как я могу удостовериться, что это именно наш брат Хартман? Отсюда со стен не разглядеть его лица. Вы, новгородцы, коварны. Прикажи своим людям подъехать поближе, и если это именно он, мы будем разговаривать дальше.

Загремели цепи, и через заполненный водой ров лёг мост, открывая проезд к воротам. Они тоже заскрипели, и между створками показалась небольшая щель.

— Магистр, никто из моих людей не сдвинется с места, — заявил, нахмурившись, Онни. — А если они почувствуют подвох, то исполнят мой приказ и немедленно убьют вашего рыцаря. Поэтому давайте будем честны — посылайте любого своего человека на опушку леса, и пусть он удостоверится, что я вас не обманываю. Мне же покажите двоих моих людей, я хочу убедиться, что они ещё живы. И не дай бог вам покалечить кого-нибудь из них сейчас перед обменом, вы получите своего Хартмана таким же.

— Ты мне не доверяешь, сотник?! — бросил с высоты башни Фольквин фон Наумбург.

— При всём уважении к вам, магистр, извините, но нет, — Онни покачал головой. — Поэтому, повторюсь, давайте будем честны хотя бы сейчас.

— Приведите пленных, — махнул рукой магистр после некоторого раздумья.

Прошло довольно много времени, и над парапетом надвратной башни показались головы двух пластунов.

— Здорова, братцы! — крикнул им стоящий внизу сотник. — Не надоело вам бездельничать?! Мы тут, понимаешь ли, воюем, врага бьём, а они прохлаждаются.

— Здравия тебе, командир! — загомонили Вахруша с Неемо. — Засиделись! Давно бы сбегли, да нас в цепи заковали.

Воротные створки приоткрылись, и по подъёмному мосту через ров проехал всадник в сером плаще.

— Мой человек хорошо знает рыцаря Хартмана фон Хельдрунгена, — вновь послышался голос магистра. — Он должен убедиться лично, что там сейчас именно он.

— Конечно, — согласился Онни. — Только пусть он не подъезжает к нему ближе чем на десять шагов, мои пленные воины ведь вообще с вами на стене.

— У тебя там трое всадников, мой человек едет один, ты боишься за них?! — воскликнул насмешливо Фольквин.

— Нет, — покачал головой командир пластунов. — Чего мне бояться, когда из кустов на него будет целиться сотня луков и арбалетов. Вы ведь хорошо знаете, как точно и далеко они бьют?

— Людвиг, стой! — донеслось с башни. — Просто посмотри, этого будет довольно.

Всадник в сером плаще остановил коня и обернулся.

— Хорошо, господин, — кивнул он согласно, — я понял, — и тронул поводья, проезжая мимо Онни.

Прошло минут пятнадцать, и он вернулся к воротам.

— Магистр, это действительно Хартман фон Хельдрунген, — доложил Людвиг, поднявшись на башню. — Целый и невредимый. Он сказал, что его поймали в лесу, когда его отряд отступал после разгрома у реки Педья. Я бы мог попробовать его освободить, как вы изначально приказывали, но…

— Не нужно рисковать, — произнёс, нахмурившись, магистр. — Мы погоним в лес всех наших язычников, как только состоится обмен. Пусть они выбьют эту русскую сотню подчистую. Против такого количества она долго не простоит. В лесу и самый простой ополченец будет хорошо сражаться. А уж под конец, Герберт, ты можешь пустить туда пару наших орденских конных сотен. Глядишь, и удастся захватить живыми несколько пленных. Доведите до ливов и латгаллов, что за каждого русского пленного мной обещано вознаграждение.

— Слушаюсь, магистр, — склонил голову командир орденской конницы.

— Steh still, du dreckiges Schwein![10] — рявкнул стражник и влепил Вахруше затрещину.

Пластун, звякнув цепями, пошатнулся.

— Пауль! — подняв голову, возмущённо воскликнул один из мастеровых. Второй покачал головой и ударил по крепежу оков молотком. Рядом стоял уже освобождённый от них Неемо.

Через несколько минут стражники провели пленных к воротам и остановились в ожидании распоряжения.

— Ведите сюда рыцаря! — крикнул магистр. — Вот твои люди, сотник! Створки открылись, и к мосту подвели пластунов.

— Ай-яй-яй, — Онни укоризненно покачал головой. — Как же вы с ними плохо обращались, магистр. Грязные, на лицах следы от побоев. То ли дело те, кто содержится в нашем плену. Каждому гарантируется жизнь и безбедное существование, кормят его ничуть не хуже, чем моих ратников! — выкрикнул он, оглядывая толпу балтов. — Скоро каждый сможет убедиться в моих словах! — И, подняв над головой руку, он помахал ей. По этому сигналу от восточной опушки направился в сторону крепости человек. — Пластуны, к коням! — скомандовал Онни, и Вахруша с Неемо пошли по проходу в толпе балтов. — Прощай, магистр! — воскликнул командир пластунов. — Может быть, судьба нас сведёт ещё при других обстоятельствах. — И, развернув коня, последовал за своими людьми.

— И может быть, очень даже скоро, — пробормотал Фольквин фон Наумбург. — Герберт, твои люди готовы?

— Да, магистр, — подтвердил тот, — они ждут вашего сигнала.

— Хорошо. Подождём, когда Хартман подойдёт ближе.

— Неемо, ремень от седла слева, Вахруша — твой справа, взяли! — рявкнул Онни, когда они вышли из толпы балтов.

Пластуны перехватили рукой широкие ремни, и Онни подстегнул коня. Таким хитрым способом, применяемым в бригаде, бежать было гораздо удобнее, и троица пронеслась мимо Хартмана ещё до того, как он достиг середины пути. А навстречу им спешили всадники с заводными конями.

— Калевыч, я реечник не отдал немцу! — крикнул бегущий справа Вахруша. — В болоте его утопил, никак не достать его!

— Молчи, дурень, дыхание береги! Нам оторваться нужно, чую, погоня за нами будет! Потом всё расскажешь!

— Герберт, выпускай своих! — рявкнул с башни магистр.

Створки ворот распахнулись, и конские копыта забарабанили по настилу подъёмного моста.

— Виестурс, Антис, в лесу сотня руссов! — крикнул Герберт, найдя глазами предводителей латгаллов и ливов. — Отомстите за смерть своих людей! И постарайтесь захватить нескольких живыми. За каждого даю по два брактеата[11]! За сотника десять!

Толпа балтов с рёвом ринулась в заросли.

* * *

— Мы заскочили в лес и потеряли несколько всадников и коней, магистр, — рассказывал через несколько часов в большом замковом зале рыцарь Герберт. — Там было выставлено множество хитроумных ловушек. Как видно, руссы подозревали о таком исходе дела и заранее подготовились. Время было потеряно, и они успели оторваться от погони, а мы не рискнули далеко заезжать, помня ваш приказ. Вскоре в лес ворвались наши балты, но потеряв в ловушках пару человек, никого из врагов они не нашли.

— Плохо! — Фольквин фон Наумбург в досаде ударил по столу кулаком. — Я надеялся совсем на другой исход. Наш брат привёл себя в порядок? — Он перевёл взгляд на рыцаря Хартмана. — Расскажи нам, что ты видел и слышал, пока был в плену. Действительно ли против нас собрано большое войско и нам нужно опасаться осады?

— Да, магистр, — подтвердил тот. — Я не знаю языка руссов, но несколько слов из их разговоров мне удалось понять. Онагр, требушет —