был отклонен. Ему было указано, что в тот момент флоту ставилась цель не большая, нежели оттяжка внимания турок от Дарданелл, подготовка наших будущих действий у Босфора путем вылавливания мин и бомбардирования ближайших к устью батарей, что, наконец, десантный корпус нами приготовляется лишь для оккупации условленного района Босфора при условии, что союзниками захвачены Дарданеллы и Мраморное море, иначе говоря – когда турки уже надломлены.

Таким образом, первоначальные планы ставки в отношении Босфора не мыслились в качестве самостоятельной операции, а лишь в мере согласования ее с действиями союзников, в зависимости от успешности последних.

Черноморский флот был готов выполнить перевозку десантного оккупационного корпуса. Его транспортная флотилия была способна поднять крупные соединения войск, а при напряжении всех средств – армию в составе 4-х корпусов.

Со вступлением в строй «Императрицы Марии» вопрос об обеспечении операции со стороны моря не возбуждал особых сомнений.

Но осуществление десантной операции в крупном масштабе не находило себе признания в ставке, не полагавшей возможным снять для этой цели войска с фронта.

Неуспешный ход операции союзников, принужденных, в конце концов, ликвидировать ее, соответственно отразился и на планах русского командования.

В дальнейшем и до конца войны идея о Босфоре не сходит с очереди, но в связи со все ухудшающимся положением на фронте она откладывается и, в конечном счете, получает значение последней операции, долженствующей завершить войну на южном фронте, предупредив об этом союзников.

Военные действия на Черном море осенью 1915 до лета 1916 г.

Осенью 1915 г. выступила на стороне держав согласия Болгария. Это осложнило обстановку на Черном море для русского флота. Собственно, сам болгарский флот, вследствие своей слабости (он состоял из нескольких миноносцев и одного посыльного судна), не представлял особых затруднений. Но увеличивалась береговая линия противника, которую надо было наблюдать, и это, пожалуй, было самым главным – германо-турецкие подводные лодки получили возможность базироваться на болгарские порты.

27 октября Черноморский флот бомбардировал Варну, причем некоторые корабли подверглись атакам подводных лодок, правда, неудавшимся.

Период октябрь – ноябрь главное внимание Черноморского флота привлекается к болгарскому побережью.

В начале ноября вступила в строй «Императрица Екатерина Великая».

Вступление «Екатерины» дало возможность командующему флотом разделить морские силы на три группы, из коих каждая превосходила «Гебена» силой своего артиллерийского огня (1-я гр. – «Мария», 1 крейсер и миноносцы; 2-я – «Екатерина», также крейсер и миноносцы; 3-я – линейные корабли типа «Евстафий» с миноносцами).

Эти группы предназначались для ведения по очереди крейсерских операций, и в частности в районе Босфора.

Среди последних следует отметить операцию у Босфора 4–9 января 1916 г., когда миноносцам удалось навести «Гебена» на «Екатерину» и между ними на предельных дистанциях произошел короткий бой, после чего «Гебен», пользуясь своим неизменным преимуществом в ходе, ушел в Босфор.

Весной 1916 г. оживились операции на Кавказском фронте, причем от флота требовалось вновь решительное содействие продвигавшемуся по анатолийскому побережью сухопутному отряду. Это вызвало дальнейшее усиление Батумского морского отряда, сюда были переведены сначала один, а потом и другие корабли бригады «Евстафиев».

Этот период характеризуется интенсивными действиями в югостровосточном углу Черноморского побережья. Флот содействовал своим огнем действиям фланговой группы войск, высаживал десанты в тыл туркам и, наконец, оказал содействие при занятии Трапезунда. Именно благодаря помощи флота движение русских войск в приморском районе проходило вполне успешно.

Попутно с указанными операциями в очередном порядке велось почти постоянное дежурство подводных лодок в Босфоре, прерываемое для смены[81].

Крейсерство лодок и миноносцев на путях турецкого каботажа, периодические нападения их на гавани анатолийского побережья и взятие и уничтожение многочисленных турецких фелюг и каботажных судов продолжались.

В это же время получили широкое развитие операции германо-турецких подводных лодок, нанесших крупные потери нашему торговому тоннажу. Положение было тем сложнее, что в наличии не было достаточных средств для борьбы с ними.

В числе мер, принятых командованием Черноморского флота, была организация защищенных легкой артиллерией бухт-убежищ по всему побережью, куда коммерческие суда могли заходить отстаиваться в случае обнаружения в море подводных лодок противника. Но такая организация не оправдала себя. Впоследствии понадобилось принять иные меры – постановку мин и сетей и конвоирование коммерческих судов.

Смена адмирала Эбергарда и деятельность нового командования

Однако недовольство Черноморским флотом росло как в ставке, так и в общественных кругах. «Гебен» и «Бреслау» продолжали свои крейсерства, и флоту не удавалось настичь их. Один раз тому была полная возможность, т. к. «Гебен» был обнаружен у кавказских берегов в то время, как наш флот мог успеть, заняв позицию у Босфора, преградить ему путь к возвращению (4 июля 1916 г.). Командование упустило этот случай. Несмотря на громадную помощь, оказанную флотом при действиях на фланге Кавказского фронта, армейское командование продолжало нервничать.

Все это привело к тому, что в августе 1916 г. адмирал Эбергард был сменен.

Примечание. Как мы знаем, приблизительно в то же время был сменен и Канин. Причины – в значительной степени общи для обоих. Эбергарду, равно как и Канину, было предъявлено обвинение в недостаточной энергии и, кроме того, в неискусном руководительстве.

Несомненно, Эбергард и его оперативный штаб допустили ряд ошибок в управлении, начиная с неподготовленности, обнаруженной при первом нападении турок в 1914 г., и кончая отмеченным случаем упущения «Гебена». Но главная причина неудовлетворительной деятельности Черноморского флота заключалась не в этих отдельных ошибках и неудачах, а в том, что он, подобно Балтийскому, не имел отвечающих обстановке задач, был поставлен в условия, при которых он не мог надежно блокировать Босфор из-за отсутствия базы, не мог настигнуть «Гебена» по недостатку хода и не имел определенных директив для минирования Босфора.

(Подробнее см. нашу статью в «Морском Сборнике» 1926 г. № 8–9 «Кризис русского морского командования в 1916 г.»).

Вместо него был назначен начальник минной дивизии Балтийского флота в. – адм. Колчак.

Вступление в командование Колчака имело несомненно положительное влияние, т. к. он принес с собой богатый опыт Балтийского флота и лично отличался крупной энергией, которой не хватало Эбергарду.

Колчак сразу же начал забрасывать Босфор минами, часто повторяя новые и новые постановки. В период 1916–1917 гг. у Босфора было поставлено около 5000 мин. «Гебен» больше в Черном море не появлялся, и в этом отношении Колчак удовлетворил общественное мнение и сухопутное командование.

Что же касается общего характера кампании на Черном море, то таковая сохранила свои прежние черты и при новом командовании: подготовка экспедиции на Босфор, при полной неуверенности в том, что она будет назначена к исполнению; поддержка прибрежных армейских групп; бомбардирование побережья (несколько раз – Варны); крейсерства в море кораблей и подводных лодок (теперь сменявшихся непосредственно у