на запах, без скрепляющих элементов, подпоясанная широким ремнем. На иссохших руках острые черные когти, рога украшены металлическими наконечниками, хвост — одна из самых сильных частей тела, висел высохшей лозой, кисточка на его конце покрылась землей и прочей грязью. Запястья украшены широкими браслетами из гладкого серого металла.

Андрей встряхнулся, снял накс и выжимал из устройства все его возможности: фото, видео, небольшое сканирование. Дроны могли бы помочь, но они отстали, оставалось надеяться, что их не разбило молниями и они укрылись где-то до окончания бури. По крайней мере, накс фиксировал сигналы незадолго до корабля. Теперь же не было связи ни с ними, ни с «Мороком».

— Взять бы образцы… — задумчиво протянул Андрей. Его длинные ловкие пальцы аккуратно осматривали ветхое одеяние жреца, в глазах был жадный блеск ученого, открывшего нечто новое.

— Полагаешь, они испортятся, если не положить в контейнер для сбора? — хмыкнула Настя.

— Наше будущее сейчас сложно прогнозируемо. — Андрей достал из рюкзака стерильные пакеты и нож. Несколько движений — и лоскуты ткани были запечатаны.

Настя с тоской посмотрела наружу: буря и не думала стихать, накатывала волнами бесконечного прилива, выливала запасы воды и выгуливала застоявшиеся ветра. Земля жадно впитывала дары неба, но все равно залило уже на длину указательного пальца. Идти куда-то нереально, и если продолжится в том же духе, то по месту, ранее бывшему землей, придется на чем-то плыть. Хорошо, что пробоина, через которую они проникли на борт, находилась на уровне полуметра от почвы.

— Ты как будто не удивлен, — пробурчала Настя, неохотно возвращая внимание к находке. — Не каждый день слышишь про ствелларского жреца, не то что видишь. Я думала, они все остались на их родине.

— Честно? У меня от вопросов голова гудит, и каждый из них порождает еще множество побочных вопросов. О жрецах с другой планеты я не думал вообще. До этого момента.

— Дай угадаю: планета, которую открыли не так давно, но ей около десяти миллиардов лет, да еще и древняя мумия ствеллара…

— В останках корабля неизвестной модификации — такие не фиксировались ни во время короткой войны, ни после, — закончил Андрей.

Настя выдохнула накопившееся раздражение, полностью опустошила легкие и неторопливо вдохнула снова. Чуть легче.

— Да, это первое, о чем я начал думать, — слегка улыбнулся Андрей. — А что мы вообще знаем о жрецах? Я вот только их наличие и внешний вид, и то в теории. Боюсь, отринувшее все религии человечество не уделило должного внимания архаичному явлению в культуре ствелларов.

— Ха, говори за себя! — Настя встала рядом и приблизила лицо так близко к мумии, что окружающее потерялось, а сама она, казалось, проваливается в пустые глазницы, как в черные дыры. Непонятно, пахла ли мумия. Маска, ориентированная на функцию подачи обогащенного кислородом воздуха, плохо пропускала частицы не по назначению. Насте нестерпимо хотелось сдернуть с лица эту штуковину, вдохнуть запахи мокрой земли и влажного воздуха. Понюхать те цветы, которые хотела сорвать. Есть ли у них аромат? Если нет насекомых, то и приманивать не нужно на сладкие нотки сердцевинок? Она касалась плечом руки Андрея, и ее саму не смущало такое вторжение в чужое личное пространство. Да он и не отодвигался. Было бы интимно, но вокруг бушевала нешуточная стихия, остов корабля то и дело вибрировал от грома.

— Мой отец изучал их как мог и мне советовал подмечать на спаррингах все, что кажется необычным, — продолжила она. — Так вот, ему удалось собрать основную информацию о жрецах и религии. Угадай, начальник, сколько лет ему понадобилось на это?

— Ствеллары скрытны, не могу представить. Догадываюсь, все же не больше двух десятилетий, — взгляд Андрея переместился к Насте.

— Да, примерно восемь лет.

— Поделишься?

— Их главное и, похоже, единственное, божество — Трехликая Мать. Первый лик — воительница. Второй — похитительница или расхитительница — не совсем понятно. Третий — дарительница. Она любит завоевания и схватки, чтит трофеи и одаривает своих адептов награбленным.

Настя говорила и продолжала осматривать мертвеца. Чуть сдвинула в сторону ворот его длинной рубахи, на сморщенной коже блеснуло украшение.

— Смотри!

— Вижу, — Андрей пинцетом поддел цепочку.

Молния ударила совсем рядом, где-то треснуло дерево, внезапность заставила девушку подпрыгнуть и тоненько взвизгнуть.

— Как будто знамение какое-то, сказал бы верующий человек, — немного смущенно проговорила она, мысленно укоряя себя за несдержанность.

— Я верю в науку, — серьезно ответил Андрей и они сфотографировали находку. — Наука рациональна.

Маленький ручной сканер выдал незнакомое соединение металлов.

Небольшие подвески на цепочке: нечто с тремя зубцами, кандалы и красный камень.

— Оружие, рабы, трофеи. Вроде бы так, — задумчиво произнесла Настя.

— Надо забрать.

Андрей потянулся за пакетом.

— Нет, — Настя нахмурилась. — А если за ним прилетят? Мы обираем покойника?

— Ради науки.

— Если он здесь, значит, у ствелларов свой интерес на планете и они были тут раньше нас. Сложи данные и получи проблему. Им не понравится такое обращение с представителем привилегированной касты.

— В этом есть смысл, конечно, — Андрей задумался. — Но корабль уже врос в почву, труп не забрали…

— Эх, спросить бы у папы… Разведка должна что-то знать.

— Ладно, это может и подождать, — Андрей оставил цепочку. — Мы можем вернуться, если что.

— Сначала бы выбраться.

— Если начался сезон дождей, то это от недели до десяти дней. Предлагаю немного обустроиться и осмотреться.

Настя тоскливо вздохнула. Находиться рядом с трупом не входило в список ее потребностей.

* * *

Потоки воды несколько выдохлись, но небо продолжало возмущаться — гром и молнии с короткими промежутками не давали расслабиться. Они перестали ослеплять и оглушать, но их сила явно говорила, что в ближайшее время пешие прогулки не рекомендуются.

Помощница сердито сопела прислонившись спиной к стене недалеко от мертвеца. Хмурилась — ей сильно не нравилась обстановка. Андрей полагал, что они больше никого не найдут — корабль был небольшой, для одиночного полета. Скорее разведчик или челнок с большого судна забросили на поверхность. Сложно сказать точнее, не имея технических данных. Андрей рассчитывал использовать время в укрытии для сбора данных и анализа. Главное, что его интриговало — отсутствие жизни в двигателе. Все известные ему технологии землян и ствелларов предполагали остаточные явления в ядрах двигателей, что было потенциально небезопасно, поэтому крупные корабли строили на орбитах, а списанные вообще держали на свалке за Плутоном. То есть чтобы прекратились все реакции, нужно было не просто жестко приземлиться или нажать пару кнопок на панели, необходим сам распад двигателя, разделение топливных компонентов… Корма этого корабля в целости торчала над поверхностью. Двигатель попросту умер, как этот жрец.

Загадка ощущалась легким покалыванием в