Но я не думал, что Паппалардо продолжит после того, как босс запретил ему. Ослушался ли он запрета, или тот просто сказал ему наедине продолжать, после того как я ушел?

Я расслабился. Главное теперь не поплатиться за это.

Я встал и принялся переодеваться в уличное. Потом вытащил из шкафа чемодан и стал складывать вещи: пара костюмов, рубашки, белье. Запасной пистолет и пара пачек денег мелкими купюрами. Я делал все это аккуратно, чтобы ничего не помять. Я еще из прошлой жизни знал, что джентльмен должен выглядеть безупречно, даже если ему приходится кочевать и жить на чемоданах.

В нашем деле мы не можем себе позволить показаться на глаза людям в грязном и мятом. Иначе уважению конец. А уважение — это все.

Закончил и закрыл чемодан. Теперь остается один вопрос: куда ехать-то?

Можно вернуться в квартиру на Малберри-стрит, это не очевидный ход, они ведь не подумают, что я поехал домой. Переночевать там. А потом придется искать другое место.

Можно снять номер в другом отеле, но это только даст отсрочку.

Можно поехать к кому-нибудь из своих. К Лански, к Адонису, к Бруни. Это будет даже весело — будем пить, разговаривать. И Паппалардо туда, возможно, не полезет, потому что побоится следить за мной при свидетелях. Особенно «сделанных», из тех, что могут подтвердить мои слова. И тогда ему не отвертеться, особенно после запрета Джо-босса.

А если он начнет распускать про меня слухи, я могу потребовать его головы. И так и сделаю. Джо-босс, конечно, может не одобрить, а то и затянуть это дело…

Ладно, об этом нужно думать позже, а сейчас уезжать. Можно еще поехать на Хестер-стрит, туда, где прячется Гэй, да и Винни должен быть с ними…

Нет, не хочу ее выдавать. Давно не виделись, и даже скучаю, но все равно не хочу.

Нужна какая-нибудь из квартир, причем не тех, что готовили мои люди, а из тех, что нашли парни Лански. Там меньше шансов, что найдут. Если только сам Мей выдаст.

Ага. Посмотрел бы я на человека, который попытался бы заставить Мея выдать меня. Он просто убьет их и все, на этом все для них кончится.

Надо позвонить ему. Он в офисе еще или уже дома? Да, скорее всего, уже дома, время-то уже одиннадцать. Нет, он вполне может задержаться в офисе до глубокой ночи, особенно если приходится решать какие-то сложные вопросы. Вроде того, куда потратить два с половиной миллиона долларов, которые неожиданно на нас свалились.

Но я сказал ему придержать большую часть этих денег, а меньшую перевести в золото. В остальном бизнес у нас идет рутинно, а это каких-то сверхусилий не требует. Так что позвоню-ка я ему домой.

Я вернулся к телефону, поднял трубку и набрал номер. Из трубки послышался длинный гудок, прошло примерно полминуты, а потом я услышал знакомый голос:

— Мейер Лански слушает.

Значит, угадал, и он в действительности дома.

— Мей, это Чарли, — представился я.

Как же неудобно все-таки без мобильных телефонов. И без того, что номер у человека сразу определяется, и ему сразу становится понятно, кто звонит. Хотя… В мое время все мобильные телефоны слушались, особенно хоть у немного важных людей.

Сейчас же все проще. Тотального контроля и слежки нет, особенно если звонить из таксофонов или вот так вот из отелей. Потом будет, но до этого «потом» надо еще дожить. А я надеюсь к тому моменту отойти от мафиозных дел.

— Чарли? — спросил он. — Что случилось?

— За мной следят, — ответил я.

— Паппалардо? — догадался он.

— Точно, — подтвердил я. — Мне только что звонил Джо-босс. Стив дал ему номер. Этот идиот даже ничего спрашивать у меня не стал, а просто сказал боссу, будто это само собой разумеющееся.

— Босс в курсе?

— Не знаю, — я покачал головой. — Я решил не поднимать эту тему. Но мне срочно нужно свалить, скрыться. Нужно место, где можно укрыться.

— Так приезжай ко мне, — тут же предложил он. — Сюда никто не сунется, свободную комнату я тебе выделю. Да и весело будет, сам понимаешь.

— Спасибо за приглашение, Мей, но я лучше как-нибудь сам, — ответил я. — Есть на примете квартира, в которой можно переночевать?

— Да, конечно, — ответил он.

У Мея было достаточно оборудованных укрытий по всему городу, на это он денег не жалел. Там же, кстати говоря, зачастую эти самые деньги и хранились, в сейфах. Сейчас это, получается, около десяти миллионов долларов, и даже я не в курсе всех его закладок. Только он сам знает об этом.

Так что, если с ним что-то случится, то мы останемся с голой задницей. Хотя на самом деле нет, у него есть какие-то записи, но придется потрудиться для того, чтобы вытащить наши деньги.

— В каком районе хочешь укрыться? — спросил он.

Я прикинул. В Маленькой Италии или Нижнем Ист-Сайде было бы поудобнее, все-таки это моя территория, моя операционная база. Но только и искать меня, скорее всего, будут там, к тому же там все у всех на глазах, и все друг друга знают. Так что меня найдут там очень легко.

Какие еще варианты есть?

— Есть что-то в Гарлеме? — спросил я.

— В Гарлеме? — удивился он. — Ты же будешь там как бельмо на глазу у всех. Белый среди черных.

— Зато там нет власти ни у кого из наших друзей, — сказал я и поправился. — Прямой власти. Да и никому не придет в голову, что я вдруг решу спрятаться в Гарлеме.

— Хорошо, — послышалось шуршание сквозь помехи. Он наверняка в каком-нибудь блокноте копался, искал что-то. Потом сказал. — Есть одно местечко. Записывай.

Я привычно выдернул листок из блокнота, который лежал на столе, чтобы не оставлять следов — история с карандашной штриховкой мне до сих пор помнилась.

— Сто двадцать девятая западная, сто пятьдесят пять, — сказал он. — Недалеко от Салемской методистской церкви. Квартира восемь, ключ в квартире шесть, скажешь, что приехал от Иакова, дашь полсотни баксов. Тебе отдадут ключ. Принял?

— Да, — сказал я с облегчением в душе. В Гарлеме меня точно никто искать не станет, это в голову никому не придет. А это не так далеко, можно сказать, рядом. — Спасибо, Мей.

— Да не за что, — ответил он. — Будь осторожен, Чарли. Паппалардо не отступится.

— Я знаю, Мей, — сказал я. — Знаю. Да… — я подумал немного и добавил. — Устрой мне завтра встречу с Мангано. Можно у тебя в офисе.

— Принял.

— Спасибо.

И положил трубку. Что ж, куда ехать, теперь понятно. Мой Кадиллак