение трех правительств также не соответствует действительному положению.

Следовательно, и довод о том, что создавшееся в Берлине положение представляет собой угрозу миру и безопасности, довод, который приводился в пользу необходимости рассмотрения берлинского вопроса в Совете безопасности, должен также считаться совершенно несостоятельным. Его нужно просто отвергнуть, как не отвечающий действительности. На основании изложенных мною выше мотивов мы возражаем против предложения включить вопрос о Берлине в повестку дня Совета безопасности и настаиваем на том, чтобы этот вопрос в повестку дня Совета безопасности не был включен.

ЕЩЕ РАЗ О ВКЛЮЧЕНИИ В ПОВЕСТКУ ДНЯ СОВЕТА БЕЗОПАСНОСТИ ВОПРОСА О ПОЛОЖЕНИИ В БЕРЛИНЕ

Речь на заседании Совета Безопасности 5 октября 1948 года

В своем вчерашнем выступлении американский представитель повторил нелепые обвинения о блокаде Берлина, о насильственных действиях советских властей в Берлине и т. д. Мы уже вчера указывали на ряд фактов, – а известно, что факты красноречивее всяких слов, – доказывающих, что в Берлине никакой блокады со стороны советских властей нет, никакой угрозы голода нет и нет ничего подобного тому, что так старательно пытался изобразить вчера здесь представитель США. Между прочим, он заявил, что будто бы советская сторона сама признает, что берлинская блокада была предпринята «в отместку», как сказал г. Джессеп б, за мероприятия со стороны западных держав в западных зонах Германии. Это, конечно, является явным измышлением. Все эти необоснованные и голословные заявления и часто, как мы видим, такие, которые приписываются представителям Советского Союза, хотя они ничего подобного этим заявлениям не делали и не говорили, являются не чем иным, как ложным приемом пропаганды, преследующим свои цели, ничего общего не имеющие с действительным стремлением к урегулированию ряда еще не разрешенных вопросов. Поэтому всякому непредубежденному человеку должен быть ясен специфический характер вчерашнего выступления представителя США.

На такого рода необоснованное и нелепое заявление Советское правительство уже дало убедительный ответ в своей ноте от 3 октября. Поэтому я не вижу никакой необходимости останавливаться дальше на данном вопросе и заниматься повторением тех фактов, которые надлежит считать уже установленными.

Наиболее существенной частью вчерашнего выступления г. Джессепа была попытка доказать правильность внесения берлинского вопроса на рассмотрение Совета безопасности ссылкой на статью 107 Устава ООН. Ввиду отсутствия достаточных аргументов у инициаторов внесения берлинского вопроса в Совет безопасности, как это вчера совершенно явно продемонстрировали представители США и Великобритании, они сделали попытку увести нас от обсуждения вопроса относительно включения или невключения в повестку дня Совета безопасности берлинской проблемы на путь враждебной Советскому Союзу пропаганды. Именно этим можно объяснить такое совершенно необоснованное заявление, которое было сделано американским представителем, что якобы Советское правительство отказывается от механизма мирного урегулирования, установленного Объединенными Нациями, и будто бы оно, Советское правительство, отрицает, что Объединенные Нации являются органом, к которому народы должны обращаться за помощью в поддержании международного мира и безопасности.

Это заявление нельзя принять всерьез, потому что нельзя же игнорировать такие факты, как то, что Советское правительство предлагает передать берлинский вопрос на рассмотрение Совета министров иностранных дел, который, как известно, и был создан в качестве инструмента для мирного урегулирования вообще с бывшими вражескими странами и в том числе с Германией.

Я еще раз должен напомнить, ввиду странной забывчивости в этом отношении моих оппонентов, что мы имеем ряд международных соглашений, которые были заключены в Лондоне. Я имею в виду согласованные решения Европейской Консультативной комиссии в 1945 году; соглашения, принятые в Ялте и Потсдаме, те исторические решения, которые определили основные экономические и политические принципы, установленные великими державами в отношении Германии на весь период, следующий за ее безоговорочной капитуляцией, а также ряд соглашений, заключенных в Берлине между четырьмя державами по поводу оккупации зон Германии. Все эти международные соглашения с полной неопровержимостью устанавливают, что вопросы послевоенного мирного урегулирования с Германией, согласно международным соглашениям и договорам великих держав, относятся к компетенции Совета министров иностранных дел. К сказанному добавлю лишь, что сам Совет министров иностранных дел является инструментом мира. Разграничение его компетенции от компетенции Совета безопасности идет вовсе не по той линии, по которой это разграничение намечают представители США и Великобритании, они ошибочно утверждают, будто один из этих органов является инструментом мира и безопасности народов, а другой не является инструментом мира и безопасности. Разграничение компетенции Совета министров иностранных дел и Совета безопасности идет не по этой линии, такое представление о Совете Министров иностранных дел было бы грубым извращением самого существа, самой природы Совета министров, как определенного инструмента международного сотрудничества. Разграничение должно итти по совершенно другой линии.

И вот это обстоятельство и нашло свое отражение, в частности, в статье 107 Устава Организации Объединенных Наций.

Я должен сказать также, что не только Совет министров иностранных дел, но также созданный для Германии четырехсторонний контрольный механизм является также инструментом для обеспечения мира и безопасности. В декларации о поражении Германии и взятии на себя четырьмя оккупирующими державами ответственности за управление Германией, подписанной в июне 1945 года, прямо указывается на то, что при осуществлении верховной власти в отношении Германии, принятой на