следил в пол глаза… В общем он применяет стандартные плетения, но они словно доработаны… Оптимизированы что ли. Скорость сотворения и эффективность при том же расходе энергии лучше стандартного аналога процентов на тридцать минимум. Не знаю кто его учил, но тут видна рука мастера. Это однозначно индивидуальные наработки, а не то что даётся «на поток».

— Вот видите. Я же говорил что это… — перебив Булгакова, начал было опять своё Гордеев.

Ректор остановил целителя, предупреждающе подняв руку.

— Когда он отвечал на мои вопросы, я заметил некоторые необычные вещи. Он говорил всё верно, я понимал что он имеет в виду, но термины… названия заклинаний… Те что он упоминал, их у нас в Империи не используют. — продолжил Булгаков.

— Например? — заинтересовался ректор.

— Например «Вуаль тьмы». Так он обозвал гибкий щит из магии смерти. Насколько я понял что он имеет в виду — по нашему это «Плащ мрака».

— Интересно. — ректор задумался. — Надо найти в литературе любые упоминания о «Вуали Тьмы». Если мы узнаем кто и когда её так называл, то мы сможем понять источник знаний и силы Цесаревича.

— А нам надо искать источник его «знаний и силы»? Зачем? — удивился Булгаков.

— Сейчас узнаете. Я расскажу, что узнал от её Величества: когда Романов только собирался ехать, Императрица настоятельно требовала от меня доскональной проверки Наследника. Его самого и его вещей. Проверки на наличие скрытого артефакта.

— Какого артефакта?

— Она не сказала какого именно. Как я понял, ей самой это неизвестно. — покачал головой ректор. — Её Величество неохотно делилась подробностями, но когда я настоял что они просто необходимы что бы точно суметь найти артефакт, она раскололась. В общем она считает что у Александра Николаевича, с собой какой-то из тайных артефактов отца. Именно этот артефакт пробудил у Александра дар. Усилил его. Так же он позволяет исцелять себя, выводить из строя любые электронные устройства, даже, — тут ректор сделал небольшую паузу для того что бы подчеркнуть сказанное, — из сутемата. Так же по её словам этот Артефакт позволяет воздействовать на разум людей, создавать неизвестные нам магические щиты…

— Родион Николаевич, простите, но если честно версия Алексей Викторовича про «переселение душ», мне уже не кажется такой уж безумной. — после небольшой паузы заметил Булгаков.

— А как ты ещё хочешь объяснить происходящее? — резко ответил ректор, не довольный словами преподавателя.

— А никак. Я же сказал: у меня нет никаких версий. Но я точно знаю что все артефакты доставшиеся от предков, да и те что созданы самим покойным Императором, известны, учтены и хранятся в Императорской казне. Всё остальное — слухи. И кстати, среди артефактов нет хоть чего-то попадающего под выданное вами описание.

— А может то что исследовал перед своей смертью Николай, и есть этот загадочный артефакт? — вставил Алексей Викторович.

Ослябя кивнул.

— И ещё. Я инициировал тайное расследование. Нужно понять, как и кто проверял наследника. Почему не нашли дар. Ошибка… или предательство.

— Вы думаете Её Величество не будет против? Как бы она не была замешана в этом… — Булгаков стал серьёзным.

— А теперь мы подбираемся к самому главному. Для чего я вас тут всех собрал.

Булгаков и Гордеев подобрались.

— Её Величеству вовсе не обязательно всё знать… Я предлагаю вам вступить со мной в… в сговор.

— Сговор?

— Да. Не знаю как вам, но мне давно не по нраву то, что происходит с нашей страной. Мы погрязли в коррупции. Ныне считается добродетелью ни знания, ни навыки или умения, не добросовестность. Добродетелью считается умение говорить начальнику то что он хочет услышать. Умение брать взятки и делится ими. Повальное кумовство. Многие чиновники и знатные рода, после смерти Императора Николая, совсем обнаглели. Творят что хотят. Решения судов в которых они замешаны, зачастую больше похожи на какой-то цирк, а не на правосудие.

— Вы про ту историю, где сын барона Василькова пьяный сбил на переходе насмерть женщину, а потом взыскал с её семьи средства на ремонт машины? — заметил Булгаков.

— И эту тоже. А так же многие другие. — кивнул ректор.

— Я предлагаю вам присмотреться к наследнику. Пока он был бездарен и болен, всем было очевидно что его коронация если и произойдёт, то будет только номинальной. Власть всё также останется в руках регента. Теперь же, когда у него есть дар, когда он самостоятелен, независим и думает о своей стране, он стал той фигурой вокруг которой мы сплотимся и сможем спасти Империю. Наши враги не дремлют. В ближайшее десять лет война неминуема, я думаю вы сами это понимаете. А мы к ней не готовы абсолютно.

— Мы хорошо дали им по зубам в последний раз. — что-то вспомнив, мечтательно улыбнулся Булгаков.

— Да. Но тогда у нас был Император. А теперь его нет. Враги уже давно зализали раны. Сделали выводы. А мы наоборот расслабились. — ректор смотрел хмуро.

— Так вы хотите поддержать наследника в борьбе за престол? — прямо спросил целитель.

— Да.

— Вы сказали что он «думает о стране». С остальным я согласен, но это то вы как выяснили? — осведомился Булгаков.

— Вы слышали о том что произошло на Смоленском текстильном?

Молодой маг покачал головой:

— Мельком. Какой-то очередной коррупционный скандал.

— Вот отчёт. Почитайте на досуге. — ректор протянул магам тугую папку с грифом «секретно».

— Ого. Откуда это? — брови Булгакова взлетели вверх.

— От Её Величества. Что бы я знал что ожидать от Наследника и его артефакта.

— Понятно. То есть она думает что вы на её стороне?

— Да. И я всё сделаю что бы она продолжала так думать.

— Расскажите ей о своих догадках касаемо Цесаревича?

— Не всё. Что-то рассказать придётся точно, например о стычке в блоке. Ей в любом случае донесут соглядатаи, которые однозначно у нас есть. А вот подробности про его оптимизированные заклинания, необычайно грамотно выстроенную систему каналов и прочее, ей можно и не знать. — ректор улыбнулся. — В общем господа я жду вас завтра в это же время. Готовых дать ответ.

— Я уже готов. — тут же произнёс Булгаков. — Я в деле.

— И я. — поспешил вставить Гордеев.

— Хорошо. Я в вас не сомневался. — улыбнулся ректор. — Тогда Егор… У меня будет к тебе просьба.

— Слушаю, Родион Николаевич, — коротко ответил тот, выпрямившись.

— Романов показывает себя слишком хорошо, чтобы его щадить, — продолжил ректор. — Продолжай давить. Заставь его стать ещё сильнее. Заставь его думать. Пусть ищет способы защиты там, где их обычно нет.

Он сделал паузу.

— Если придётся — перегибай палку. Иногда это единственный способ выковать воина. Нам нужен Император.

Егор молча кивнул. В его взгляде мелькнуло понимание