и прикурил одной рукой, продолжая второй удерживать трубку. Массерия звонит мне в отель. Надо бы выяснить, как это получилось.

— Босс, — сказал я. — Откуда ты знаешь этот номер?

— Стив дал, — ответил Массерия. — Я попросил его найти тебя.

Вот оно что. Паппалардо следит за мной, опять. После того, как я поймал его на этом, после того, как заставил заплатить мне компенсацию, этот идиот все равно не успокоился. Опять взялся за старое.

Ну твою ж мать, ну почему они не дают мне пожить спокойно?

Я затянулся, выпустил дым изо рта. Ладно, сейчас вообще не время высказывать претензии. Массерия звонит мне по делу, и мне нужно сыграть свою роль.

— Понятно, — спокойно сказал я. — Что случилось, босс?

— Ты же сам знаешь, что случилось, — его голос резко стал жестче. — Минео и Ферриньо взорвали. А ты убил не того человека вместо Маранцано.

— Это вышло случайно, босс, — ответил я. — Я позвонил в ресторан из будки напротив и попросил позвать к телефону Маранцано. Я не знаю, как так вышло — может быть, они что-то перепутали, но к телефону подошел Валли. Со мной был Джо Биандо, он не видел, кто стоит у телефона, и расстрелял его.

— Случайно… — повторил Массерия. — Все у тебя выходит случайно, Чарли.

Я ничего не ответил. Ну а что тут скажешь? Пусть сам говорит, тогда, по крайней мере, будет понятно, что у него на уме.

— Ладно, — сквозь помехи послышалось, как он выдохнул в трубку. — Валли тоже был важной фигурой, и ты нанес Маранцано серьезный урон. Но ты ведь понимаешь, что это не то, чего я хотел?

— Я знаю, босс. И я готовлю еще одну попытку.

— И что ты предлагаешь?

Я снова затянулся. У меня была еще одна идея, как устроить покушение на Маранцано, которое не удастся. Впрочем, ему придется кое-чем пожертвовать. В прошлый раз это был его человек, теперь это кое-что другое.

— В прошлый раз мы стреляли, — сказал я. — Работали наверняка, но все провалилось из-за случайности. Да и поднялось слишком много шума. Появилась полиция, меня арестовали. К тому же теперь он окружит себя охраной, добраться до него будет не так просто. Теперь мы будем действовать иначе.

— И как же?

— Взорвем его, — ответил я. — Поставим бомбу под его машину.

Массерия помолчал несколько секунд, после чего спросил:

— Ты хочешь использовать его же тактику против него?

— Именно, — ответил я. — Он пытался взорвать тебя, босс, он взорвал наших двух друзей. Пусть теперь попробует на своей шкуре, каково это.

— А ты сможешь это устроить?

— Конечно, — подтвердил я. — У меня есть знакомые подрывники, которые в этом разбираются. Бывшие армейские саперы, из тех, что воевали в Европе. У большинства у них сейчас проблемы в жизни, и за пару сотен долларов они устроят все.

Это была правда, такие парни у меня были, хотя бы тот, что делал для меня жилет смертника, когда я поехал к Маранцано. Если уж он справился с этим, значит, сможет и изготовить бомбу для машины.

— Хорошо, — сказал Джо-босс. — Это будет даже правильно. Когда?

— В ближайшие дни, — сказал я. — Мне нужно выяснить все, рассчитать, подобрать момент. Это займет время.

— Сколько именно времени?

— Неделю, босс, может быть, две.

Надо было выиграть небольшую отсрочку. А потом еще одну. И так пока я не буду готов разобраться с самим Массерией. А я над этим активно работаю.

— Это долго, Чарли, — ответил Массерия. — Каждый день, что Маранцано жив, он может готовить новый удар. Он атакует наши бизнесы, попытается перекрыть поток денег. И еще, он ведь может убить тебя. Уже не раз пытался, верно?

— Да, босс, я понимаю, — ответил я. — Я осторожен, как и всегда, спасибо за беспокойство. Но если мы поторопимся и снова промажем, будет только хуже. Лучше подготовиться и сделать все наверняка.

Массерия снова помолчал немного — по-видимому, обдумывал мои слова:

— Ладно. Но постарайся сделать это поскорее. И держи меня в курсе.

— А как, босс? — спросил я. — Я же не знаю ни твоего номера, ни где ты. Может, скажешь? Пришлю своих людей, пусть привезут нормальной еды, газет, может быть, книг.

— Через Паппалардо, — ответил он. — Стив знает, как со мной связаться.

Попытка выяснить, где именно он засел, провалилась. Оставалось надеяться, что он пропустил это мимо ушей, и ничего не заподозрил. Я ведь пытаюсь проявить заботу.

— Хорошо, босс. Главное, чтобы он донес до тебя мои слова точно. Я ему не доверяю, он слишком меня ненавидит. Сам ведь знаешь об этом.

— Знаю… — ответил он, а потом вдруг сказал. — И еще одно, Чарли.

— Да?

— Будь осторожен. Я не хочу потерять тебя, ты — один из немногих, кому я доверяю.

Я усмехнулся про себя. Доверяет он. Вранье. Да и если бы он знал о той игре, которую я веду… Тем не менее, я ответил:

— Спасибо, босс. Я буду осторожен.

— Хорошо. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Он повесил трубку. Я положил свою на рычаг и двинулся к окну, снова посмотрел, как падает снег. Ветер кружил снежинки в каком-то странном танце.

Паппалардо снова следит за мной. Знает, в каком отеле я живу, знает номер телефона. Как давно, интересно?

Знает ли он о сегодняшней встрече с Костелло и Анастазией после мессы? Может быть, это он прислал того парня? Хотя подслушать нас точно никто не мог, мы были настороже.

Иначе откуда бы у него номер телефона отеля, где я живу?

Но это плохо. Очень плохо. Мне вообще не нравится, когда за мной следят. Хотя кому вообще это может понравиться, верно?

Я вернулся к тумбе, взял еще одну сигарету, уселся на кресло и прикурил. Нужно было подумать, хорошенько подумать.

С одной стороны, Паппалардо не блещет умом. Он уже попался на слежке один раз, заплатил за это тридцать тысяч, но все равно продолжил гнуть свою линию. Знает ли об этом Массерия? Одобряет ли?

Это значило, что мне нужно быть осторожнее. Любая встреча, любой разговор… Ему ведь нужны доказательства для того, чтобы выставить меня предателем перед Джо-боссом. Он завидует и ненавидит меня.

Если он узнает о моих контактах с Маранцано…

Нет, не узнает, если никто из его людей не проговорится. Мы не встречаемся, созваниваемся по телефону, причем я звоню ему через автоматы. А Фабиано — единственное связующее звено. И самое смешное, что босс об этом знает, но считает его моим человеком, моим шпионом.

Но все равно оставаться тут слишком опасно. Нужно уехать куда-нибудь в другое место, так, чтобы за